Новости партнеров

Употреблять. Не оскорблять

Российских журналистов пугают языковой цензурой

В понедельник стало известно, что в Государственную Думу внесены на рассмотрение поправки в закон "О средствах массовой информации". Поправки с "изюминкой". Предлагается ввести запрет на использование в СМИ вульгаризмов и вольностей. Теперь "изюминки" под угрозой.

Культурный почин

Законопроект поступил в столицу из парламента республики Северная Осетия - Алания. Как рассказали "Интерфаксу" в аппарате Госдумы, североосетинские законодатели предлагают ввести в закон о СМИ запретительную норму, по которой "не допускается в авторских текстах журналистов использование слов и выражений, искажающих нормы современного русского литературного языка, государственных языков республик и иных языков народов РФ".

В пояснительной записке отмечается: "Нередко журналисты, злоупотребляя свободой средств массовой информации, допускают вольности, особенно в радио- и телепрограммах, граничащие с вульгаризмом, допускают грубое искажение литературных норм государственных языков, на которых идет вещание".

Таким образом, считают авторы законопроекта, журналисты нарушают действующие законы, в частности, Конституцию РФ, а также закон "О государственном языке РФ".

Но, судя по всему, инициаторы поправок плохо знакомы с содержанием статьи 29 Конституции РФ, по которой "каждому гарантируется свобода мысли и слова". А пункт 5 указанной статьи гарантирует свободу массовой информации и запрещает цензуру.

По понятиям

Любой практикующий юрист пояснит, какие нормы права порождают больше всего коллизий и споров, - те, в которых содержатся оценочные категории. Почему? Потому что в каждом конкретном случае правоприменитель, например судья, должен решать, регулирует данная норма предмет разбирательства или нет. А понятия "вульгаризм" и "вольность" - как раз оценочные.

Толковый словарь русского языка Ушакова дает следующее определение вульгаризма: "областное, жаргонное или просторечное слово, выражение, употребленное в литературном языке". Большая советская энциклопедия определяет понятие вульгаризма схожим образом: "это грубые и не принятые в литературной речи слова или неправильные по форме выражения. В современной стилистике вместо термина "вульгаризм" чаще пользуются термином просторечие".

"Просторечие" - тоже не совсем просто. Просторечиями, по БСЭ, являются "слова, выражения, формы словообразования и словоизменения, черты произношения, имеющие оттенок упрощения, сниженности, грубости ("башка", "кишка тонка"; "вчерась" вместо "вчера"; и другие). Состав и границы просторечий исторически изменчивы. В западноевропейской лингвистике термином "просторечие" (английское popular language, немецкое Volkssprache) обозначают конгломерат отклонений от "стандартного" языка: сленгизмы, модные фразы, прозвища".

С "вольностью" ситуация отнюдь не легче. Толковый словарь русского языка Ушакова определяет вольность как "излишнюю непринужденность, бесцеремонность, неприличие".

Из этих примеров следует, что четкое, однозначное и недвусмысленное законодательное оформление терминов "вульгаризм" и "вольность" невозможно в принципе. Все равно, что прописать в законе философско-этические или богословские понятия добра и зла. Или обязать всех людей быть хорошими. Абсурд.

Но если предположить невероятное, и североосетинские поправки к закону о СМИ все-таки будут приняты, то в российской судебной системе начнется хаос. Иски "униженных и оскорбленных" читателей, в том числе высокопоставленных, просто-напросто завалят суды. Рады будут только лингвисты: заказанных экспертиз хватит и им, и их внукам.

Благими намерениями

Понятно, что парламентарии руководствовались исключительно благими намерениями. Тем более что российские СМИ иногда, действительно, позволяют себе некоторые вольности. И речь идет даже не о желтой прессе (там запредельные заголовки, тексты и фотографии - норма), а о вполне респектабельных изданиях.

Газета "КоммерсантЪ", например, в номере №6/П (3582) от 22 января 2007 года процитировала слова главы "ПрофМедиа" Рафаэля Акопова без купюр. Разумеется, формально это не авторский текст, а прямая речь ньюсмейкера, но допущенная редакторская "вольность" налицо.

С авторскими текстами засады (пардон за вульгаризм "засада") тоже случаются. Например, 21 января 2005 года в эфире радиостанции "Эхо Москвы" известный публицист Михаил Леонтьев, отвечая на вопрос журналиста Матвея Ганапольского: "Да что ж тебе неймется по Ющенко и Саакашвили? Ну что ты не можешь оставить их в покое?" ответил просто и понятно.

Но по ранжиру говорящие головы бывают разные. Взять, например, известный афоризм Владимира Путина: "Мочить в сортире". Не мат, конечно, скорее, четко сформулированная угроза, но стиль пониженный. А если поискать откуда взялось слово "мочить", то выяснится, что слово это из лексикона "братков" из "лихих 90-х".

Возникает резонный вопрос. По логике внесенного в Госдуму законопроекта слово "жопа" в лексиконе политиков, чиновников и прочих деятелей имеет право быть, а вот журналистам его употреблять не положено. То есть, по классику, часть тела есть, а слова нет. А как быть с "оборотнями в погонах (халатах, мантиях и проч.)"? "Гаишниками"? "Ментами?" "Единороссами"? "Жириновцами?" "Нацпроектами"? "Преемниками?" "Силовиками"? Просторечные выражения. Видимо, рецепт привычный: взять и запретить.

Еще вопросы. А что считать литературной нормой и кого считать писателем? Писатель - это тот, кто пишет и кого издают. Эдуард Лимонов, Владимир Сорокин, Виктор Пелевин - писатели? Их издают немалыми тиражами. А между тем в их произведениях вульгаризмы и даже матерные слова встречаются. У Александра Сергеевича, кстати, тоже. Не говоря уже о Венедикте Ерофееве.

Еще вопрос, поглобальнее, но тоже в тему. Кого считать журналистом? Того, у кого есть редакционное удостоверение? Наверное, это тоже не так. Профессиональный журналист в работе руководствуется многими вещами. Список длинный. Но совестью и контекстом в том числе. Поэтому если материал потребует употребления слова "сортир", он так и напишет "сортир".

Большие надежды российской прессы

Таким образом, шансы, что "вульгаризмы" и "вольности" попадут в действующий журналистский закон мизерны. Для пишущей братии, разумеется, это к счастью. Но расслабляться не стоит. Надо быть начеку.

К октябрю 2008 года в российском парламенте будет составлен перечень проблем, существующих в сфере массовой информации, и выбраны те из них, которые требуют законодательного регулирования. Об этом недавно заявил первый вице-спикер Госдумы Олег Морозов.

По мнению единоросса, потребуется принятие специального закона, регулирующего деятельность электронных СМИ, поскольку в базовом законе, принятом в 1991 году, невозможно было предвидеть появление новых информационных технологий и изменения в общественной жизни.

Михаил Басков