Обыкновенный фашизм

Зачем Киев возбудил против ветерана войны дело за убийство оуновца 65 лет назад

Борис Стекляр

На Украине — очередной скандал с историческим подтекстом. Генеральная прокуратура страны возбудила уголовное дело против ветерана Великой Отечественной войны, бывшего работника органов безопасности. 94-летнего Бориса Стекляра обвиняют в ликвидации одного из идеологических лидеров националистической организации ОУН-УПА (запрещена в России) Нила Хасевича в 1952 году. На чем основано данное дело и чем чреваты обвинительные процессы такого рода, разбирается «Лента.ру».

«Предлагаю сдаться без боя»

Хотя на всеукраинский уровень эта история вышла только в конце апреля, тянется она уже давно. Зачинщиком выступила некая организация под громким названием «Национальный центр правозащиты». Ее координатор Денис Полищук, сейчас весьма востребованный в украинских медиа, рассказывает, что заинтересовался этой темой в 2016 году во время работы над проектом «Расстрельный календарь». Один из фигурантов этого проекта — член подпольного Волынского краевого подразделения ОУН, художник-пропагандист Нил Хасевич, убитый в марте 1952 года. Детали спецоперации, настаивает Полищук, хорошо известны и даже подробно описаны в книге «Чекисты рассказывают». Действительно, в шестом томе этой антологии есть раздел «Рассказы полковника Бондаря», и один из авторов там — Борис Стекляр. Рассказ «Разгадка НХ» посвящен спецоперации по поимке (задача непременно уничтожить не ставилась) Нила Хасевича, позывной Зот. Он фигурирует в рассказе под своим настоящим именем.

«Зот! Вы обложены со всех сторон. Предлагаю сдаться без боя. От имени советской власти обещаю, что в этом случае вам будет оказано снисхождение... Глаза всех были прикованы к входу в бункер. Сноп даже не шелохнулся. Не слышно было и никаких голосов. Выходит, бандиты пренебрегли возможностью избежать кровопролития…

— Выходите! Иначе забросаем гранатами! — крикнул Бондарь. Ответом было молчание. Выходит, переговоры не состоялись. Жаль... Но его, капитана Бондаря, совесть чиста. Он дал Зоту и его охранникам последнюю возможность сохранить свои жизни», — так в книге описан кульминационный момент. Согласно рассказу, националисты не только не захотели сдаться, но и при малейшей возможности обстреливали чекистов очередями из автоматов.

В 2016 году «Национальный центр правозащиты» подключил к делу Украинский институт национальной памяти (УИНП) — главное ведомство страны по историческим вопросам, которое возглавляет одиозный Владимир Вятрович. Этот чиновник, пожалуй, лидирует на Украине по числу резонансных заявлений на общественно-исторические темы. Чего стоит только его инициатива отменить 8 Марта, майские праздники и День Победы! Однако управление Службы безопасности Украины в Ровенской области первоначально отказало в обнародовании дела Стекляра, пояснив, что там есть гриф «Для служебного использования». Летом 2016 года начался судебный процесс — УИНП настаивал, что дело должно быть открыто согласно закону «О доступе к архивам репрессивных органов коммунистического тоталитарного режима 1917-1991 годов» (принят в апреле 2015 года). Сам ветеран ссылался на закон о защите персональных данных и закон «Об информации», запрещающий сбор, хранение, использование и распространение конфиденциальной информации о человеке без его согласия.

Увы, сейчас на Украине итог такого противостояние легко предсказуем. Не слишком быстро, но все же современные националисты своего достигли. Насколько можно понять из интервью Полищука, натравила Генпрокуратуру на 94-летнего ветерана именно его организация. До того ведомство особого интереса к бывшему чекисту не выказывало. Заявление было подано 13 апреля, а уже 25 числа в ГПУ сообщили об открытии уголовного дела по статье «Умышленное убийство двух или более лиц, а также лица либо его родных в связи с выполнением им служебного или гражданского долга». Досудебным расследованием займется прокуратура Ровенской области. На замечания о том, что обвиняемому уже 94 года и он героически воевал против фашистов для освобождения Украины, Полищук реагирует стандартно: «Все равно преступление остается преступлением. Если его не расследовать, не будут разоблачаться другие преступления. Я уверен, что следствие произойдет и что будет приговор суда. По украинскому УПК, длиться оно будет максимум два года».

Антагонисты

Нил Хасевич до последнего времени не был особо известен украинской общественности, но в узких националистических кругах это вполне себе культовая фигура. К УПА он примкнул в 1942 году. Правда, в результате приключившейся в юности аварии (попал с матерью под поезд, мать погибла) Хасевич остался без ноги, так что воевать мог исключительно на идеологическом фронте. Пригодилось художественное образование, полученное в Варшавской академии на денежную компенсацию, которую ему выплатила французская компания-владелец железной дороги. Хасевич стал главным пропагандистом УПА, сегодня сказали бы, главой пиар-отдела. Он не только рисовал едкие антисоветские листовки и иллюстрации, о чем принято вспоминать в первую очередь. Сфера обязанностей Зота была значительно шире — от управления подпольной типографией до разработки символики УПА (печатей, флагов, наград) и даже националистических денег, так называемых бофонов. Вершина творческого пути — презентация его работ делегатам Генеральной Ассамблеи ООН и зарубежным дипломатам в 1951 году с последующим изданием альбома «Графика в бункерах УПА» в филадельфийском украиноязычном издательстве «Пролог».

В вышеупомянутых хрониках чекистов, на которые ссылаются современные исследователи этого дела, есть и другие детали. «В период оккупации этот "щирый украинец" был назначен гитлеровцами... судьей в селе Деражно и выполнял свои обязанности как их преданный холуй. Эта деятельность Хасевича принесла его землякам много страданий и горя. По приговорам судьи карали местных жителей за невыполнение поставок продовольствия немецко-фашистской армии, невыход на принудительные работы, укрывательство бежавших из плена красноармейцев, окруженцев и евреев, помощь партизанам. Случалось, судья лично участвовал в экзекуциях, а если присутствовал на них, то обязательно делал зарисовки, когда, скажем, полицаи пороли крестьян плетьми и шомполами-цепочками немецкого производства», — говорится в книге.

Большая часть работ Нила Хасевича сейчас хранится в Луцком краеведческом музее. На Украине выпускают его альбомы, снимают о нем документальные фильмы, называют в его честь улицы и ставят ему памятники.

Борис Стекляр, которого сейчас обвиняют в убийстве Хасевича, тоже по-своему культовая фигура. Ушел на фронт в 1941 году добровольцем, был ранен в окружении под Уманью (из воспоминаний — «меня чиркнуло осколком: вырвало кусок уха, и до сих пор кусок черепа торчит шишкой»), воевал в разведке на Калининском фронте неподалеку от Ржева, где опять был ранен («куска ноги нет, отщепило кусочек кости, разрывная пуля — неприятная вещь»), сражался под Сталинградом и дошел до Берлина. После войны работал в органах безопасности. В одном из интервью он сообщает дополнительные подробности по делу Хасевича. «Хасевич был агентом СД (Служба безопасности рейхсфюрера СС). Тогда почему-то это было под секретом. Какой смысл сейчас об этом молчать. В УПА какой только шушеры не было: из абвера, СС, СД... Кстати, поэтому я им и занимался. Первый раз он засветился еще в 1942 году. Англичане выбросили пятерых поляков-парашютистов. Хасевич сдал всех пятерых!» — рассказывал ветеран.

Пиар на декоммунизации

Нет сомнений, что если уже Генеральная прокуратура Украины дала этому делу ход, рано или поздно дойдет до обвинительного приговора. Конкретный момент выберут из соображений политической конъюнктуры — или перед выборами, или, например, чтобы отвлечь внимание общества от какой-нибудь серьезной экономической неурядицы. Однако привести это дело к логическому финалу будет не так просто, как кажется на первый взгляд. Не исключено, что перспективная с точки зрения националистов история обернется очередным имиджевым провалом украинского государства.

Во-первых, несмотря на громкие заявления инициаторов процесса против Стекляра, не вполне ясно, отчего именно погибли Хасевич и его «коллеги» при их задержании. Наравне с вариантом про брошенную гранату существует и другая версия, причем более популярная среди исследователей. Согласно ей, националисты не захотели сдаваться живыми и застрелились, предварительно уничтожив все важные документы. «Сексоты помогли отыскать тайник, но живым Хасевич не сдался — застрелился из личного оружия вместе с двумя своими охранникам, спалив перед этим все важные документы… Человек, который не склонился под тяжестью жизненных испытаний, не был столь уверен в себе, чтобы не бояться выдать важную информацию на пытках», — пишет историк Ирина Езерская.

Во-вторых, и это главное, непонятно, на каких, собственно, основаниях можно обвинить Бориса Стекляра в убийстве. Он действовал четко в рамках своих полномочий и закона страны, в которой жил и работал, чего не скажешь о его оппоненте.

Впрочем, такие нюансы и «мелочи» вряд ли остановят власти предержащие на Украине. Слишком уж соблазнителен пиар на декоммунизации и борьбе с тоталитарным режимом, особенно после того, как дело получило официальное оформление и вызвало большой общественный резонанс. А Хасевич — очень удобная жертва, поскольку его можно представить не членом запрещенной бандитской организации, а творцом, выдающимся художником, которого «убил советский режим». Однако цивилизованный мир шитый такими белыми нитками процесс вряд ли воспримет, слишком уж нелепа эта пародия. Значит, получив небольшие бонусы внутри страны, власть в Киеве понесет очередные потери на международной арене, не говоря уже об усилении раскола в многострадальном украинском социуме.

Бывший СССР00:01 8 ноября

Сказке конец

Туркмены построили свой СССР. Теперь они много работают, мало едят и любят вождя
Бывший СССР00:0122 октября

Заря незалежности

Как в 90-е украинские националисты создали партию, церковь и штурмовые отряды