Пятилетка за три года

Как Россия будет жить при новом трехлетнем бюджете

Глава Минфина Антон Силуанов (в центре)
Фото: Сергей Фадеичев / ТАСС

Консервативный федеральный бюджет на ближайшие три года принят Госдумой. На этот раз правительство проявило осторожность: основной финансовый документ сверстан исходя из цен на нефть в 40 долларов. Эксперты, опрошенные «Лентой.ру», уверены, что новый бюджет направлен на заморозку текущей экономической ситуации. Он не поможет ни делу роста ВВП, ни восстановлению благосостояния населения.

Бюджет девальвации

Госдума приняла бюджет на 2017 год и плановый период 2018-2019 годов.

Он предполагает постепенное снижение дефицита с 3,2 до 1,2 процента, нефть по 40 долларов и инфляцию не выше 4 процентов в течение всей трехлетки, а также ослабление рубля (с 67,5 до 71,1 рубля за доллар).

Самые крупные статьи расходов федерального бюджета в 2017-м: социальная политика — 5,08 триллиона рублей; оборонка — 2,84 триллиона; экономика — 2,29 триллиона; безопасность — 1,97 триллиона. На образование потратят 568 миллиардов; на здравоохранение — 377 миллиардов; на культуру — 94 миллиарда.

«В следующем году, в зависимости от возможностей экономики, мы будем корректировать бюджет. И действительно будем в первую очередь направлять средства на приоритетные программы поддержки промышленности, сельскохозяйственного машиностроения, автомобилестроения и другие задачи», — сказал глава Минфина Антон Силуанов, представляя основной финансовый документ Госдуме.

Пушки или масло

Пока возможности экономики России в 2017 году не совсем ясны. И принятый федеральный бюджет пока не способствует достижению стратегической цели обогнать по темпам роста мировую экономику, считают эксперты. При этом решить проблему несбалансированности бюджета так и не удалось: слишком большими остаются траты на оборону и социалку, слишком низкими — вложения в человеческий капитал.

Юлия Цепляева, директор Центра макроэкономических исследований Сбербанка:

«Я рада уже тому, что бюджет принят вовремя, до конца года. Чтобы помочь восстановлению экономики, сжатие расходов не должно быть таким агрессивным, ведь обычно страны наращивают расходы при спаде. Я бы, конечно, предпочла компромисс в сторону более щедрого бюджета. Но и желание властей обеспечить финансовую стабильность тоже понятно. Риски в нынешней неопределенной ситуации хорошо известны. Что касается параметров бюджета, то они намеренно консервативны. Думаю, нефть будет дороже 40 долларов, в нашем прогнозе ее цена равна 50 долларам. В то же время правительство хочет снизить зависимость государственных финансов от цен на нефть, поэтому и занижает ее стоимость».

Станислав Мурашов, экономист по России, Райффайзенбанк:

«Я бы сказал, что задача бюджета 2017-2019 не в том, чтобы стимулировать экономический рост, а в том, чтобы не усугубить и без того проблемную ситуацию в экономике. В бюджете не запланировано ощутимого увеличения финансирования национальной экономики, а объем статей расходов, которые не способствуют росту (расходы на силовиков и на социалку), занимают почти 70 процентов. Поэтому вряд ли стоит ожидать, что такой бюджет ускорит экономический рост. Однако в рамках сложившихся экономических реалий у правительства нет альтернатив. Соцрасходы должны остаться высокими. Пенсионный фонд продолжает зависеть от трансферта из федерального бюджета. При этом высока доля бюджетников в экономике, им надо индексировать зарплату. Кроме того, не исключено усиление господдержки перед предстоящими президентскими выборами. Сложно говорить о мерах, повышающих эффективность бюджета, в предвыборном году. На месте властей я бы подумал о снижении налоговой нагрузки на ненефтегазовый сектор — как через упрощение процедур администрирования, так и через снижение ставок».

Арсений Мамедов, старший научный сотрудник лаборатории исследований бюджетной политики РАНХиГС при президенте России:

«Планы по номинальному сокращению расходов задают достаточно жесткие рамки для бюджетной политики на 2017-2019 годы. При этом прогноз ненефтегазовых доходов завышен, а прогноз по нефтегазовым доходам — реалистичен. Таким образом, со стороны доходной части бюджета существуют определенные риски. В расходной части не запланировано улучшения эффективности трат с точки зрения соотношения производительных (человеческий капитал, инфраструктура) и непроизводительных. С учетом снижения объема госинвестиций в последние годы это может стать препятствием для выхода российской экономики на сбалансированное развитие.

В 2019 году доля инфраструктурных расходов в ВВП снизится более чем на 25 процентов по отношению к соответствующим значениям 2016 года. Относительная величина госрасходов на здравоохранение в России (3,7 процента ВВП в 2014 году, данные ОЭСР) значительно ниже, чем в развитых странах (6,5 процента ВВП), и не соответствует реальному уровню экономического развития страны.

Снижение в реальном выражении расходов федерального бюджета на высшее образование вызвано сжатием вузовской сети в связи со значительным уменьшением количества студентов. Это происходит в силу демографических причин. Вместе с тем данная политика не соответствует задачам повышения качества образования и конкурентоспособности российских университетов на международной арене.

В части соцзащиты и поддержки граждан бюджет по-прежнему нельзя назвать адресно ориентированным, так как социальные гарантии от риска бедности не являются приоритетными. При увеличении расходов федерального бюджета на социальную политику в 2016 году более чем на 220 процентов по сравнению с 2008 годом уровень бедности в России составил в 2015 году 13,4 процента — столько же, сколько и в 2008-м. Получателями соцподдержки за счет средств федерального бюджета являются более 20 миллионов человек».

Экономика10:1115 июня

«Требуйте везде оленину!»

От развития оленеводства зависит жизнь коренных народов Севера