Новости партнеров

Российские войска и молдавская автономия

Участники приднестровского конфликта отказываются говорить на одном языке

Когда говорят, что с кем-то бесполезно спорить, то обычно не имеют в виду, что тот, о ком идет речь, всегда бывает прав. Скорее такая фраза намекает на ограниченность взглядов оппонента. А может быть, и на его нежелание пусть через спор, но прийти к какому-либо результату. Вот и в случае с многолетним конфликтом между Кишиневом и Тирасполем (и всеми стоящими за ними силами) часто кажется, что противники разделены невидимой преградой, сквозь которую они хоть и могут видеть друг друга, но не способны услышать ни слова из того, что говорят. Впрочем, время от времени слышат, но исключительно оскорбления и угрозы.

Если в течение более чем десяти лет после окончания вооруженного противостояния стороны так и не смогли прийти к компромиссу, то лишь потому, что говорят они на разных языках и не желают слышать друг друга. Впрочем, иногда, особенно под влиянием различных третьих сил, у противников вдруг случаются приступы решимости немедленно разрубить гордиев узел приднестровского противостояния. Причем решимость эта, как правило, ухудшает зрение и слух, делая невозможным адекватное восприятие реальности. "Старый Рампа-трактирщик на Виноградах говаривал, когда у него просили взаймы, что порой человек становится глух, как чурбан", - эти слова бравого солдата Швейка можно отнести ко многим политикам на обоих берегах Днестра.

Army, More Army

В начале июля молдавский парламент на волне возрастающего интереса НАТО и ОБСЕ к приднестровскому урегулированию впервые за долгое время потребовал вывести из конфликтного региона российских миротворцев и демилитаризировать его как можно скорее. В Кишиневе, понятное дело, предпочли бы видеть на берегах Днестра кого угодно, хоть боливийцев, хоть австралийцев, но только не военнослужащих 14-й российской армии, одно упоминание которой приводит молдаван в негодование. Российский МИД в связи с выступлением парламентариев традиционно "выразил обеспокоенность". Если отбросить в сторону дежурную риторику, сопровождающую подобные заявления, то за словами кремлевских дипломатов можно различить вежливую отсылку к мнению самих приднестровцев: пусть, мол, вопрос пребывания российских солдат на территории непризнанной республики решают ее жители, а не штурманы молдавской политики.

И приднестровцы решили. Для начала Верховный совет республики принял закон о народном ополчении. Согласно этому документу, народное ополчение является добровольным воинским формированием, создаваемым для участия в составе вооруженных сил Приднестровья в вооруженной же защите государства. Это не значит, что в ополчение войдут лишь те, кто в начале 90-х воевал, а затем вернулся к сохе. Планируется, что ополченцем может стать каждый, кто выразит такое желание. С учетом того, что в непризнанных государствах, таких как Приднестровье или Абхазия, под ружье готовы встать и стар и млад, создание такого ополчения можно считать тотальной мобилизацией.

Обеспечивать волонтеров вооружением, боеприпасами, военной техникой планируется за счет мобилизационного резерва, а также материальных средств и иных ресурсов, изымаемых у юридических и физических лиц на основании местного законодательства, то есть по принципу "все для фронта, все для победы". В мирное время те же самые лица, а также государственные организации должны создавать условия, необходимые для выполнения ополченцами своих обязанностей, и даже могут премировать наиболее отличившихся. В ближайшее время Верховный совет Приднестровья планирует также принять закон о военно-транспортной обязанности. Судя по всему, весь личный автомобильный и даже гужевой транспорт также в случае надобности будут поставлены на службу армии.

Однако собственных сил Тирасполю оказалось мало. Приднестровские власти периодически обращают внимание мировой общественности на зловещие симптомы молдавской внешней политики, где, по их мнению, все больше склоняются к силовому решения проблемы отколовшейся автономии. Министр госбезопасности Приднестровья Владимир Антюфеев считает, что молдавское руководство намерено "окончательно выйти из миротворческой операции, денонсировав соглашение 1992 года, исключить Россию из миротворческого процесса и развалить миротворческую операцию в целом", чтобы развязать себе руки для военных действий. Тут, впрочем, нет ничего оригинального - лидеры Южной Осетии и Абхазии также склонны воспринимать каждое публичное выступление Михаила Саакашвили как намек на грядущее вооруженное вторжение грузин в свои пределы. Только в Цхинвали и Сухуми пока еще не решались открыто и прямо попросить у России военную помощь. А вот в Тирасполе это сделали ничтоже сумняшеся.

9 июля власти Приднестровья обратились к руководству России с просьбой увеличить численность российского миротворческого контингента в республике в пять раз. На фоне требований Кишинева эта просьба, согласитесь, звучит издевательски. Владимир Антюфеев заявил, что его правительство просит довести российское присутствие с 500 до 2400 военнослужащих, а также разместить на военном аэродроме в Тирасполе вертолетную эскадрилью. По словам министра, именно такую численность миротворческих сил в зоне безопасности предусматривает Соглашение о мирном урегулировании приднестровского конфликта, подписанное в 1992 году.

Стороннему наблюдателю в данной ситуации приднестровцы могут показаться отъявленными милитаристами, которые любыми средствами стараются нарастить свой военный потенциал, ссылаясь при этом на то, что сосед якобы точит на них вилы. Однако не стоит забывать, что присутствие российских военных в регионе действительно оправдывает себя - за 13 лет с окончания военных действий здесь не было ни одной вспышки насилия, на боевом посту не погиб ни один солдат - ни молдавский, ни российский, ни приднестровский.

Молдавский экспорт украинской автономии

В соответствии с планом урегулирования молдавско-приднестровского конфликта, предложенным президентом Украины Виктором Ющенко и восторженно принятым в Кишиневе, министерство реинтеграции Молдавии подготовило документ о намерении Кишинева предоставить Тирасполю статус автономии. Приднестровье, согласно проекту этого закона, получает статус автономно-территориального образования в форме республики. Являясь неотъемлемой частью Молдавии, автономия будет иметь право выйти из ее состава лишь в случае принятия решения об объединении Молдавии с другим государством или в случае утраты страной статуса субъекта международного права. При этом официальными языками в Приднестровье предложено признать молдавский (на основе латинской графики), украинский и русский. Регион также получит право на собственную символику и конституцию. Согласно кишиневскому законопроекту, природные ресурсы, движимое и недвижимое имущество, находящиеся в регионе, перейдут в собственность Молдавии, оставаясь в то же время экономической базой Приднестровья. Высшим законодательным органом Приднестровья предлагается сделать Верховный совет, высшим исполнительным органом - кабинет министров. А вот о собственном президенте Тирасполю придется забыть.

Если не знать позицию Приднестровья по данному вопросу, то может показаться, что Кишинев совершил прорыв. Но это только кажется, ведь только в этом году президент Приднестровской Молдавской республики (ПМР) Игорь Смирнов несколько раз давал понять, что Приднестровье "не войдет в состав Молдавии ни при каких условиях и такой вариант решения приднестровской проблемы исключен". Глава ПМР глубоко убежден, что окончательное урегулирование проблемы может быть достигнуто только при согласии обеих сторон, при котором и Молдавия, и Приднестровье будут выступать в качестве равных договаривающихся сторон.

С другой стороны, нельзя не признать, что у приднестровского плана Виктора Ющенко нашлось и множество сторонников. К ним, в частности, относится и министр иностранных дел ПМР Валерий Лицкай. По его словам, большинство высказанных в этом плане идей перекликаются с инициативами и позициями самого Приднестровья. Речь идет о международном мониторинге приднестровских предприятий и о развитии демократии. Правда, в вопросе о миротворцах позиции Ющенко и Тирасполя пока полярны.

Говоря о нынешних перспективах вхождения Приднестровья в состав Молдавии, не стоит сбрасывать со счетов и инициативу семнадцати приднестровских депутатов об изменении Конституции республики. Согласно предложенным поправкам, Верховному совету, и без того имеющему самые широкие полномочия, будет предоставлено право утверждать и снимать с должности председателей Конституционного, Верховного и Арбитражного судов. Депутаты смогут потребовать от президента отставки любого министра или иного подчиненного главе государства должностного лица, причем президент обязан будет удовлетворить требование парламента. Кроме того, Верховный совет возьмет на себя функции Конституционного суда по толкованию Конституции и других законов. Фактически такой парламент сможет забрать в свои руки все рычаги управления страной. Но, позвольте, причем здесь Кишинев? Дело в том, что большинство депутатов приднестровского парламента тесно связаны с молдавскими капиталами, поэтому, прибрав к рукав всю власть в ПМР, они вполне могут начать процесс интеграции ее в состав Молдавии. Тем более что тамошним олигархам не дают покоя промышленные мощности, расположенные на левом берегу Днестра.

Помимо плана Ющенко и вариантов решения конфликта за счет смены власти в ПМР есть еще и так называемый "меморандум Козака", подготовленный полпредом президента РФ Дмитрием Козаком и суммирующий российские предложения по приднестровскому урегулированию. Меморандум предусматривает преобразование унитарного по своей нынешней конструкции молдавского государства в равноправный союз двух уже существующих на Днестре фактически независимых образований – Республики Молдова и Приднестровской Молдавской Республики, а также предлагает конкретный механизм вывода российских войск из региона, однако растягивал этот процесс на 20 лет. В свое время президент Молдавии Владимир Воронин отказался подписывать этот меморандум, после чего в Кишиневе стали уповать исключительно на предложения из Киева.

"Меморандум Козака" и "план Ющенко" совсем не похожи друг на друга, однако кое-кто считает, что их можно слить в единый, устраивающей обе противоборствующие стороны, документ. Так, действующий председатель ОБСЕ, глава МИД Словении Димитрий Рупель считает, что совмещение этих планов может ускорить разрешение конфликта. "Я думаю, если удастся совместить все наиболее полезные компоненты этих проектов, это приблизит нас к урегулированию конфликта в Приднестровье", - заявил Рупель, но тут же скромно признался, что у него пока нет представления о том, как эти два плана могут быть приведены в соответствие.

Кстати, на встрече с Рупелем его российский коллега Сергей Лавров поднял не только приднестровский вопрос, но и затронул тему взаимоотношений РФ и Молдавии в целом. Так, по мнению главы МИД, Кишинев намеренно блокирует все попытки по урегулированию приднестровского конфликта и делает все возможное, что испортить отношения с Россией. Под последним Лавров, в частности, подразумевал неоднократные задержания и выдворения из республики российских наблюдателей. А говоря о затягивании конфликта, министр, видимо, попенял молдаванам за их упорный отказ от каких либо других вариантов разрешения спора, кроме того, что предложен Киевом. Со всеми вытекающими отсюда заявлениями и требованиями.

По поводу возможности совмещения позиций Москвы и Киева в приднестровском вопросе Лавров высказался осторожно. По мнению министра, план украинского президента можно взять за основу, поскольку многие его моменты уже опробированы сторонами, вовлеченными в конфликт. В то же время Лавров полагает, что детализировать украинский вариант можно лишь с использованием того, что уже было наработано в "меморандуме Козака".

"Приднестровье - Кавказ" - ось непонимания

Любопытно, что обнародование Молдавией проекта закона о приднестровской автономии совпало по времени с аналогичной инициативой, озвученной президентом Грузии Михаилом Саакашвили в отношении Южной Осетии. Там также в одностороннем порядке предложили непризнанной республике автономный статус, отягощенный дополнительными привилегиями, и приготовились ждать ответного жеста "доброй воли". На конференции в Батуми (которую в Цхинвали проигнорировали, посчитав, что она является "очередной пиар-акцией" Тбилиси) было заявлено, что Грузия готова конституционно предоставить Южной Осетии полную автономию в составе единого государства, принять закон о реституции, гарантировать статус осетинского языка и развитие осетинской культуры, приступить к выдаче пенсий жителям Южной Осетии начиная с 1991 года.

Более того, Саакашвили пообещал Южной Осетии "не только полное самоуправление, но и адекватное представительство в центральных властях, парламенте". Грузинский лидер также сообщил, что готов сохранить "особые отношения Цхинвали с Москвой". В то же время, президент заявил, что то, чего осетины ждут больше всего на свете (по крайне мере, судя по высказываниям тамошних политиков) - независимости от Грузии, они не дождутся. "Единственное, на что мы никогда не пойдем, это выделение определенных территорий из состава Грузии и признание их независимости", - провозгласил Саакашвили.

После конференции в Батуми премьер-министр Грузии Зураб Ногаидели назвал обнародованные гарантом предложения "дорожной картой". "Мы ожидаем реакцию со стороны Цхинвали, со стороны международного сообщества и, особенно, со стороны России", - сказал премьер, как-то странным образом позабыв о том, что реакция высказывалась уже не раз, причем на протяжении многих лет.

Чего-то принципиально нового Грузия по сути предложить не смогла, но теперь почему-то ждет от осетин, как и Молдавия от Приднестровья, шага навстречу. Между тем и в том, и в другом случае эксперты все чаще вспоминают аджарский вариант решения подобных вопросов. Помнится, некогда претендовавшая на автономный статус республика Аслана Абашидзе стала в конечном итоге грузинской провинцией. Не стоит удивляться тому, что и в Тирасполе, и в Цхинвали не исключают подобного развития событий. Потому-то и диалог "непризнанных" с Молдавией и Грузией по-прежнему ведется на разных языках. Так что невольно вспоминается еще один эпизод из бессмертного творения Ярослава Гашека: "Вы говорите, как будейовицкий жестянщик Покорный. Тот, когда его спрашивали: "Купались ли вы в этом году в Мальше?" — отвечал: "Не купался, но зато в этом году будет хороший урожай слив". А когда его спрашивали: "Вы уже ели в этом году грибы?" — он отвечал: "Не ел, но зато новый марокканский султан, говорят, весьма достойный человек".

Что в лоб, что по лбу, как говорится.