Новости партнеров

Прятки со смертью

Он охотился на воров и нажил страшных врагов. Его укрывают в женском СИЗО

Кадр: фильм «Кредо убийцы»

Недавний арест в Москве вора в законе Хаджибабы Талыбханлы, известного в криминальных кругах как Хаджи Бейлаганский, наделал много шума в криминальном мире. Оно и понятно. По версии следствия, в апреле 2012 года он застрелил Ильгара Алиева — сподвижника и друга лидера преступного мира России Аслана Усояна (Дед Хасан). Этим убийством Хаджи нажил много врагов. В воровском мире его жизнь теперь недорого стоит, и любой, кто отправит его на тот свет, может рассчитывать на респект от законников. Чтобы опальный вор дожил хотя бы до приговора, сотрудникам правоохранительных органов пришлось пойти на беспрецедентный шаг и поместить его в СИЗО №6 — единственный женский изолятор Москвы. Впрочем, по мнению экспертов, это вряд ли можно считать надежной защитой от вендетты. В громкой истории Хаджи Бейлаганского «Лента.ру» разбиралась вместе с порталом о криминальном мире страны «Прайм Крайм».

Мамелюк в законе

Своим восхождением на криминальный олимп 36-летний Хаджи Бейлаганский, уроженец азербайджанского города Бейлагана, полностью обязан своему боссу, ныне покойному вору в законе Ровшану Джаниеву (Ленкоранский). Долгое время Хаджи был личным мамелюком (охранником) Ровшана — и босс отблагодарил его за верность: в 2012 году на воровской сходке в Дубае Бейлаганский получил воровскую корону.

В августе 2016 года Ровшан был расстрелян в Стамбуле; заказчиком этого преступления многие посчитали Надира Салифова (Гули), азербайджанского вора в законе №1. После того как Захарий Калашов, лидер преступного мира России, пошел под суд и получил десятилетний тюремный срок за вымогательство, именно Гули считается едва ли не главным претендентом на воровской трон.

После смерти Ровшана принадлежавшие ему торговые точки в крупнейшем оптово-розничном продовольственном центре Москвы — расположенном на Калужском шоссе «Фуд Сити» — перешли к Зауру Ахмедову, двоюродному брату и одновременно шурину погибшего авторитета. Ахмедов поклялся свершить в отношении Гули кровную месть и стал идейным вдохновителем воровской войны.

Что до Хаджи, то он после гибели босса фактически оказался в положении ронина — самурая без хозяина. За почти два года после убийства Ровшана законник не раз оказывался в криминальных хрониках. Турецкие силовики заподозрили Хаджи в убийстве вора в законе Алибалы Гамидова (Годжа), которое было совершено 18 августа 2013 года в Стамбуле. Кроме того, по некоторым данным, Хаджи мог готовить покушение на своего главного врага — Гули. Бейлаганский провел некоторое время в турецкой следственной тюрьме, но в итоге был отпущен и в апреле появился в Москве.

Скелет из прошлого

В столице Хаджи уже ждали. Заур Ахмедов предоставил законнику все необходимое — престижный пентхаус и две бронемашины, после чего Хаджи начал действовать. Он встречался с крупными столичными бизнесменами из числа земляков, склоняя их к участию в войне против Гули. Неизвестно, каких успехов сумел бы добиться Хаджи на этом поприще, но 31 мая в ресторане «Белый дом» его задержали сотрудники московского уголовного розыска.

В чем именно сыщики обвиняли Хаджи, стало известно не сразу. В первое время говорилось лишь о том, что его уличили в совершении особо тяжкого преступления, но детали предъявленного обвинения держались в тайне. Впрочем, вскоре выяснилось: по версии следствия, задержанный в апреле 2012 года на Пресненском Валу в Москве застрелил из пистолета криминального авторитета Ильгара Алиева (Ильгар Данабаш) и стрелял в его молодую спутницу. Ильгар был сподвижником и личным другом лидера преступного мира России, вора в законе Аслана Усояна (Дед Хасан), убитого в Москве годом позже, в январе 2013-го.

— Вплоть до своей гибели Ильгар был на прямом ежедневном контакте с Асланом Усояном, — рассказывает Виктория Гефтер, редактор «Прайм Крайм». — Дело в том, что московский «офис» Деда Хасана, где он проводил значительную часть времени, находился в ресторанном комплексе Ильгара на Поварской. Ильгар был настолько доверенным лицом Хасана, что даже мог выдвигать на коронацию своих протеже.

Собеседница «Ленты.ру» отмечает: Хаджи застрелил Ильгара по личному заказу Ровшана. Это было убийство в мафиозном стиле, на глазах у десятков свидетелей; при этом киллер оставил на месте преступления свою ДНК.

— Дело в том, что азербайджанский бизнес Ильгара (иными словами, Деда Хасана) напрямую конкурировал с интересами семьи Ровшана, — продолжает Гефтер. — Впрочем, экономическая подоплека убийства была не единственной. По времени оно произошло спустя считаные дни после коронации нового азербайджанского вора в законе по протекции Ильгара — в противовес Ровшану. Но главное — убийство Ильгара было сигналом Деду Хасану, репетицией убийства его самого. Убив человека из ближайшего окружения Хасана, Ровшан давал понять, что достать самого Деда ему труда не составит. Кто на самом деле убил Хасана — на сегодняшний день тайна, покрытая мраком. Если за убийством Деда стоит тот, кто я думаю, то преступление раскрыто не будет.

Вор-ликвидатор

По воровским понятиям, действовавшим многие годы, законник не может убивать других воров, кроме как по решению воровской сходки. Убив Алиева, Хаджи нарушил воровской кодекс; однако на его совести может быть кровь многих других жертв — по некоторым данным, около десяти, включая Годжу. Кроме того, Хаджи пытался покуситься на Гули и членов его семьи. Фактически Бейлаганский оказывается не просто вором-ронином, мстящим за смерть босса, а полноценным киллером с воровским титулом.

— Прежде чем стать вором в 2012 году, Хаджи как раз-таки и был профессиональным наемным убийцей, — объясняет Виктория Гефтер. — Его коронация — это примета нашего времени. Если раньше убийца мог стать вором из-за преданности воровским понятиям, то сегодня нередки случаи, когда коронуют киллеров из-за личной преданности «донам». Больше того: скорее всего, Хаджи был коронован именно за убийство Ильгара Алиева. Вот насколько оно было важным для Ровшана...

Вор-ликвидатор своими расправами вполне предсказуемо нажил немало врагов, самый опасный из которых, безусловно, Гули. Наследник воровского трона давно доказал, что он — вор гангстерского типа, готовый при необходимости устранить каждого, если на кону будет его воровская честь. Причем это не противоречит воровским понятиям: есть поступки в отношении воров, за которые принято убивать, чтобы не обесценивался сам титул. И в криминальном мире Гули, с одной стороны, боятся за его жесткость, а с другой — уважают за то, что он не выходит за рамки воровского закона.

...Сразу после задержания Хаджи Бейлаганского его поместили в изолятор временного содержания (ИВС) на Петровке. Однако сотрудники правоохранительных органов, судя по всему, быстро сообразили, что с такими врагами у Хаджи есть все шансы не дожить до суда — и решили перевести его в безопасное место. Совершенно неожиданно таким местом оказалось СИЗО №6 на Шоссейной улице в Печатниках — единственный женский изолятор Москвы, где помимо представительниц прекрасного пола содержатся еще и бывшие силовики.

Бегущий по лезвию

По мнению экспертов, попытка спасти Хаджи от мстителей, спрятав его в безопасном месте, — ход вполне логичный. Впрочем, вопросы вызывает тот факт, что законника попытались спрятать именно в женском СИЗО №6.

— Практика изоляции авторитета от мести криминального мира существует, — говорит адвокат Иван Миронов. — По блатным законам, любой порядочный арестант должен спросить с уголовника, на котором воровская кровь, если он оказался в одной камере с таким человеком. Поэтому предпринимаются меры: обычно этих людей помещают в особые камеры «Кремлевского централа» (спецблок в СИЗО «Матросская Тишина») или в СИЗО «Лефортово» (подведомственный ФСБ).

По словам защитника, при обеспечении безопасности вора в законе, жизнь которого в опасности, учитывается не только возможность других арестантов исполнить «приговор», но и степень коррумпированности сотрудников СИЗО. Именно поэтому решение отправить Хаджи в женский изолятор вызывает вопросы.

— Я считаю, что СИЗО №6 — не самое лучшее место для этого, исходя из того, что о нем говорят и пишут, — объясняет Миронов. — Это достаточно беспредельная тюрьма, а там, где есть беспредел, всегда есть коррупция. Значит, этот изолятор непрозрачен, значит, какие-то вопросы с администрацией могут решаться неформально. Если следствие обеспокоено тем, чтобы сохранить жизнь арестанта до суда, то лучше «Лефортово» и «Кремлевского централа» места нет.

Адвокат отмечает: половина контингента этих двух изоляторов — а они федерального уровня — дают показания на сильных мира сего и криминальных авторитетов. В этих местах все понимают уровень персональной ответственности за безопасность каждого арестанта. В СИЗО №6 до этого далеко, а госзащиту Хаджи Бейгаланскому вряд ли кто-то предоставит.

— Его могут какое-то время повозить со спецконвоем, изолировав от общих автозаков, но не более того, — считает Миронов. — То, что Хаджи поместили в секцию бывших силовиков на женский централ, говорит о том, что его безопасности и жизни никто особого значения не придает. Иначе были бы приняты более жесткие меры. Кстати, одного законника тоже никто не оставит, потому что, когда человек находится один под грузом психологических проблем, он может не справиться с эмоциями и тихо покончить с собой. Или ему в этом может «помочь» кто-то из коррумпированных сотрудников. Поэтому никто не возьмет на себя ответственность помещать Хаджи в одиночку — он в любом случае должен быть под присмотром сокамерников, которые в тесной связи с администрацией.

С тем, что СИЗО №6 — не лучшее место для такого авторитета, как Хаджи, согласен и адвокат Сергей Беляк. Он отмечает: поскольку в женском СИЗО содержатся еще и мужчины — бывшие сотрудники правоохранительных органов, возникает эффект изолятора в изоляторе. Именно поэтому, а не потому, что сидят там женщины, возможность криминальных разборок в Печатниках меньше.

— Впрочем, исключать их нельзя, и само по себе женское СИЗО — весьма условная и временная защита для вора в законе, — говорит Беляк. — Если захотят, человека могут достать и там, и заточка в руках бывшего продажного полицейского или даже женщины-наркоманки не менее остра и опасна, чем в руках какого-нибудь жигана. У нас просто нет по-настоящему эффективной системы защиты свидетелей, а потому приходится изгаляться, придумывая подобные фокусы с женским СИЗО.

Тщетная предосторожность

Как бы там ни было, до суда или после Хаджи Бейлаганский наверняка будет содержаться в изоляции от других заключенных: его будут прятать весь срок. Впрочем, подобные меры безопасности в любом случае пойдут в ущерб его воровскому статусу. А именно это сейчас заботит его главного врага.

— Главное для Гули сейчас — не устранение Хаджи, а то, чтобы он сидел не как вор в законе, — объясняет Виктория Гефтер. — Если Гули захочет дотянуться до Хаджи в СИЗО, найдутся десятки желающих обратить на себя внимание влиятельного авторитета. За почетное право исполнить волю Гули будет конкурс. Но вполне в духе законника дать Хаджи пожить, пока тот будет сидеть, чтобы потом, когда он освободится, посмаковать блюдо совсем уж остывшим.

Главному киллеру воровского мира будет сложно сохранить свой титул. Помочь ему в этом наперекор Гули сегодня в состоянии только клан законника Мераба Джангвеладзе (Мераб Сухумский) — и Хаджи очень ждет этого. Именно клан Джангвеладзе стоял за посвящением Бейлаганского в воры в законе в Дубае в 2012 году. Кроме того, на Хаджи замыкаются бывшие связи убитого Ровшана, на часть которых претендуют сухумцы.

— Находясь около месяца в Москве, Хаджи встречался с многими ворами — и воспринимался ими как вор, — говорит редактор «Прайм Крайм». — Но точку в его статусе поставит тюрьма (СИЗО), где он должен объявиться как вор и получить обратную связь, то есть его должны принять именно в этом статусе. Единственное место, где эти правила не действуют, — женский СИЗО. Собственно говоря, это временная уловка администрации, чтобы не накалять обстановку.

Получит ли Хаджи какую-то поддержку в воровском мире — сегодня большой вопрос. Воры, которые признают Хаджи, автоматически станут врагами Гули, а ссориться с ним боятся даже бывалые авторитеты. Виктория Гефтер отмечает: в конечном итоге шансов уцелеть у Бейлаганского практически нет, рано или поздно могущественный враг до него доберется. А пока вор-ликвидатор прячется в женском СИЗО, целью Гули стали те, кому Хаджи полностью предан: братья покойного Ровшана — Намик и Заур. Поэтому в «Игре престолов» воровского мира до финала еще очень далеко.

Больше важных новостей в Telegram-канале «Лента дня». Подписывайся!
Силовые структуры00:04 9 августа

Игра окончена

Банда GTA была кошмаром российских дорог. Теперь в ее истории поставили точку