Москва собирается помириться с чеченскими боевиками. И окончательно забыть про Масхадова

Федеральные власти начали новую кампанию по примирению с чеченцами

В пятницу помощник президента России Сергей Ястржембский сделал неожиданное заявление: Москва готова вести переговоры с чеченскими боевиками. Правда, в отличие от предыдущих подобных инициатив, федеральные власти не стремятся разговаривать именно с нелегитимным бывшим президентом Чечни Асланом Масхадовым. По словам Ястржембского, в Чечне есть и другие полевые командиры, с которыми можно налаживать диалог.

Военные решили помириться с мирным населением

Заявлению помощника президента предшествовал приказ командующего Объединенной группировкой войск в Чечне генерал-лейтенанта Владимира Молтенского, в котором, во-первых, признается, что в отношении мирных жителей Чечни со стороны военных допускаются злоупотребления, а во-вторых, устанавливается новый порядок проведения спецопераций: к контролю будут привлекаться военные коменданты, главы местных администраций, священнослужители, старейшины, а также местные милиционеры и прокуроры. По завершении "адресных зачисток" будут составляться акты, заверенные не только военными, но и представителями местной власти.

Цель этого приказа двоякая - с одной стороны, по мнению военных, боевики не смогут больше устраивать провокации, репрессируя мирных жителей под видом федеральных войск. С другой - местное население, боящееся федералов, должно отныне терпимее относиться к затянувшейся контртеррористической операции. Чтобы подчеркнуть стремление Москвы завоевать доверие чеченцев, Ястржембский привел данные о количестве уголовных дел, возбужденных по фактам злоупотреблений, допущенных военнослужащими. Дел оказалось больше сотни, правда, в суды направлены только 46. Усилия федералов по примирению с чеченцами хором одобрили и глава республики Ахмад Кадыров, и премьер Чечни Станислав Ильясов.

Одной из вероятных причин этой кампании стала недавняя спецоперация в Старых Атагах, закончившаяся громким скандалом. По ее окончании местные жители обнаружили рядом с селением тела погибших и привезли их в Грозный, где устроили митинг возле здания правительства. Военные тут же заявили, что это трупы боевиков, а митинг - проплаченная акция. Однако власти Чечни отнеслись к жалобам староатагинцев с большим вниманием и возбудили уголовные дела. Это произошло две недели назад. Сообщений о ходе расследования пока нет, зато появился приказ Молтенского.

А Москва - с остатками бандформирований

Насколько успешными окажутся шаги военных по примирению с чеченцами - пока непонятно. Во многом это зависит от того, насколько усердно командиры федеральных подразделений будут следовать приказу. Однако в заявлении Ястржембского упоминаются и некие полевые командиры, с которыми федеральные власти тоже готовы помириться. Разумеется, это не относится ни к Хаттабу, ни к Басаеву, вероятно, это не относится и к Гелаеву, хотя его фамилия не упоминается. По понятным причинами это не относится также к арестованным или убитым полевым командирам.

Но и Масхадова заявление Ястржембского касается в малой степени. Помощник президента не столько говорит, что с чеченским лидером можно вести переговоры, сколько подчеркивает, что на Масхадове свет клином не сошелся. Так что кого именно имел в виду высокопоставленный кремлевский чиновник, говоря о переговорах, - непонятно. Известных имен и влиятельных лидеров в горах Чечни осталось немного. Если же слова Ястржембского относились к главарям разрозненных малочисленных банд, то в их случае речь может идти действительно только о добровольной сдаче в плен с последующим возбуждением уголовных дел, и громкое слово "переговоры" в таком контексте звучит нелепо.

Заграница не поможет

Однако если целевой аудиторией Ястржембского были отнюдь не остатки чеченских бандформирований, то смысл называть капитуляцию "переговорами" как раз есть. Запад - Европа в большей степени, США - в меньшей - на протяжении всего чеченского конфликта требует, чтобы разногласия были решены мирным путем, и настаивает на бесперспективности военного противостояния. Отстаивая эту позицию, руководители ПАСЕ демонстративно принимают эмиссара Масхадова, упорно именуя последнего чеченским президентом. На менее официальном уровне, но разговаривает с чеченцами и Госдепартамент США, каждый раз вызывая этим возмущенные комментарии российского МИДа.

Окончательно потеряв к этой зиме веру в эффективность мидовских протестов, Москва решила доказать Западу, что Масхадов - террорист, а не "лидер сепаратистов", причем доказать с использованием тех же методов, которыми США обосновывали правомерность своих бомбардировок Афганистана. Первая попытка оказалась неудачной. Обнаруженная в Афганистане кассета, где Хаттаб и бин Ладен оказались в одном кадре, не испортила репутации Масхадову. О натянутых отношениях между чеченским лидером и иорданским наемником было известно давно, и вполне возможно, что представитель Масхадова Ахмед Закаев говорил правду, утверждая, что "наши американские друзья" даже не задавали никаких вопросов.

Тогда во второй половине марта была обнародована вторая кассета - уже с самим Масхадовым. Бин Ладена рядом с ним не было, но речь чеченского лидера звучала очень агрессивно. Он призывал своих сторонников уничтожать в первую очередь автомобили и предателей, что было объявлено несомненным признаком террористических взглядов.

Однако комментариев по поводу этого разоблачения со стороны ПАСЕ и "американских друзей" опять не последовало. Над кассетой не трудилась команда американских переводчиков, и ее не показывали по CNN, но Москва получила возможность развивать тему. Отказ от переговоров с Масхадовым, который упорно не желает ставить знак равенства между переговорами и явкой с повинной, теперь выглядит вполне обоснованно. Если раньше федеральные власти прерывали переговоры из-за неуступчивости оппонента, то теперь стали говорить о бессмысленности переговоров с террористом. Однако, поскольку настойчивое желание Запада видеть в Чечне политическое урегулирование не становится слабее, Ястржембский ничего не имеет против переговоров. Остается найти, с кем.

Другие материалы