Ценная "Сибирь"

На нефтяную компанию Sibir Energy нашлось сразу несколько претендентов

Британская компания Sibir Energy, добывающая нефть в России и контролирующаяся российскими акционерами, в последние недели постоянно привлекает внимание деловой прессы. Причина проста: в условиях экономического спада, резко снизившего объем слияний и поглощений по всему миру, на Sibir Energy нашлось сразу несколько претендентов, которые готовы значительно переплатить за актив.

Sibir Energy – одна из немногих нефтяных компаний, к которым можно одновременно применить и слово "крупная", и слово "частная". "Крупная", конечно, не в сравнении с "Лукойлом", ТНК-ВР и "Сургутнефтегазом" (который, впрочем, вообще непонятно, кому принадлежит), но все же занимающая весомую долю рынка.

В частности, Sibir Energy принадлежит 50 процентов акций в совместном предприятии с Shell под названием Salym Petroleum Development, которое разрабатывает Салымскую группу месторождений в Западной Сибири. Еще одним активом компании является крупная доля в Московском нефтеперерабатывающем заводе. Кроме того, она владеет акциями "Моснефтепродукта" и "Московской топливной компании", которым, в свою очередь, принадлежит более сотни АЗС в московском регионе.

Неудивительно, что при такой концентрации активов в Москве столичное правительство владеет миноритарным пакетом акций Sibir Energy. Оно накопило 18 процентов ценных бумаг компании. Еще 46,65 процента принадлежат компании Bennfield, которая контролируется бизнесменами Шалвой Чигиринским и Игорем Кесаевым. Остальные акции находятся в свободном обращении.

Слухи о возможной продаже части Sibir Energy появились сначала в британской, а потом и в российской прессе в начале апреля. Скорее всего, поводом к их появлению стали финансовые осложнения у Шалвы Чигиринского, а также ссора между руководством компании и бизнесменом.

Дело в том, что Sibir Energy договорилась с Чигиринским, что купит у него недвижимости на 340 миллионов долларов. Бизнесмен получил задаток в 115 миллионов долларов, но сделка была заблокирована советом директоров Sibir Energy. Теперь компания пытается получить свой задаток через суд.

Кроме того, в феврале компания попросила остановить торги ее акциями в Лондоне, так как выяснилось, что долг Чигиринского составляет не 115, а целых 325 миллионов долларов. Ситуацию усугубило и то, что доля Чигиринского в Sibir Energy оказалась заложенной. Причем даже дважды: Чигиринский, согласно данным "Коммерсанта", заложил акции своему партнеру Игорю Кесаеву, а тот, в свою очередь, отдал оба пакета в залог Сбербанку.

Основные доходы Чигиринский получал от строительства в Москве – именно его компании занимались реконструкцией гостиницы "Россия", возведением башни "Россия" в "Москва-Сити", а также культурно-деловым центром "Хрустальный остров" и многими другими проектами. В условиях кризиса часть из них была заморожена, а Чигиринский оказался в довольно сложном финансовом положении.

Именно это, как думается, и привело к возникновению спроса на Sibir Energy, ведь скупив доли миноритариев и пакет Чигиринского, новый инвестор мог бы претендовать на управление компанией.

Кто почем?

Московское правительство сразу же объявило, что выступает против смены собственников и свои акции продавать не намерено. Кроме того, начальник департамента имущества правительства Москвы Владимир Силкин заявлял, что правительство договорилось и с Игорем Кесаевым - он свою долю также пообещал не продавать.

Эти заявления не смутили ТНК-ВР, которая через Credit Suisse International предложила миноритариям Sibir Energy продать им акции по 4,3 фунта стерлингов за штуку. Условия были выгоднее некуда: столько ценные бумаги компании стоили в докризисном сентябре 2008 года. А учитывая, что на бирже продать акции до сих пор нельзя, сомнений в удачном исходе сделки почти не было.

Однако в спор за Sibir Energy вступила "Газпром нефть" – одновременно и неожиданно, и вполне ожидаемо. Неожиданно – потому что актив казался уже почти что в руках у ТНК-ВР. Ожидаемо – потому что "Газпром нефть" является партнером Sibir Energy по "Моснефтепродукту" и Московскому НПЗ.

"Газпром нефть" сходу предложила за акции Sibir Enegry по пять фунтов стерлингов за штуку. В итоге ТНК-ВР вовсе отказалась от сделки, а "Газпром нефть" купила 16,95 процента акций компании.

Российские деловые издания, например журнал Smart Money, предполагают, что на этом битва за актив не закончится. Во всяком случае, у "Газпром нефти" есть все основания попытаться увеличить свою долю в Sibir Energy. Во-первых, аффилированной с "Газпромом" компании интересна Салымская группа месторождений, так как ее собственные запасы истощаются. А во-вторых, по данным отчета за 2008 год, у "Газпром нефти" маленькая (в сравнении с другими компаниями отрасли) задолженность, что позволяет ей привлекать новые займы под покупку потенциально интересных активов.

27 апреля стало известно, что на акции Sibir Energy появился и третий претендент. Зарегистрированная на Виргинских островах компания Rossini подала в суд на Шалву Чигиринского, заявив, что бизнесмен передал Rossini ту самую Bennfield, которая владеет почти половиной Sibir Energy. Акционером Rossini является бизнесмен Руслан Байсаров, о котором сведения российской прессы крайне скупы: известно только, что он связан с Московской нефтегазовой компанией, был мужем Кристины Орбакайте, а в 2008 году публично пообещал обеспечить половину бюджета футбольного клуба "Терек" на будущий год.

Активные нефтяники

В конце 2008 года неоднократно говорилось, что российская нефтяная отрасль должна была пострадать от кризиса едва ли не больше всех других отраслей. Базировалось это представление на том, что цены на нефть в мире резко упали. Действительно, с июля 2008 года они сократились в три раза, что, естественно, не могло не сказаться на прибылях и инвестиционных программах российских нефтяников.

Однако в реальности положение дел у нефтяных компаний оказалось значительно лучше, чем у лидеров других отраслей экономики, например в том же строительством секторе. Во всяком случае, именно нефтяники стали одними из лидеров рынка слияний и поглощений, сумев накопить средства на крупные покупки.

Так, во время кризиса "Газпром нефть" смогла приобрести (кроме пакета акций в Sibir Energy) завод по производству масел и смазок в итальянском городе Бари. А "Сургутнефтегаз" приобрел больше 21 процента MOL – крупнейшего нефтяного концерна Венгрии. Так что кризис кризисом, а кое-какие деньги лежат у нефтяников под матрасами. Следовательно, в ближайшее время нас могут ожидать и другие крупные сделки.