Последнее средство

Митингующих сторонников Бурджанадзе разогнал спецназ

В ночь на 26 мая - на шестые сутки митингов в Тбилиси, организованных экс-спикером парламента Нино Бурджанадзе, - протестующих разогнал спецназ. Неожиданностью это не стало. В полночь истек срок заявки на митинги, поданной оппозиционерами в мэрию. Разойтись или перейти на другое место участники акции, собравшиеся возле парламента, отказались. Не скрывая желания пойти на обострение конфликта с властями, они пообещали сорвать военный парад, назначенный на 26 мая по случаю Дня независимости (накануне парада митингующие собрались как раз на том месте, где парад, согласно планам властей, должен был принимать президент Грузии Михаил Саакашвили). Учитывая, что власти, со своей стороны, отменять парад отказались, силовая акция стала неизбежной.

Четыре года назад, когда в Тбилиси также проходили митинги с требованием отставки Михаила Саакашвили, события развивались по похожему сценарию (неделя митингов, а затем разгон с применением слезоточивого газа и резиновых пуль). Тогда, правда, власти сами пошли на обострение, сославшись на необходимость восстановить движение в центре города, перекрытое из-за акций протеста. Участники "майдана" вели себя довольно вяло (На этом фоне решение властей устроить силовую акцию придало импульс протестной кампании, вынудив президента впоследствии объявить досрочные президентские и парламентские выборы. Это, как писала, GZT.ru, в неофициальных беседах признавали и организаторы митинга. "Саакашвили нас тогда спас, - говорили они, - Митинг издыхал, мы уже не знали, что с ним делать дальше").

На этот раз обострение спровоцировали сами оппозиционеры. Власть при этом получила формальные основания не только для того, чтобы разогнать митинг, но и для того, чтобы провести разгон именно в ночь на 26 мая. Официальная заявка на проведение митингов, направленная организаторами в мэрию, действовала с 21 по 25 мая (в мэрии заявили, что новой заявки о продлении срока туда не поступало). Перед разгоном, кстати, представители городской администрации предложили митингующим переместиться от парламента (где вскоре должен был состояться парад) в другое место. Те, однако, заявили, что никуда уходить не собираются.

На то, что оппозиция в данном случае выходит за рамки закона, указала, в частности, Ассоциация молодых юристов Грузии - организация, которую сложно заподозрить в симпатиях к властям (в прошлом она неоднократно критиковала силовые структуры за действия в отношении оппозиционеров; кстати, после разгона митинга она осудила полицию за чрезмерное применение силы). Вечером 25 мая председатель АМЮГ Тамара Чугошвили заявила, что если участники митинга не разойдутся после полуночи, то полиция будет иметь все основания для их разгона - "с использованием адекватной силы".

Митинги

Дела у Нино Бурджанадзе и ее соратников на тот момент складывались неважно. Анонсированной оппозиционерами "революции" (Бурджанадзе утверждала, что для свержения Саакашвили хватит чуть ли не нескольких часов) не произошло, собрать на митинг обещанные 50-60 тысяч человек тоже не получилось. Ежедневно в акциях, проходивших у здания Общественного ТВ, участвовали 2-3 тысячи человек - митинги начинались в середине дня и продолжались до вечера, на ночь там оставались лишь несколько сотен демонстрантов. Утверждения бывшей соратницы Саакашвили о том, что она якобы выражает интересы народа, на этом фоне выглядели не более чем демагогией.

Ситуация несколько оживилась после того, как к "Народному собранию" (радикальному оппозиционному альянсу, который выступил в роли организатора митингов) решила присоединиться другая оппозиционная сила - "Грузинская партия", возглавляемая бывшим министром обороны Грузии Ираклием Окруашвили и бывшим кандидатом в президенты Леваном Гачечиладзе. Партия, которая также призывала к "революции", заявила, что проведет 25 мая "День гнева", и пообещала, что ради такого случая в Грузию вернется Окруашвили (последние несколько лет проживший в эмиграции).

Последнее обещание было особенно примечательным. Не то чтобы бывший министр выглядел особо перспективным оппозиционером (в 2007 году, когда он попытался выступить против властей, это выразилось в громких, но бездоказательных обвинениях, последовавшем за ними аресте по обвинениям в коррупции, публичном раскаянии и изгнании из страны). Но обещание вернуться, несмотря на угрозу ареста, безусловно, привлекло внимание общества. Можно предположить, что многие пришли бы на "День гнева" хотя бы для того, чтобы посмотреть на Окруашвили. Оппозиции также удалось создать интригу по поводу того, каким образом бывший министр собирается попасть в Грузию (по неофициальным версиям, он планировал приехать через Абхазию или Южную Осетию).

Интрига обернулась фарсом. За день до анонсированного события "Грузинская партия" неожиданно заявила, что Окруашвили в Грузию не приедет. "День гнева" был также отменен. Обозленная на партнеров, подпортивших образ "революции", Бурджанадзе обозвала Окруашвили трусом и заявила, что лидеры "Грузинской партии" "играют в игру властей".

В итоге "революционеры" прибегли к последнему средству, остававшемуся в их распоряжении. Прием в общем прост: если свергнуть власть не получается, остается хотя бы спровоцировать ее на разгон митинга, ударив тем самым по ее репутации (и, возможно, вынудив в результате на какие-то уступки - например, досрочные выборы).

"Этим действием [митингом возле парламента, направленным на срыв парада] они идут на явную провокацию. Они знают, чем это закончится, - отмечал 25 мая грузинский политолог Сосо Цинцадзе. - Нет сомнений, что власти зачистят эту территорию и проведут парад... Это [действия оппозиции] мне напоминает человека, который в казино проиграл все – дом, дачу, имущество и сейчас делает последнюю ставку".

Разгон

К полуночи, когда срок заявки на митинг истек, возле парламента, по информации агентства "Новости-Грузия", находились около тысячи человек. Представители мэрии несколько раз обратились к собравшимся, призвав их перейти в другое место (оппозиционерам было предложено несколько вариантов на выбор). Попытка договориться оказалась безуспешной. Сторонники оппозиции к тому времени уже готовились к противостоянию со спецназом: одни возводили заграждения, другие вооружились дубинками и самодельными щитами. Едва ли они всерьез рассчитывали на то, что смогут сдержать натиск спецназа. Впрочем, такой цели они, очевидно, и не преследовали.

Отряды спецназа прибыли к месту митинга сразу с нескольких направлений: с обеих сторон проспекта Руставели и соседних улиц. Спецназовцы, вооруженные дубинками, стали оттеснять толпу от парламента. Против митингующих использовали слезоточивый газ, водометы и резиновые пули. Некоторые были избиты. После того как территория возле парламента была очищена, полиция, как сообщала Civil Georgia, стала преследовать оппозиционеров на прилегающих улицах.

Видеозаписи можно посмотреть, например, здесь, здесь или здесь.

Некоторые из сторонников оппозиции попытались укрыться в здании близлежащего кинотеатра, но были обнаружены и задержаны (один из прятавшихся там оппозиционеров - лидер движения "Свободная Грузия" Каха Кукава - утверждал, что при задержании люди были жестоко избиты).

В МВД Грузии, со своей стороны, заявили, что в стычках с участниками митинга пострадали около 20 полицейских, некоторые из них были госпитализированы.

Комментируя действия спецназа, Бурджанадзе позднее утверждала, что силовики не оставили коридора для безопасного отступления митингующих. В МВД на это ответили, что коридор был и что организаторы акции им воспользовались.

С отъездом лидеров оппозиции, как заявили в полиции, связана и гибель двух человек, скончавшихся неподалеку от места проведения митинга. Один из погибших оказался сотрудником полиции, другой - бывшим полицейским, принимавшим участие в митинге. Оба, по информации МВД, были сбиты машинами из кортежа оппозиционеров, спешно покидавших место митинга. Видеозапись одного из наездов можно посмотреть здесь (правда, какие-то выводы об обстоятельствах аварии по этой записи сделать едва ли возможно). Водители двух машин, предположительно совершивших наезды, задержаны. Это помощник Бурджанадзе Иван Чигвинадзе и член ее партии Захарий Зурашвили.

Позднее стало известно, что один из погибших (бывший полицейский) был членом оппозиционной Лейбористской партии. Лейбористы уже сделали заявление, из которого следует, что к Бурджанадзе и ее сторонникам они претензий не имеют. Ответственность за гибель людей, как отмечалось, партия возлагает "лично на Михаила Саакашвили".

Бурджанадзе, в свою очередь, утверждает, что не знает, кому принадлежат автомобили, сбившие людей. Она заявила, что готова предоставить "наши машины" для экспертизы.

При разгоне митинга пострадали десятки людей (оппозиция заявляет, что избиениям подверглись сотни демонстрантов). В больницах, по данным на утро 26 мая, оставались 37 пострадавших, в том числе восемь сотрудников полиции и один журналист.

Последствия

По официальным данным, при разгоне митинга были задержаны около 90 человек. Агентство IPN сообщало, что в суде дела задержанных начали рассматриваться уже минувшей ночью. В виде наказания им назначали штрафы и административные аресты (по каким конкретно обвинениям, не уточнялось). Официальный представитель МВД Шота Утиашвили заявил, что большинство из задержанных арестованы, в отношении некоторых возбуждены уголовные дела (по каким конкретно статьям, он опять же не уточнил).

О лидерах радикальной оппозиции, участвовавших в митинге, в прессу поначалу поступала противоречивая информация. Соратники не могли с ними связаться, появлялись предположения, что организаторы митинга задержаны. Позднее, однако, пропавшие стали выходить на связь. В комментарии МВД, опубликованном около полудня по местному времени, отмечалось, что организаторов акции протеста среди задержанных нет.

Выступая перед парадом (который был проведен в соответствии с планом), Михаил Саакашвили заявил, что митингующие действовали по "сценарию, написанному за пределами Грузии": хотели сорвать парад и спровоцировать беспорядки, а заодно - досадить грузинской армии. Говоря о предполагаемых зарубежных связях грузинских оппозиционеров, он намекнул на Россию (планы по срыву парада президент расценил как попытку "отомстить грузинской армии, которая в 2008 году героически противостояла превосходящей силе").

МВД между тем уже выдвинуло версию о том, что организаторы митинга планировали не просто беспорядки, а государственный переворот. По словам представителя министерства, власти располагают некими доказательствами того, что "часть организаторов рассматривала смену властей силовым путем". Вообще о готовности устроить "революцию" оппозиционеры говорили открыто. От публичного обсуждения конкретных планов по свержению Саакашвили они, естественно, воздерживались. Впрочем, убедительных доказательств того, что в данном случае действительно велась подготовка переворота, полиция пока не представила (общественности МВД предложило разве что аудиозапись, содержащую, как утверждается, разговор Бурджанадзе с ее сыном о "революции" и "египетском варианте").

Комментируя эту версию, грузинский политолог Мамука Арешидзе высказал мнение, что самой Бурджанадзе арест в данной ситуации не угрожает. Учитывая, что арест может придать бывшей соратнице Саакашвили дополнительный политический вес, власти, как считает эксперт, на такой сценарий не пойдут.

Бурджанадзе после разгона митинга обвинила силовые структуры в проведении "карательной акции" и "преступлении против человечества". Заодно она пообещала, что борьба против власти будет продолжена. Здесь вполне можно вспомнить, как сама Бурджанадзе - еще в бытность спикером парламента - оценивала разгон митинга оппозиции, устроенный властями четыре года назад. "То, что произошло... очень неприятно, - говорила тогда соратница Саакашвили. - Но, с другой стороны, не произошло ничего такого, чего не было в других демократических государствах. Митинг... проходил несанкционированно... . Люди начали собираться, и ситуация могла выйти из-под контроля. Именно поэтому было принято такое жесткое решение".

Руководство Грузии, как можно предположить, теперь занимают не столько упреки и угрозы, исходящие от Бурджанадзе, сколько реакция международного сообщества - прежде всего, Европы и США, на которых ориентирован внешнеполитический курс Тбилиси. Первые комментарии оказались далеко не столь негативными, как могли бы опасаться грузинские власти. Руководитель делегации ЕС в Грузии Филип Димитров, в частности, признал, что правительству "был брошен вызов", и высказал мнение, что вопрос о превышении полномочий оценить будет сложно. Посол США в Тбилиси Джон Басс, со своей стороны, заявил, что по фактам применения чрезмерной силы должно быть проведено "серьезное расследование". Однако он сделал и оговорку. "Надо учитывать, что в интересы определенного числа людей, которые были подключены к этому процессу, не входило мирное выражение протеста, и они стремились к силовой конфронтации", - отметил посол.

P.S.

Нино Бурджанадзе признала, что голос на "революционной" аудиозаписи, распространенной властями, действительно принадлежит ей. При этом, правда, она заявила, что ее слова "вырваны из контекста".

Бывший СССР00:0416 июля

«Вор в законе был чуть ли не в каждом дворе»

Криминальные авторитеты жили в Армении спокойно. Но у новой власти свои правила