«Скульпторы все делают при помощи роботов»

Каталонец Жом Пленса умеет превращать буквы в искусство

Скульптор Жом Пленса
Скульптор Жом Пленса
Фото: предоставлено домом Ruinart

В начале 2017 года Жом Пленса, каталонский скульптор и создатель инсталляций, чьи работы есть в Центре Помпиду, ливерпульской галерее Tate, нью-йоркском музее MOMA и мадридском Центре современного искусства королевы Софии, представил свой проект для дома Ruinart. Пленса рассказал «Ленте.ру» о своем понимании творчества, сходства и различия между людьми и о том, что отличает его от Микеланджело.

О «многофункциональности» и мультикультурности художника

Я никогда себя не ограничивал в формах выражения. Я занимался графикой, фотографировал, писал, создавал инсталляции. Много работал в оперных проектах. Но скульптурой занимался больше всего. Скажем так: прежде всего я именно скульптор. И может быть, потому что я работал в разных странах мира, для меня всегда были важны погружение в чужую культуру и диалог с ней. Мои работы отражают именно эти культурные различия.

О языках и алфавитах

Я постоянно работаю с алфавитами, стремлюсь вложить в скульптуры, составленные из букв разных мировых языков, позитивный посыл, некое послание всем, кто захочет его прочесть: как было бы хорошо, если бы все мы были вместе, были дружны. Насколько интереснее стали бы наши диалоги и продуктивнее — обмен информацией. Я применяю восемь алфавитов, в том числе латиницу, кириллицу (которая используется, в частности, в русском языке), японский, китайский, арабский, иврит, греческий, хинди. Эти буквы символизируют большую часть народов мира. Но я отнюдь не считаю, что эти алфавиты лучше или красивее других: просто такая подборка. Сам я говорю по-английски, по-французски, по-итальянски, ну и, конечно, знаю испанский и мой родной каталонский. Кстати, испанский и каталонский — совершенно разные языки, хотя многие считают иначе. Только корни общие.

О важности различий

Я очень люблю различия. Я считаю, что различия между людьми — это определенная привилегия рода человеческого: они позволяют нам постоянно, непрерывно учиться друг у друга. И для того, чтобы преодолеть эти различия, и потому, что это просто очень интересно. Политикам нужно учитывать различия и использовать их во благо.

О несовершенстве

Несовершенство — ключ ко всему. Может быть, самое важное в человеке — то, что он несовершенен. Несовершенство заставляет нас мечтать о несбыточном, желать чего-то большего, чем то, чем мы уже обладаем. Пытаться понять непознанное, испытать себя в непривычных ситуациях, заглянуть в будущее. А совершенство — ужасно скучная вещь.

Об арт-сообществе

Арт-сообщество давно свободно от национальных рамок. Это единый мир без условных государственных границ. Мы, художники, постоянно демонстрируем друг другу свои работы, обмениваемся мнениями и впечатлениями. Для этого отлично подходят большие международные выставки и ярмарки, такие как венецианская Биеннале, в которой я тоже принимал участие. Там собираются кураторы, руководители музеев, арт-критики, коллекционеры и, конечно, собственно художники, там без всяких условных ограничений и развивается искусство.

О городской скульптуре

Если вы делаете скульптуру для городской среды, нужно очень серьезно продумать, как она в эту среду впишется, интегрируется. Она не должна конфликтовать с тем, что ее окружает. Я много работал над такими проектами, например, в США. Очень важно при этом плотно общаться с местными жителями, с теми, кто будет рядом с этой скульптурой, в измененной тобой городской среде. Работа должна устраивать прежде всего их: им ее придется каждый день наблюдать. Из последних своих проектов такого рода могу отметить скульптуру для Монреаля в честь 365-летия основания города. Удивительно приятное ощущение — видеть, что твоя работа сливается с городом, становится его частью.

О будущем скульптуры

Говорят, что, мол, Микеланджело работал сам резцом и молотком, а сейчас скульпторы все делают на 3D-принтерах и с помощью роботов. Будем честны: у Микеланджело, который, конечно, работал сам, были помощники, выполнявшие грубую техническую работу. И у нас, нынешних скульпторов, тоже есть помощники — в том числе и современные технологии. Технологии были всегда, просто они развиваются: технология Микеланджело — резец и молоток, моя — компьютерные программы, а что будет в будущем, пока никто не знает. Главное для художника — не виды технологий, которыми он пользуется, а идея, замысел. Даже пресловутая «ручная работа» не так уж важна сама по себе: все зависит от того, какой именно проект вы делаете.

О вечном и временном

Меня часто спрашивают, в какой мере перфоманс можно назвать искусством: мол, он не претендует на вечность. Я много занимался фотографией. В ней есть что-то от перфоманса, потому что она внимательна к сиюминутному, она «ловит момент». Фотография эфемерна, а скульптура — нечто если не вечное, то весьма долговечное. И я совершенно одержим идеей свести эти два полюса — эфемерное и вечное, соединить их в одном проекте. В оперном, например. Перфоманс — искусство в той же мере, что и театр.

О мистической сути творчества

Творчество, процесс создания нового — это мистика и мистерия. Вы делаете нечто, чего никогда не существовало, чего никто не делал. Я полагаю, что главное в творчестве — интуиция. Мы — вы, я, любой из нас — мечтает о чем-нибудь. Но большинство людей не стремятся воплотить эту мечту или хотя бы оформить ее, сделать чем-то осязаемым. А художнику обязательно нужно превратить мечту в реальность и поделиться ею с окружающими, продемонстрировать ее миру. Это единственная разница, на мой взгляд, между художником и нехудожником. Творческие задатки есть у всех без исключения, не все желают их проявлять. И это действительно единственная разница. Все остальное — то, что художники якобы все сплошь пьяницы и носители разнообразных пороков — неправда. Я, например, вполне обычный в этом смысле: люблю жизнь, люблю свою жену, море, вкусную еду, вино и шампанское. Но алкоголь потребляю в меру. Я вообще во всем стремлюсь соблюдать меру.

О любви и ласке

Для меня отношения и эмоции очень важны, поскольку на них завязана вся моя работа. Я склонен считать, что любая положительная эмоция — это форма любви. Помню, много лет назад я читал лекцию в Америке, в штате Айова, я там делал большую скульптуру. И лекция была посвящена взаимодействию, интеракции. И в конце лекции одна слушательница спросила меня: «Мистер Пленса, вы все время говорите о взаимодействии, об отношениях, но ваши скульптуры нельзя потрогать». Действительно, там была табличка «Не трогать!». Я не люблю трогать, я люблю ласкать. Ласка — необходимое условие любви.

Обсудить
Ценности
Кадр из телесериала «Сэр Фрэнсис Дрейк» (Великобритания, 1961)

«Дабы не ослепила нас красота Ее Величества»

Эксперимент адмирала Дрейка по сохранению зрения команды
Ни поплавать, ни поездить
Самые странные санкции и неожиданные проблемы из-за них
Богемская рапсодия
Жертвоприношения, ритуалы и пьянство в самом закрытом мужском клубе США
Останки Карлоса КастаньоРоман с кокаином
В Колумбии ультраправые наркокартели невероятно жестоко расправляются с леваками
Закон, удобный во всех отношениях
Новый пакет санкций нужен США для давления не только на Россию, но и на Европу
Цена ошибки
Неправильно понятая депеша стала причиной начала Корейской войны
Тест: угадай звезду по машине
Чей этот розовый «Бентли»? А шестиколесный «Гелик»?
Львиная доля
Лучшая автомобильная реклама «Каннских львов»
История полицейских авто Америки
Каким был и каким стал автопарк полиции США
Кто сделал первый кроссовер в мире
Вопрос – один, ответов – минимум семь. Кто же был первым?
Вите надо выйти
Соседи несколько лет травят москвича, который отказывается переселяться
Без свидетелей
Дома для тех, кто ненавидит соседей
Москва за нами
Какие квартиры можно купить в пределах МКАД по цене до трех миллионов рублей
Классовая борьба
На смену дешевым квартирам в Москве пришел новый вид жилья
Да катитесь вы
Семейная пара отказалась от квартиры и поселилась в автобусе