Между Виснаром и Альфакаром

Испанцы начали поиски останков Федерико Гарсиа Лорки

В пыльной, поросшей редкими деревьями ложбине между старинными деревушками Виснар и Альфакар, что к югу от древней Гранады, расположено небольшое кладбище: безымянные холмики и траншеи, рядом - небольшие камни. Под одной из узловатых олив, говорят, покоится тело Федерико Гарсиа Лорки, великого испанского поэта и драматурга, убитого франкистами в августе 1936 года. По прошествии 70 с лишним лет со дня его смерти и под давлением других жертв фалангистов родственники поэта согласились вскрыть могилу и дать генетикам возможность опознать его останки. Похоже, Испания готовится осторожно начать ворошить свое прошлое.

Предполагаемую могилу поэта нашел еще в 1960-х ирландский исследователь биографии и творчества поэта Ян Гибсон, ныне автор нескольких обстоятельных книг о жизни и смерти Лорки, гражданин Испании и чрезвычайно уважаемый литературовед, а тогда - никому неизвестный молодой и бесстрашный энтузиаст. Гибсон по собственной инициативе провел обстоятельное расследование, разыскав и опросив сотни гранадцев, которые могли быть свидетелями последних дней Лорки. Чтобы получить информацию, ирландец шел даже на такие экстравагантные шаги, как устраивался учителем в дом к бывшим видным фалангистам.

В конце концов, некто по имени Маноло рассказал настырному исследователю, что именно он копал могилы для августовских жертв фалангистов в местечке Фуэнте Гранде между Виснаром и Альфакаром. Более того, Маноло показал точное место, куда сбросили тела поэта и еще трех человек, убитых в одну с ним ночь. Поскольку дело происходило в 1960-х, то упорство Гибсона заслуживает особого уважения: в Гранаде тех лет говорить вслух о преступлениях фалангистов было совсем небезопасно. Разумеется, и первые свои разыскания ирландец напечатал не в Испании (каудильо умер только в 1975-м), а во Франции.

После смерти Франко король Хуан Карлос и новое правительство Испании предприняли беспримерный шаг во имя национального примирения: в 1977 году в стране был принят закон об амнистии, который освобождал от ответственности "за преступления, связанные с мятежом или бунтом". Таким образом, испанцы избежали зыбучих песков политических дискуссий, способных спровоцировать если не новую Гражданскую войну, то серьезные беспорядки. Но в 2007-м, то есть по прошествии 30 лет, был принят новый закон - закон "Об исторической памяти", согласно которому государство соглашалось участвовать в поисках мест массовых захоронений жертв франкистов. Речь идет о сотнях братских могил и десятках тысяч имен. В их числе - и имя Лорки.

Почему Лорка попал в число жертв гранадских фалангистов, остается предметом бурных академических дискуссий по сей день. Ян Гибсон полагает, что поэт не был так аполитичен, как о нем говорили его современники, напротив, он был сторонником республиканцев, хотя и не участвовал не то что в боях, но и вообще в каких-либо активных действиях. Более того, Гибсон считает, что убийство Лорки было санкционировано на самом верху, чуть ли не самим каудильо.

Другие полагают, что местные блюстители нравов просто воспользовались случаем и избавились от неудобного и безнравственного человека: в Гранаде знали о том, что поэт, выходец из старой и уважаемой в этих консервативных и патриархальных краях семьи, был гомосексуалистом. Есть мнение, что в убийстве Лорки приняли участие его дальние родственники, которые указали на него "эскадронам смерти", прочесывавшим город в поисках коммунистов и анархистов.

18 или 19 августа 1936 года поэт вместе с еще тремя согражданами был расстрелян и сброшен в общую могилу. Рядом с ним должны лежать тела учителя Диоскоро Галиндо Гонсалеса и двух бандерильеро - Хоакина Аркольяса Кабесаса и Франсиско Галади Мергаля.

Обширная семья Лорки, многие представители которой живут по-прежнему в Гранаде, приняла твердое решение: оплакать своего родича и навеки оставить его тело там, куда его сбросили убийцы. Он - такая же жертва Гражданской войны, как и школьный учитель Галиндо Гонсалес, два бандерильеро и тысячи других испанцев. Из уважения ко всем павшим родные поэта отказывались от поиска его останков и их перезахоронения, от установки кенотафа и так далее. Примечательно, что упорство Лауры Лорки, племянницы поэта и главы фонда его наследия, не замедлило породить свежие конспирологические теории. Одна из них гласит, что еще едва ли не в 40-х Франсиско, брат поэта, договорился с франкистами, тайно извлек тело из братской могилы и перезахоронил его в одном из садов, принадлежащих семье. Существует еще предположение, что убийцы сами одумались и спустя несколько дней после тайной казни сами куда-то перепрятали тело Гарсиа Лорки.

Если бы не родственники Галиндо Гонсалеса и Галади Мергаля, то прах поэта так бы и остался в овраге Гранде Фуэнте. Но внуки двух простых гранадцев захотели похоронить по-человечески своих дедов и обратились со своей просьбой в суд, и суд даровал им такое право. Лаура Лорка признала, что эти люди имеют полное право требовать эксгумации тел родственников, а, следовательно, придется поднять на поверхность и останки Гарсиа Лорки. Чтобы опровергнуть предположение о том, что семья давно перезахоронила останки поэта, его родственники предоставят судебным медикам кровь для образцов ДНК.

Ян Гибсон торжествует: он считает, что Испания впервые признала себя готовой говорить вслух о Гражданской войне, ее героях, антигероях и жертвах. Так ли это на самом деле, покажет ближайшее время. А пока на стенах городского кладбища Гранады все еще видны дыры от пуль там, где там фалангисты расстреливали политических противников. Неподалеку все еще стоит в целости и сохранности памятник Хосе Антонио Примо де Ривере, основателю партии "Испанская фаланга". На подножии кто-то уже давно нацарапал не нуждающееся в переводе ругательство "hijos de puta". К Ривере ли оно относится, или кто-то был просто раздосадован миром вокруг себя, неизвестно.

Раскопки безымянной могилы, где, вероятно, покоится поэт, начались 26 октября. Место работ укрыто от любопытных глаз зеленой тканью. Любительские фотографии запрещены. В Испании к смерти относятся с большим уважением.

Юлия Штутина