Удар по коалиции

«Циничная атака» Турции помешала Олланду собрать антитеррористический фронт

Франсуа Олланд  и Владимир Путин
Франсуа Олланд и Владимир Путин
Фото: Дмитрий Азаров / «Коммерсантъ»

Екатерининский зал Кремля назван в честь императрицы, чья борьба с Османской империей обеспечила безопасность южных границ России. По иронии судьбы, под сводами этого зала вчера, 26 ноября, вновь много говорили о российских проблемах с преемницей Османской империи — Турцией. Здесь состоялась пресс-конференция президента России Владимира Путина и президента Франции Франсуа Олланда. Но если императрица никогда не считала Турцию союзником, то Путин, как оказалось, видел в ней друга. «Именно поэтому мы считаем этот удар предательским», — заявил он об атаке на российский бомбардировщик. Олланд воздержался от резких оценок, но Анкара прервала и его полет: шансы создать масштабную антитеррористическую коалицию растаяли, как в тумане.

«Наш президент дважды сказал об опасности, исходящей от ИГИЛ, а Путин — ни разу. Кто же ваш враг?» — удивлялись французские журналисты, понаблюдав за встречей политиков в Кремле.

Аудиенция прошла без энтузиазма. Политики с одинаково уставшими лицами пожали друг другу руки. Путин отметил, что его визави прикладывает много усилий для создания широкой антитеррористической коалиции. Олланд призвал «взять на себя ответственность за происходящее». И выразил соболезнования в связи с крушением российского самолета. И гражданского, и военного.

Силы Олланда в этот вечер иссякли. Москва — последний пункт его дипломатического марафона. В понедельник он встретился с премьером Великобритании Дэвидом Кэмероном. Во вторник — с президентом США Бараком Обамой. В среду пригласил на ужин канцлера Германии Ангелу Меркель. В четверг — главу правительства Италии Маттео Ренци. И только после этого отправился в Москву для переговоров с Путиным.

Французский президент прикладывал все усилия для решения амбициозной задачи. После терактов в Париже, унесших жизни более ста человек, Олланд желал превратить слова сочувствия в согласованную мощную коалицию. Ему следовало как можно скорее использовать редкий момент всеобщей солидарности. И шансы у него были.

Сразу после заявления о том, что гибель российского авиалайнера на Синайском полуострове — результат взрыва заложенной бомбы, Путин назвал Париж союзником. Российским военным в Сирии было приказано «установить с французами прямой контакт». Европейские соседи тоже вели себя решительно. Правда, пока на словах. В Минобороны ФРГ, например, объявили об отправке контингента в 650 солдат в Мали, чтобы помочь французской армии сражаться с местными исламистами. Но для этого следовало получить добро от бундестага. Лондон обещал дать французам разрешение использовать базу ВВС Великобритании на Кипре и помогать в дозаправке французских истребителей.

«Циничная атака» Турции (именно так ее называют в Кремле) ударила и по намечавшейся коалиции. В день, когда Турция сбила российский Су-24, Олланд встречался с Обамой. И президент США заявил, что Анкара имела право на оборону своего воздушного пространства. Вместе с тем он был бы рад видеть Россию в составе американской коалиции. Такое развитие событий еще более сомнительно, чем создание «широкой коалиции Олланда». У Путина к действиям американской стороны свои вопросы. США знали о месте и времени пребывания российских самолетов в небе над Сирией.

«И именно там, и в это время мы получили удар. Спрашивается: мы зачем эту информацию передавали американцам? Или они не контролируют, что делают их союзники, или эту информацию раздают направо и налево, не понимая какие будут последствия», — возмущался он на итоговой пресс-конференции после встречи с Олландом.

Усталость, читавшаяся на лицах российского и французского лидеров, к концу переговоров сменилась холодностью. Они не были похожи на людей, которые смогли договориться. Условились улучшить обмен оперативной информацией, наладить работу военных специалистов и избегать каких бы то ни было ударов по тем вооруженным формированиям, которые сами готовы бороться с террористами. Вот, собственно, и все.

О точках соприкосновения говорили недолго. Олланд сразу обозначил, в чем стороны расходятся. На взгляд французского лидера, президент Сирии Башар Асад должен уйти. Его место на переходный период займет некое коалиционное правительство, которое примет новую конституцию и проведет всеобщие выборы.

«Асад не может играть никакой роли в будущем страны. А вот роль России необходима», — подчеркнул Олланд. И добавил, что борьба в Сирии никак не влияет на позицию Франции по украинскому кризису.

Москва считает, что успешно бороться с террористами невозможно без наземных операций. А никакой другой силы на земле, кроме правительственной армии Сирии, сегодня не существует. Но если такие силы найдутся, Москва готова с ними сотрудничать.

С ними, но не с Турцией.

«Мы слышим сейчас о неких племенах, близких для Турции, туркоманах и так далее… Возникает вопрос: что на этой территории делают представители турецких террористических организаций? Что на этой территории делают выходцы из Российской Федерации, которые находятся у нас в розыске за совершенные преступления и которые точно относятся к категории международных террористов?» — уже совсем не сдерживал себя Путин.

Что касается обвинений в обстреле гуманитарной колонны, он заметил, что «была какая‑то колонна, но уж точно не мирная». И назвал ее еще одним свидетельством пособничества террористам.

Французские журналисты поинтересовались, соответствует ли развертывание С-400 духу международной коалиции. «У нас не было этих систем в Сирии, потому что мы исходили из того, что наша авиация работает на высотах, до которых не может дотянуться преступная рука террористов», — объяснил Путин. Отныне Россия будет защищать свои самолеты всеми средствами.

Разговор все больше и больше сворачивал к противостоянию с Турцией. Олланд пытался сдержать этот поток, предостерегая от эскалации напряженности, но эмоциональный накал не спадал.

Путин рассказал о том, как автомобили, перевозящие нефть с захваченных сирийских территорий, уходят за горизонт — в Турцию.

«В этих бочках не просто нефть, там кровь наших граждан. Потому что на эти деньги террористы покупают оружие, а потом устраивают кровавые акции и с нашим самолетом на Синае, и в Париже, и в других городах мира. Если высшее политическое руководство Турции об этом ничего не знает, то пусть узнает», — заявил он.

Ему глубоко безразлично, уйдет президент Турции Реджеп Эрдоган в отставку, если подтвердится информация, что он покупает нефть у террористов, или нет. «Не наше дело», — пожал плечами Путин. Олланд в это время молчал. Все вопросы адресовались российскому президенту.

Практически в это же время французское агентство France 24 опубликовало цитаты из интервью с президентом Турции. «Если бы мы знали, что это был российский самолет, может быть, предупредили бы его иначе», — сказал он.

«Исключено! Невозможно! На них есть опознавательные знаки, их хорошо видно, — ответил на это Путин. — Мы заранее в соответствии с договоренностями с американской стороной передали информацию о том, где будет работать наша авиация, на каких эшелонах, в каком месте и в какое время. Ерунда это все! Отговорки!»

Вопрос французских коллег о том, кто же для России сейчас враг, так и не прозвучал в Екатерининском зале. Они не стали его задавать. Но Турция для Путина не враг. Она — предатель.

Между тем уже через несколько дней Эрдоган и Путин смогут посмотреть друг другу в глаза — оба приедут в Париж для участия во Всемирной конференции по климату.

Обсудить
Former Utah Gov. Jon Huntsman walks on a platform Tuesday, June 21, 2011, at Liberty State Park in Jersey City, N.J., after announcing his bid for the Republican presidential nomination, (AP Photo/Mel Evans)Многодетный мормон в Спасо-хаусе
Почему Трамп хочет назначить послом в России китаиста без знания русского языка
Корейская проститутка в национальном костюме во время акции протеста против полицейских рейдов на бордели Интим предлагать
Особенности рынка платных сексуальных услуг в Корее
Клан Хаккано
Что общего у афганской террористической группировки и героев фильма про мафию
Древность и молодость современного Ирана
Республика через 38 лет после Исламской революции
Георгий Толорая: Что ответит Пхеньян
Почему ядерное оружие у КНДР не станет залогом мира на Корейском полуострове
Сверкая пятками
Как побег англичан от нацистов превратился в народный подвиг
Клубенек рукоделия
Картошку с тостером превратили в источник удовольствия и боли
Пуск ракеты «Союз-2» с ВосточногоСтоп машина!
Россия откажется от «Ангары» и Восточного ради Байконура и «Союза-5»
Пляжный вариант
Боевой макияж для героинь курортных романов
Двойной кураж
Что можно натворить за рулем 440-сильного Porsche Macan
Дешево и сердито
Бюджетные спорткары люксовых марок и «заряженные» версии обычных малолитражек
Заряд боди-позитива
Три причины стать владельцем электрического Smart Fortwo без крыши
Величайшие машины СССР и России
10 отечественных автомобилей, которыми можно гордиться
Лучше «Соляриса» или нет?
Первый тест нового седана Kia Rio
Дерзкие версии скучных машин
От Sandero до пикапа: какие утилитарные модели получали спортивные версии
«Я ничего не делаю, и мне это нравится»
Откровения москвички, которая сдает жилье и принципиально не работает
Зарыться в песок
Купить квартиру на море теперь можно за миллион рублей и дешевле
Входят и выходят
Самые известные, необычные и дорогие бордели мира
У вас упало
Что на самом деле происходит с ценами на квартиры в Москве