«Не валяйся пьяным в кустах — и не будет малярии»

Рассказ белоруса о жизни в Гане

Фото: Luc Gnago / Reuters

Средний россиянин знает о Республике Гана чуть больше, чем ничего. Тем не менее даже в далекой африканской стране успели обосноваться соотечественники и русскоязычные жители постсоветского пространства. О своей жизни в этом африканском государстве «Ленте.ру» рассказал читатель Владимир Бирюк. Поведанная история получилась сбивчивой и эмоциональной, полной желания доказать, что страна достойна внимания.

«Я родился в БССР, в городе Слоним, мне 63 года. В Гану приехал делать бизнес, который в итоге не пошел. Но зато я нашел жену! Теперь это моя вторая родина — моя деревня, моя улица, моя земля, мой океан… Хотя фактически у меня два иностранных гражданства — бельгийское и ганское. Я много где побывал, мне нравится и в тундре под Уренгоем, и в пустынных горах Йемена, и на Канарах. Но нигде нет такого количества позитивных людей, как в Гане. Мне хочется развеять негативные мифы об Африке», — начинает свой рассказ Владимир.

Семья

Владимир уже 15 лет женат на жительнице Ганы, пара воспитывает пятилетнюю дочку. У него также есть сын от первого брака. «Сын многие годы летает с ооновцами по Африке, у него не такое радужное отношение к африканцам, как у меня: он видит много горя — войны, ооновские лагеря. Вообще, все войны в Африке там, где большие ресурсы — нефть, золото, алмазы, редкоземельные металлы. Конфликты спровоцированы извне Африки, это не внутренние африканские проблемы», — говорит белорус.

Национальный характер

Как Россию умом не понять, так и к черному континенту нельзя подходить с еврологикой, считает Владимир. Но есть в местном социуме аспекты понятные и знакомые.

«Классические семейные отношения в Африке очень важны, разговоры по BBC про все эти гей-браки слушают с брезгливостью. Родня — это святое: если ты поднялся, бизнес пошел вверх, нужно оказать помощь родственникам, причем маловероятно, что деньги вернут. У меня с семьей жены отношения искренние, уважительные. Если относишься без высокомерия — будешь свой, хоть и оброни (белый иностранец)», — говорит Бирюк.

Повальная необязательность и лень, по словам Владимира, — это ключевая черта Африки. «Здесь действует девиз типа русского «щас...», только многократно усиленный. Договорились как-то раз с родственником помочь теще построить беседку. Условились на следующий день на 14 часов, я надеялся, что он придет хотя бы до шести вечера, когда начинает темнеть, но не угадал: он явился через два дня и с невинным видом предложил помочь, когда все было сделано», — вспоминает Владимир.

Еще одна особенность и африканцев, и белых, которые долго живут в Африке, это работа с ленцой — медленно-премедленно. «Сам этим страдал, расслабленность от жары и физическая работа несовместимы», — признается он.

Женщины чувствуют себя в Гане свободно везде, кроме мусульманского севера. «Насилие и унижение женщины очень редки, это несовместимо с традициями. Часто женщины имеют свой бизнес и доход намного больший, чем мужчины», — отмечает Владимир.

Отношение к детям в стране трепетное: «Я не видел в Гане бездомных, голодных, беспризорных детей. Здесь осиротевших или брошенных детей родственники заберут. Как, например, теща моя — забрала внука-инвалида. Экс-невестка не сделала ребенку прививку от полиомиелита, и он заболел. После развода бывшие мужья и жены часто остаются жить у свекров или тестя с тещей».

Заработай на белом

Любой белый для местных — богач, что, по мнению Владимира, отчасти правда: те, кто приезжают сюда на отдых, действительно не бедны (авиаперелет из Европы достаточно дорогой). Если оброни решит купить на рынке фруктов, можно не сомневаться: специально для него цена волшебным образом подрастет раза в два. Да и такси могут предложить по европейским ценам.

Местные понимают, что прибывшие на отдых оброни жаждут колорита, различных «страшилок», и не стесняются зарабатывать на этом. «Знаю одного местного — кстати, выпускник советского вуза, — он содержит лавку со всякими шаманскими страстями. Черепа, кости — вроде как он наследственный джу-джу-ман. Я ему объясняю, что в его стране не было людоедства, это подтверждено еще колониальными исследованиями. На что он отвечает: "Если бы они (туристы) не верили в эти сказочки, я не имел бы трехэтажную виллу и Toyota Prado"».

Безопасность

«Очень большая разница в жизни деревни и больших городов. Если в деревнях очень простые отношения и полная безопасность, то в городах полный букет из негативов "цивилизации" и социального дарвинизма», — сетует Владимир. Однако, по его словам, даже в столице, четырехмиллионной Аккре, можно спокойно ходить по улицам ночью. «Мне доводилось, и никто кроме уличных торговок и жриц любви около гостиниц ко мне не приставал», — уверяет он.

«Но вещи держи под присмотром. Мелкое воровство — колорит Африки. Все дома обнесены заборами, многие с колючей проволокой или битыми бутылками, вцементироваными в забор, — это пришло с "цивилизацией". Хотя есть уникумы, как мой тесть. После того как из дома пару раз кое-что пропало, дети решили построить ему забор. Но он развалил уже начатый забор и сказал, что не хочет жить, как в тюрьме, — пусть хоть все украдут. Человек родился и вырос без заборов. В 300 километрах от столицы Аккры, на родине тещи и тестя, нет заборов, и дома не запираются», — рассказывает Бирюк.

Весь криминал в Гане, по словам Владимира, в основном мигрантский: сказать спасибо за него можно приезжим из Нигерии, Либерии или с мусульманского севера страны.

«Все вокруг колхозное, все вокруг мое»

«Земля в деревне принадлежит общине, управляемой местным вождем-чифом, и не продается, — объясняет Владимир. — Твой дом вроде как бессрочно стоит на общинной земле (примерно как в СССР). Я не мог бы продать мой дом с землей, если бы захотел. И когда я спросил, не могу ли я купить еще один дом на берегу океана, меня просто не поняли. Это вообще-то отлично, иначе китайцы и европейцы, которые работают тут, давно скупили бы все».

Жизнь городская

Четырехмиллионная Аккра — это другой мир: широкие дороги со сложными развязками, пробки в час пик. Контрасты, как и в России: на всех холмах свои «рублевки», трехэтажные виллы с гаражами на несколько машин и туалетами на каждом этаже.

Дети в пять-шесть лет идут в школу. В частной школе к пяти годам уже умеют считать и писать, обучение в такой школе стоит 200 седи в месяц (1 евро равен 4 седи). В Гане всеобщее девятилетнее образование.

В Аккре и пригородах земля продается. Стандартный участок 80 на 80 метров с подведенной водой, электричеством и канализацией стоит 5 000-8 000 евро. На холмах еще дороже, а у берега океана — уже от 25 000 евро.

Дураки и дороги

Дороги в Гане весьма неплохие, и на 160-170 километрах в час приходится сдерживаться и сбрасывать скорость, чтобы не нарушать правила.

«Полицейские посты есть на въезде и выезде из всех городов. Полиция — чистые попрошайки, легче дать пять седи, а то будет долго "проверять" документы. Старые машины не останавливают, а "буржуев" доят. Моему родственнику удалось однажды откупиться от полицейского банкой фанты. Но бывают рейды по скорости, тут уже в крупную сумму влетишь, и не факт что откупишься, — им же тоже надо выслужиться», — поясняет Бирюк.

По Аккре курсируют комфортабельные автобусы с кондиционерами. «Самый дешевый способ передвижения — это душная маршрутка, где везут и кур, и полный короб пряных пирожков, и канистру чего-то вонючего», — говорит он.

Цены и быт

Цены на продукты в Гане приближаются к европейским. Хлеб — пять седи (1,25 евро), арбузы — 12 седи. «Цены — как в Бельгии, хотя вкус местных фруктов не сравнить с испанско-итальянскими», — говорит Владимир. На базаре цены на 10-20 процентов меньше, чем в магазинах.

Товары повседневного спроса местного производства: «Свое пиво, напитки, моющие средства, консервы, кабели, одежда, бензин, цемент, — на всем стоит "сделано в Гане"».

В ресторанах и барах все недорого, считает Владимир: «За 30-40 седи можно очень плотно пообедать в ресторане на берегу — шашлыки, плов, суп мясной из говядины или баранины, пиво или свежий сок. Еда в Гане и вообще в Африке очень пикантная, огонь во рту — наперченная, поэтому если не любите, то предупреждайте, чтобы приготовили без перца. Мои родственники и теща всегда готовят для меня отдельно».

Живность и климат

Отдельный рассказ Владимира — о пугающих всех малярийных комарах: «Если не будете лазить по кустам или не занесет в какие-нибудь влажные места, вероятность заразиться очень низкая. А если принять профилактические таблетки по схеме, то и вовсе нулевая. Конечно, если напиться и проснуться поутру в кустах облепленным комарами, вероятность малярии, мягко говоря, очень высокая».

Купание — отдельное удовольствие: «Вода в океане теплая, около 28 градусов Цельсия. У берега на западе Ганы очень мелко, идеально для детей. Акул нет, за последние 50-60 лет ни одного случая нападения. Дети спокойно купаются, а подростки и взрослые вообще далеко заплывают, как и я сам».

Еще одна особенность Ганы — в домах на окнах нет стекол, только сетка. «Со стеклом на окнах нужен кондиционер, иначе сваришься. Я стараюсь жить без кондиционера — не хочу быть зависимым от электричества, к тому же каждый выход на улицу после кондиционера в комнате — это не совсем приятно», — объясняет Владимир.

Так почему Африка?

«По моему опыту, Гана — это самая мирная и безопасная страна в Африке. Это блаженство — жить среди мирных, искренних, душевно здоровых людей, которых еще не поглотила и не изуродовала социальная пирамида. Некоторые это называют позитивной энергетикой, да?.. Я знаю бизнесмена из Бельгии, который влюблен в Гану и тоже здесь живет. Он сказал отличные слова: "Я задыхаюсь в Европе от лицемерия и неестественности, отсутствия жизнерадостности, вечной озабоченности, гонки, а в Африке люди живут и радуются каждому дню". Еще с немцем знаком, который живет в Нунгуа (ближний пригород Аккры) и клянется, что Германия — это духовный ад. Многие европейцы выбрали для себя Африку. В Кении, например, живут тысячи англичан.

Климат побережья Анголы — Намибии вообще один из самых лучших для европейцев: вечная весна, яркое солнце и свежий, прохладный ветер с океана. Африканские мужчины в возрасте за семьдесят полны сил и энергии, многие имеют любовниц, — возможно ли такое в Европе?

Знаю, часто показывают истощенных африканских детей по телевизору. Я ни разу не видел таких в Африке. Слышал, что ооновскую гуманитарную помощь местные перебирают и кое-что просто выбрасывают: то, что им присылают, даже собаки и коты есть не хотят».

Редакция «Ленты.ру» сохранила стиль изложения рассказчика.