Новости партнеров

Господин, неприятный во всех отношениях

Победа Трампа заставила нервничать и Северную Корею, и Южную

Фото: Chung Sung-Jun / Getty Images

В Южной Корее сложился удивительный консенсус: и правые, и левые пришли к общему мнению по поводу нового американского лидера: и тем и другим Дональд Трамп не нравится. Еще удивительнее то, что в своей неприязни к 45-му президенту США они едины с руководством КНДР. Чем Трамп настроил против себя граждан обеих Корей — читайте в материале «Ленты.ру».

В последние дни на передовице практически любой южнокорейской газеты — неважно, правой или левой — можно обнаружить публикацию, посвященную избранию Дональда Трампа президентом США. Победа Трампа не стала в Корее сенсацией. На то были веские причины: американские выборы совпали по времени с беспрецедентным политическим скандалом в Южной Корее, который почти наверняка закончится импичментом действующего президента, и это отвлекло внимание местных СМИ от новостей из Вашингтона. Кроме того, многие в Сеуле поначалу воспринимали Трампа как демагога, который говорит то, что хотят услышать избиратели, но вовсе не собирается исполнять эти обещания, поэтому не слишком беспокоились из-за его победы.

Однако инаугурация, кажется, стала поворотным пунктом. Несколько запоздало до южнокорейской политической элиты дошло, что мир, кажется, серьезно меняется, и в долгосрочной перспективе эти перемены куда важнее, чем даже импичмент президента Пак Кын Хе. При этом все согласны с тем, что Корее начинающиеся перемены ничего хорошего не сулят. Инаугурация Трампа и первые шаги его администрации вызвали здесь форменную панику. Слова «опасность», «кризис», «шок» встречаются едва ли не в половине заголовков статей на американскую тематику.

Причины этой паники — не такие, как у американских и европейских либерально-интеллигентских СМИ, авторы которых недолюбливают Трампа. Южнокорейская публика, включая и интеллигенцию, мало озабочена продвижением демократии на Ближнем Востоке, судьбами индонезийских рабочих, дискриминацией африканских гомосексуалистов и прочими проблемами, беспокоящими прогрессивную общественность на Западе. Корейцы вообще не склонны переживать по поводу несовершенства жизни в дальних странах и недостаточной просветленности человечества в целом — им ближе собственные проблемы. Поэтому и недовольство новой ситуацией в США вызвано сугубо местными, чисто корейскими соображениями.

Главной проблемой корейцам представляется протекционизм Трампа, его желание ограничить доступ иностранных товаров на американский рынок. У жителей страны, которая уже более полувека живет за счет экспорта промышленной продукции, эта перспектива не вызывает радости.

Сейчас Трамп имеет в виду ограничение ввоза товаров из Китая и Мексики, однако в Корее опасаются, что вслед за этим последуют меры и против южнокорейского экспорта в США, ибо почти все, что Трамп говорит о Китае, вполне применимо и к Южной Корее. Вдобавок есть угроза пересмотра двустороннего соглашения о свободной торговле, которое крайне выгодно корейской промышленности.

Беспокоят корейцев и действия нового американского лидера, касающиеся Мексики, — в первую очередь решение радикально пересмотреть НАФТА (североамериканское соглашение о свободной торговле, которое делает возможным беспошлинный ввоз товаров из Мексики в США). Трамп уже не раз сурово высказывался о тех корпорациях, что строят заводы в Мексике, создавая там рабочие места, а затем продают произведенное в Соединенных Штатах. Особенно досталось от Трампа «Тойоте», собирающейся строить в Мексике автомобильный завод, — президент даже пригрозил этой компании введением повышенных таможенных пошлин.

Однако точно такой же бизнес-моделью активно и давно пользуются крупные корейские фирмы. Например, завод компании Kia в окрестностях мексиканского города Монтеррей в прошлом году произвел 105 тысяч машин, 80 процентов которых были экспортированы в США. Сейчас судьба завода под угрозой: возвращение тарифных барьеров, обещанное Трампом в ближайшем будущем, убьет и это производство, и другие подобные корейские предприятия в Мексике.

О политических последствиях избрания Трампа корейцы беспокоятся меньше, но и им совершенно не рады, ибо опасаются, что они приведут к экономическим неприятностям.

В Сеуле сильно напряглись из-за того, что Трамп явно настроен на обострение отношений с Китаем. В последние полтора десятилетия Южная Корея занимает весьма двойственную позицию. С одной стороны, Сеул — военно-стратегический союзник Вашингтона, причем население республики в целом этот союз одобряет. С другой стороны, Китай является основным торговым партнером Южной Кореи, процветание которой во многом зависит от готовности китайцев покупать южнокорейские товары.

Двусмысленность этого положения в последнее время становится все более очевидной. Хорошим примером стали последствия принятого Сеулом и Вашингтоном летом прошлого года решения о размещении на территории Кореи американской системы ПРО. Утверждается, что она необходима для защиты от КНДР. Однако входящий в состав системы радар может использоваться и для сбора разведывательной информации о Китае. Пекин отреагировал на это решение в своем стиле: отдал указания китайским фирмам свернуть некоторые виды деятельности на корейском направлении — иначе говоря, ввел санкции против Сеула. В частности, появились негласные ограничения на поездки в Корею для граждан КНР, которые давно стали главным туристским контингентом в стране. В Китае начались массовые проверки корейских фирм с последующим жестким наказанием за все выявленные нарушения трудового, финансового, санитарного и пожарного законодательства. В условиях, когда отношения Вашингтона и Пекина быстро ухудшаются, в Сеуле опасаются, что за сохранение союза с США придется в прямом смысле слова платить, отчасти потеряв доступ к китайскому рынку.

Наконец, еще в ходе избирательной кампании Дональд Трамп заявил, что намерен потребовать от Сеула больше тратить на содержание дислоцированной в Корее американской военной базы. Сейчас финансирование осуществляется примерно в равных долях обеими странами, но Трамп сказал, что подобная ситуация его не устраивает и корейской стороне придется взять на себя куда более существенную долю расходов.

Есть и еще одна опасность, связанная с Трампом, о которой в Сеуле говорят, пожалуй, меньше, чем следовало бы. В отличие от своих предшественников в Белом доме, Трамп вполне может пойти на силовое решение северокорейской ядерной проблемы. Речь идет, конечно, не о полноценной войне (хотя в итоге все может этим закончиться), а о нанесении удара по объектам ядерного и ракетного комплекса КНДР. Судя по всему, в течение нескольких лет Пхеньян завершит разработку и испытания межконтинентальных баллистических ракет, способных нанести ядерный удар по территории США. Если это произойдет в годы правления Трампа, есть немалая вероятность того, что он решит парализовать ядерный комплекс КНДР до того, как испытанные ракеты начнут производить в достаточных количествах и ставить на боевое дежурство.

Такие варианты время от времени обсуждались в Вашингтоне и раньше, но разговоры всегда заканчивались ничем, поскольку подразумевалось, что в ответ на атаку КНДР нанесет удар по сеульской агломерации, которая находится в зоне обстрела северокорейской тяжелой артиллерии. Даже если такой ответ не приведет к полноценной войне, его последствия будут катастрофическими для Южной Кореи, однако Трамп неоднократно подчеркивал, что безопасность союзников для него не приоритетна. Так что удар по Сеулу ему, возможно, покажется приемлемой платой за ликвидацию прямой угрозы Соединенным Штатам.

Надо сказать, что подобная перспектива беспокоит и Пхеньян. Неслучайно северокорейская пресса, предпочитающая не сообщать населению новости, которые руководство считает плохими, молчала о результатах выборов в США почти десять дней, а потом упомянула о них мимоходом в статье, посвященной совсем другим вопросам. Правда, в Пхеньяне давно усвоили, что слабины давать нельзя, и заявили, что не откажутся от дальнейшего укрепления ядерного потенциала. Тем не менее напряженность очевидна и там.

Насколько справедливы все эти опасения и страхи — покажет будущее, ясно одно: ничего хорошего от новой администрации США не ждут ни корейские правые, традиционно тесно связанные с Вашингтоном, ни корейские левые, относящиеся к Америке с некоторым недоверием. Пожалуй, впервые в Корее сложился консенсус в восприятии нового хозяина Белого дома, и отношение это безусловно негативное.