Быстрая доставка новостей прямо в ваш Telegram
Новости партнеров

"Мы его извинений не принимали"

Как журналисты отреагировали на примирение Бастрыкина с "Новой"

Скандал вокруг пресловутого вывоза в лес шеф-редактора "Новой газеты" Сергея Соколова главой Следственного комитета Александром Бастрыкиным, завершившийся публичными извинениями обеих сторон, показал, как быстро российское журналистское сообщество готово объединиться, чтобы помочь коллегам в беде. А заодно и то, как быстро журналисты готовы перессориться, когда вдруг оказывается, что на одно и то же событие можно посмотреть с разных точек зрения.

Руководители целого ряда СМИ и простые журналисты среагировали на скандал очень быстро: не успела "Новая газета" утром 13 июня опубликовать открытое письмо Александру Бастрыкину, как уже вечером у здания Следственного комитета прошла серия одиночных пикетов. Журналисты, среди которых были представители "Эха Москвы", "Коммерсанта", The New Times, радио "Свобода" и других изданий, требовали независимого расследования инцидента или просто посылали Бастрыкина в лес.

В Следственном комитете изначально никак не реагировали на открытое письмо и серию одиночных пикетов. Только утром 14 июня в "Известиях" появился комментарий Бастрыкина (хотя взят он был, возможно, раньше), начисто опровергающий сообщение про инцидент в лесу. Уже днем главе Следственного комитета пришлось фактически опровергать публикацию в газете: чиновник встретился с главным редактором "Новой газеты" Дмитрием Муратовым и извинился перед ним за "эмоциональный срыв". Муратов, в свою очередь, также принес извинения Бастрыкину, после чего попросил всех считать инцидент исчерпанным.

Тут-то и поднялась очередная буря в социальных сетях: оказалось, что у десятков журналистов есть своя точка зрения на происшествие с Сергеем Соколовым, причем у многих - отличная от той, на которой настаивает "Новая". В итоге самая, пожалуй, неудобная для российской власти газета всего за пару дней в сознании общественности чуть было не стала изданием-изгоем, которое готово втихомолку договариваться со Следственным комитетом о каких-то уникальных условиях для себя и своих журналистов.

Мнения сторон

Суть недовольства журналистов, вызванного взаимными извинениями Муратова и Бастрыкина, заключается в следующем. Во-первых, так и не прояснилась ситуация с инцидентом в лесу: "Известиям" Бастрыкин заявил, что все это выдумки и что ни в каком лесу из-за служебной занятости не был уже года три, затем во время встречи с журналистами пояснил, что в лесу - не лесу, но "у обочины дороги" он с Соколовым все же беседовал. Муратов после примирения ни о каком лесе больше не заговаривал.

Во-вторых, так же непонятно, угрожал глава Следственного комитета шеф-редактору "Новой" или не угрожал. Опять-таки, после обмена извинениями стороны про этот момент как бы забыли. И, наконец, в-третьих: где то самое независимое расследование инцидента, на котором настаивали вышедшие на одиночный пикет журналисты?

Наиболее жестко все эти претензии высказала в своем "фейсбуке" главный редактор "Вокруг света" Маша Гессен: "В общем, итог дня такой. Сергея Соколова теперь нельзя вывозить в лес и угрожать расправой. Зато всех остальных журналистов - можно. Потому что с сегодняшнего дня это уже не уголовное и должностное преступление, а так, типа бытовое хамство. Это подарок, преподнесенный Дмитрием Муратовым журналистскому цеху, который вчера стоял за него в пикетах".

Наиболее же эмоциональным получился пост Ксении Лариной с "Эха Москвы": "Ощущение жуткого позора. Дегтем вымазали, в перьях вываляли и пустили по кругу - вали, свобода слова, танцуй. Конечно, это можно было предположить. Но так не хотелось. Короче, встретимся в лесу. Все там будем".

В комментариях что к одному посту, что к другому (а также к десяткам других, цитировать которые не имеет смысла) журналисты "Новой" называются "блатными", Муратов сравнивается с торгашом, а его поведение характеризуется как "бл.дство", причем так выражаются не безвестные комментаторы Facebook-аккаунтов известных журналистов, а сами сотрудники СМИ.

Список претензий к Муратову и "Новой газете" множится от одной публикации к другой: почему, мол, главред издания сначала просил помощи от общественности, публикуя открытое письмо к Бастрыкину, а потом, когда эта помощь пришла, заключил своего рода "сепаратный договор" с главой Следственного комитета?

Наконец, Муратову припомнили и то, как после убийства Анны Политковской он думал о закрытии газеты - по собственным словам Муратова, никакая газета не может быть дороже жизни людей. Иными словами, он фактически готов был выполнить требование убийц, лишь бы никто из журналистов больше не пострадал.

На все это в социальных сетях пришлось отвечать рядовым сотрудникам "Новой газеты" - Дмитрий Муратов либо Facebook не читает, либо не считает нужным комментировать в нем все происходящее.

Аргументы защитников издания таковы. Муратов написал свое открытое письмо для того, чтобы, не имея никаких доказательств "вызова в лес", заручиться, тем не менее, гарантиями безопасности для своих сотрудников. Подняв шумиху в прессе, главред "Новой" заставил Бастрыкина публично извиниться и даже обратил внимание Следственного комитета на журналистов, работающих на Кавказе - к ним сотрудники правоохранительных органов теперь, якобы, будут относиться внимательнее, чем раньше. "Это победа. И фантастический прецедент", - пишет журналист "Новой" Валерий Ширяев.

Он же объяснил, что независимое расследование и установление правды - дело, конечно, хорошее, но чрезвычайно далекое от российских реалий. Даже если расследование будет назначено - кто его будет проводить? Естественно, либо силовики, либо структуры, связанные с силовиками. Ну, а где бы "Новая газета" судилась с Бастрыкиным? Конечно, в Басманном суде, и не по российским законам, а по принципам "басманного правосудия". Получается, что таки да, главред "Новой газеты" договорился с руководителем Следственного комитета "по понятиям" - ну так что поделаешь? Такая страна.

Наконец, ответил Ширяев и тем, кто обвинял Муратова в призывах к публичности, а потом в отказе от выполнения требований журналистского сообщества. "Никто в Новой газете не просил вас о помощи - вы сами пошли в пикеты, как и мы пойдем за вас в следующий раз. Вы пошли за Новую по убеждениям или это торг такой: я тут в пикете, но уж и ты требуй невозможного вплоть до ликвидации газеты? Поэтому не просите воздаяния", - отметил журналист. Многие читатели его аккаунта, и комментаторы в других "фейсбуках", перепостившие это заявление, согласились с приведенными аргументами.

Невозможность единения

Журналистское сообщество в последние месяцы живет в постоянном страхе перед пресловутым закручиванием гаек: скандалы, связанные с цензурой на телевидении и в печати, как начались с увольнения Романа Баданина из "Газеты.Ru" и Максима Ковальского из "Власти", так и не утихают до сих пор. Любые действия властей этот страх только усиливают: журналисты нервно реагируют не только на жесткие действия полиции во время митинга 6 мая или на разгон лагеря #ОккупайАбай, но и, скажем, на назначение Владислава Суркова руководителем комиссии по развитию телерадиовещания.

Страх, с одной стороны, не способствует взвешенному и продуманному диалогу. С другой стороны, он побуждает даже тех, кто далек от политики, вступать в разговор. А задача журналиста как раз в том и состоит, чтобы высказываться и спорить на злобу дня.

Иногда, читая комментарии в Facebook как по "делу Соколова", так и по поводу других громких медиа-скандалов последнего времени, хочется присоединиться к словам главреда "Афиши" Ильи Красильщика, сказанным немного по другому поводу: "Господи, давайте все одновременно замолчим". Потому что совершенно очевидно: когда Муратов просит гарантий безопасности для своих журналистов, он хорошо понимает, насколько лично для него и его коллег это важнее абстрактных идей о "независимом расследовании". Потому что он, например, хорошо помнит Игоря Домникова, Юрия Щекочихина, Анну Политковскую и Анастасию Бабурову.

Не менее очевидно, впрочем, и другое: остальные участники дискуссии именно для того и требуют независимого расследования, чтобы оградить от возможных угроз и расправ не только журналистов "Новой", но и всех своих коллег, где бы они ни работали. Те, кто сегодня осуждают главреда "Новой газеты", хотели бы полной замены "разборок по понятиям" законным следствием в соответствии с УК и Конституцией. Наверное, многие из них были бы готовы ради торжества настоящей законности рискнуть собственной жизнью. А вот жизнью своих друзей, коллег и подчиненных?

Как всегда в случае подобных дискуссий, поговорка "двух мнений быть не может" к ним не применима. Сам Сергей Соколов после примирения Бастрыкина и Муратова призвал всех "быть вместе, несмотря на различия". Нужно ли такое объединение журналистам? Пусть уж лучше каждый занимается своей работой и говорит, что думает. И хорошо бы еще при этом - не оскорбляя друг друга и не устраивая публичные порки ни целым изданиям, ни отдельным журналистам.

Интернет и СМИ00:02 3 октября

«Это образ, епт»

Полуголая россиянка читает рэп и матерится. Как за неделю Инстасамку возненавидел Рунет?