Прописали строгий режим

Бывшего мэра Саратова приговорили к четырем годам лишения свободы

Бывший мэр Саратова Юрий Аксененко 8 декабря получил четыре года колонии строгого режима за махинации с землей. Прокурор, требовавшая посадить бывшего мэра на девять лет, сочла приговор слишком мягким. Аксененко, в свою очередь, продолжает настаивать на том, что не совершал преступлений, а попросту ошибался из-за слишком большого объема работы.

Аксененко занял пост мэра в 1996 году (до этого он был депутатом местной думы, еще раньше - главой района, а до 1992 года возглавлял агропромышленное объединение). Срок полномочий градоначальника истек в 2006 году. Впрочем, фактически мэр оставил пост в декабре 2005 года - тогда он ушел в отпуск, из которого уже не вернулся. В 2007 году против Аксененко возбудили уголовное дело. Бывшего мэра заподозрили в неправомерном выделении земельных участков в Саратове, а также в получении взятки в виде двух трехкомнатных квартир.

Это дело могло бы остаться одним из малозаметных процессов о чиновничьих махинациях, если бы не одна деталь. В марте 2008 года Аксененко сменили меру пресечения с подписки о невыезде на арест. По странному совпадению, это случилось меньше чем через месяц после того, как в Саратове был застрелен прокурор области Евгений Григорьев. Естественно, СМИ немедленно объявили, что Аксененко подозревают в убийстве прокурора, который возбудил на него дело. Да и следствие, хотя сразу же опровергло эти заявления, все же допросило экс-чиновника по делу Григорьева.

В октябре 2009 года дело об убийстве прокурора было направлено в суд, и в числе подозреваемых Аксененко не числился. Однако осадок, как говорится, остался. После "своевременного" ареста СМИ начали уделять делу бывшего саратовского мэра гораздо больше внимания, чем иным подобным делам.

Надо сказать, что в изложении прокуратуры и самого подсудимого история мэрства Аксененко выглядит совершенно по-разному.

В материалах обвинения Аксененко был представлен хитрым и расчетливым мошенником, который на протяжении своей работы в должности мэра незаконно выделял городскую землю различным людям и фирмам. Из-за этого городской бюджет якобы потерял 11 миллионов рублей. По версии прокуратуры, в число "одаренных" землей лиц попали дочь чиновника Ирина Рогова и ее муж. Также гособвинитель утверждала, что в 2004 году Аксененко потребовал от руководства фирмы "Одеон-98" две трехкомнатные квартиры за продление срока аренды (по закону фирма не имела права на продление договора). Причем, по некоторым данным, и здесь не обошлось без родственных связей: формально (а может быть, и реально) обе квартиры предназначались еще одному члену семьи градоначальника.

Следователи пришли к выводу, что все выявленные эпизоды мошенничества с землей были частями единой преступной схемы. Поэтому в СКП выразили недовольство, когда незадолго до оглашения приговора судья в связи с истечением срока давности прекратил преследование экс-мэра по четырем самым старым эпизодам. По версии следствия, все деяния Аксененко являлись единым преступлением, с момента завершения которого срок давности еще не истек.

В противовес образу хладнокровного изобретательного злодея, обрисованному прокуратурой, сам Аксененко в своем последнем слове изобразил себя рассеянным, добрым, доверчивым и даже, пожалуй, не слишком умным человеком. Выступая перед судом в преддверии вынесения приговора, бывший мэр в первую очередь заявил, что получил высокую должность в тяжелом 1996 году. Живописав все ужасы лихих девяностых, подсудимый подчеркнул, что "в этих условиях сыпались тысячами заявки на оформления прав на земельные участки, подтверждение этих прав". По словам Аксененко, в такой ситуации он не мог уделять достаточно внимания правильному оформлению бумаг. А уж организовать в те времена грамотную преступную схему, как утверждает экс-мэр, было бы попросту нереально.

В своем выступлении бывший чиновник косвенно обвинил в махинациях подчиненных. По его словам, он, не глядя, подписывал постановления о выделении земельных участков, потому что надеялся, что эти бумаги уже всесторонне проверены сотрудниками мэрии. Причем, по словам Аксененко, в конечном счете он преследовал интересы города. "Я как мэр понимал, что сегодня не примешь, не оформишь десять, двадцать, тридцать постановлений под выделение земельного участка, не важно, под киоск, десятиэтажный дом, микрорайон, это завтра, через год, через два – миллионы недополученных средств в бюджет", - пояснил подсудимый.

Что касается выделения земли дочери и зятю, то Аксененко прокомментировал этот пункт обвинения не совсем внятно. "Каким законом предусмотрен запрет получать право на земельный участок, не важно, даже не зятю, дочери, отцу, матери? Ну не было такого! Я даже не задумывался об этом!", - заявил он.

Получение взятки в виде квартир Аксененко в своем выступлении полностью отрицал. "Вообще возможна ситуация попросить взятку у незнакомого вообще человека? Причем не деньгами даже, которые можно перепрятать, их не видно будет, а квартирами", - сказал подсудимый.

Чья версия верна и за что на самом деле осужден Аксененко - за ловкое мошенничество или за чрезмерную безалаберность, - так и осталось неясным. Скорее всего, истина где-то посередине. Так или иначе, бывшему мэру предстоит провести четыре года в колонии и уплатить штраф в размере 700 тысяч рублей. После освобождения он на протяжении еще трех лет не сможет поступить на государственную службу. А если учесть, что через семь лет Аксененко отпразднует свое 66-летие, - можно с большой уверенностью сказать, что в ряды чиновников он не вернется уже никогда. Приговор Саратовского областного суда можно считать финальной точкой его карьеры, начатой в бурные девяностые.

Татьяна Ефременко