За шейхом пришла вдова

Убит духовный лидер мусульман Дагестана

В Дагестане террористка-смертница взорвала духовного лидера традиционного ислама 74-летнего суфийского шейха Саида Чиркейского. Вместе с ним погибли еще шесть человек. В республике объявлен день траура. Следствие полагает, что за терактом стоит радикальное салафитское подполье, которое таким образом решило сорвать наметившийся в Дагестане диалог между различными течениями ислама.

Саид Ацаев, известный в мусульманском мире как шейх Саид Афанди аль-Чиркави, проживал в аварском селе Чиркей недалеко от Буйнакска. Во вторник, 28 августа, к нему в дом вошла под видом паломницы женщина, которая не вызвала подозрений у охраны. Она подошла к шейху практически вплотную и привела в действие закрепленное на ней взрывное устройство.

В результате взрыва помимо террористки на месте погибли сам Саид Чиркейский, его жена и пять находившихся в помещении человек, в том числе 12-летний мальчик. Еще трое прихожан, женщина и двое мужчин, получили ранения.

Смертнице взрывом оторвало голову, по которой довольно быстро установили ее личность. Покушавшейся на духовного лидера оказалась так называемая "черная вдова" Аминат Курбанова, урожденная Алла Сапрыкина 1982 года рождения. Она вышла замуж за мусульманина-ваххабита и сама приняла ислам. В 2012 году ее мужа убили в ходе спецоперации.

Курбанова с весны находилась в розыске. По оперативным данным, она входила в группу из пяти смертников, подготовленных для проведения терактов. Двух женщин удалось задержать накануне первомайских праздников в Северной Осетии. А 3 мая в пригороде Махачкалы на блокпосту подорвали себя брат и сестра Алиевы 23 и 19 лет соответственно. Погибли 12 человек, более сотни были ранены.

После теракта в Махачкале появились предположения, что Курбанова сама не была смертницей, а лишь занималась вербовкой террористов. В СМИ появились утечки, что она сама случайно погибла во время самоподрыва Алиевых. Кроме того, в мае же был уничтожен полевой командир Гусейн Мамаев, которого считали организатором теракта и группировка которого предположительно подготовила смертников. Возможно, все это в совокупности успокоило спецслужбы и интенсивность розыска Курбановой снизилась.

Убийство Саида Чиркейского стало, пожалуй, самым резонансным покушением на религиозного деятеля в Дагестане. Хотя мусульманские священнослужители в республике довольно часто становятся жертвами экстремистов, но посягательств на духовных лидеров такого масштаба еще не случалось. Саид Чиркейский был неформальным лидером, к мнению которого прислушивались верующие. Среди его последователей числятся многие крупные бизнесмены и влиятельные чиновники. Саид Афанди не занимал никаких официальных постов, но его сторонники контролировали Духовное управление мусульман Дагестана.

Погибший шейх был одним из наставников двух суфийских тарикатов (отдаленных аналогов христианских монашеских орденов) Накшбанди и Шазилийя, которые составляют основу традиционного для Дагестана течения ислама. Еще один тарикат - Кадирийя - получил распространение в соседней Чечне.

Пользуясь своим влиянием, шейх Саид Афанди предпринимал попытки наладить диалог с лидерами салафитских общин, чтобы предотвратить их дальнейшую радикализацию. Вместе с тем он категорически осуждал с богословских позиций тех, кто совершает преступления во имя веры.

Наступление экстремистов на традиционный ислам в последние годы осуществляется по всем фронтам. В Дагестане в октябре 2011 года застрелили еще одного суфийского шейха Сиражутдина Хурикского, который пользовался наибольшим влиянием на юге Дагестана. В том же ряду стоят убийства муфтия Кабардино-Балкарии Анаса Пшихачева, заместителя муфтия Ставрополья Курмана Исмаилова, ректора дагестанского Института теологии Максуда Садикова и покушение на муфтия Татарстана Илдуса Файзова.

Гибель Саида Чиркейского вызвала в Дагестане настоящий шок. Проститься с шейхом пришли почти сто тысяч человек. Глава республики Магомедсалам Магомедов собрал экстренное заседание Совета безопасности, на котором потребовал от правоохранительных органов найти и уничтожить организаторов теракта. Также было принято беспрецедентное в своем роде решение о создании в городах и районах отрядов самообороны из молодых людей, которые займутся борьбой с ваххабитским подпольем.

Подобные заявления фактически свидетельствуют о том, что руководство Дагестана отчаялось справиться с боевиками традиционными силовыми методами. Судя по сводкам из республики, не помогает и переброшенное туда полицейское усиление, снятое с чеченского направления. Создание отрядов самообороны еще на шаг приближает Дагестан к состоянию гражданской войны. Причем довольно явными становятся аналогии с Ираком и Афганистаном, где борьба радикальных салафитов с традиционными местными шиитами выливается в масштабные теракты.

В Дагестане пока еще не взрывают верующих во время пятничной молитвы, но ваххабиты уже освоили такой метод террора, как внедрение своих сторонников на военные базы для дальнейшего уничтожения живой силы противника. Практически одновременно с убийством шейха пришли сообщения, что в другой части республики, на границе с Азербайджаном, пограничник-контрактник открыл огонь по коллегам-силовикам. Жертвами стали двое военнослужащих внутренних войск и пятеро сотрудников СОБРа из Алтайского края, командированные в Дагестан. Ответным огнем ваххабит был убит.

Как выяснилось, информация о связи сержанта Рамазана Алиева с ваххабитами у компетентных органов была и его перевели на работу, не связанную с боевыми действиями - в отдел материально-технического обеспечения. Тем не менее, он продолжал ходить в караул с закрепленным за ним автоматом. И в этот день он также находился на дежурстве. Официальной версии о причинах, толкнувших Алиева на преступление, нет, но параллели с Афганистаном слишком уж очевидны.