«Протест легко может стать неконтролируемым»

Ренато Усатый о готовности захватывать правительственные здания в Молдавии

Фото: РИА Новости

Оппозиция в Молдавии выдвинула ряд требований к властям страны: отправить в отставку некоторых чиновников, освободить политических заключенных, а также распустить парламент. Срок ультиматума истекает в конце рабочего дня 28 января. В свою очередь председатель действующего правительства Павел Филип пообещал жестко подавить акции протеста, если будут нарушены законы. Ситуация в Кишиневе накалена — люди снова готовы выйти на улицы, и ситуация может легко выйти из-под контроля, как это уже случилось 24 января, когда стихийный митинг перерос в штурм парламента. О том, готова ли оппозиция к захватам правительственных зданий, жесткому противостоянию с чиновниками и есть ли в протестах признаки молдавского Майдана, «Ленте.ру» рассказал один из организаторов массовых акций, лидер Нашей партии Ренато Усатый.

«Лента.ру»: Как оппозиции удалось сплотиться? Ведь еще 16 января на таком же массовом мероприятии в Кишиневе было три отдельные колонны и три отдельных митинга. Один проводила проевропейская Гражданская платформа DA (Demnitate si adevar, «Достоинство и правда» — прим. «Ленты.ру»), два других — считающаяся пророссийской Партия социалистов и Наша партия, декларирующая «промолдавские» интересы. Насколько мне известно, никаких переговоров о консолидации усилий не велось. Что произошло?

Ренато Усатый: Все получилось спонтанно. Вечером 20 января я прилетел из Москвы, когда в Кишиневе депутаты голосовали за новое правительство, а на улице перед зданием парламента собрались тысячи людей. Это был стихийный протест, почти неуправляемый.

Я приехал к парламенту и сразу пришлось вмешаться в события, потому что у центрального входа в здание завязалась драка с полицейскими. Ее удалось остановить. Потом осложнилась ситуация у другого входа в парламент, где люди оттеснили полицейских и проникли внутрь. Там был Андрей Нэстасе (один из лидеров Гражданской платформы DA — прим. «Ленты.ру»), часть людей вывел он, часть я. И на следующий день мы продолжили действовать сообща, хотя и безо всяких договоренностей.

Но сейчас у вас есть уже какая-то совместная стратегия или все зависит от момента?

Есть стратегия в том смысле, что нужно добиваться роспуска этого парламента и организации новых выборов. Мы не ослабим давление на правящий режим и на то правительство, которое считаем незаконным.

Протест может выйти из-под контроля, возможны беспорядки? Ведь на площади собираются самые разные люди, градус накала порой зашкаливает.

Да, протест легко может стать неконтролируемым. Число недовольных растет. С каждой акцией людей все больше. Люди возмущены до предела: сколько можно над нами издеваться, плевать на нас, угрожать нам? Я не удивлюсь, если однажды все соберутся и пойдут на штурм парламента или правительства.

Произошло самое опасное: власти переступили черту. Я имею в виду голосование за премьера и утверждение его программы. Это голосование со скоростью звука, эта тайная ночная присяга в резиденции президента — не дали, бедному, поспать. Если бы они сделали все по закону, не было бы такого ажиотажа. Хотя люди не любят Демпартию, все понимают, что Плахотнюк купил депутатов (вице-председателю Демпартии, олигарху Владимиру Плахотнюку оппозиция приписывает контроль над всеми госинститутами и обвиняет его в подкупе депутатов — прим. «Ленты.ру»).

За беспорядки все равно ответственность возложат на оппозицию и ее лидеров.

Мы готовы к любым сценариям, провокациям, ложным наветам. К примеру, я получил информацию, что именно сторонников Нашей партии попытаются обвинить в избиении Гимпы, когда он 20 января выходил из парламента, хотя наши люди его вывели из-под удара, жизнь ему спасли (Михай Гимпу — лидер Либеральной партии, примкнувшей к правящему большинству — прим. «Ленты.ру»). Да власти готовы меня в чем угодно обвинить! После того, как они открыли на меня более 10 уголовных дел, я уже ничему не удивляюсь.

Где грань, которую организаторы протестов не переступят? До какой крайней точки вы готовы дойти? Захват зданий, блокирование работы правительства, блокирование парламента?

Захватов никаких не планируем, но уличные протесты продолжатся, будут акции гражданского неповиновения на местном уровне.

Новый премьер-министр Павел Филип заявил, что правительство подавит протесты, если они выйдут за рамки правового поля. 24 января после митинга в центре Кишинева протестующие перекрыли на час один из въездов в город. Если я правильно понимаю, эта акция была незаконной, поскольку о ней не была заранее оповещена мэрия, не было заявки на ее проведение.

Пусть премьер скажет спасибо, что мы ушли на окраину города и блокировали трассу, а не оставили людей на площади. Вы видели накал страстей на митинге, если бы мы не ушли с площади, не знаю, чем бы это закончилось. Хватит нас пугать русскими танками! Хватит пугать Усатым, который совместно со спецслужбами готовит переворот, это очередная утка, чтобы люди не выходили на протесты. Более 80 процентов граждан страны против властей, я уверен, люди этого не испугаются. И продолжат участвовать в акциях.

Вы видели, с каким настроением приходят на наши протесты. И знаете, что 24 января власти хотели устроить в Кишиневе митинг в свою поддержку. Демпартия пыталась подкупить людей в селах, чтобы они приняли участие в акции, предлагали деньги, а люди не брали.

Знаю также, что в Бельцах, в колледжах, студентов-бюджетников гнали на этот митинг под угрозой лишения стипендии. Так родители этих детей устроили столь грандиозный скандал, что организаторам пришлось отказаться от идеи отправить детей в Кишинев кричать «ура» власти. Но организаторы испугались и другого: все прекрасно понимали, что большая часть тех, кого они привезут в Кишинев за свои деньги, просто примкнут к нашей акции. Вот почему Демпартия отменила задуманное мероприятие.

Кстати, о деньгах. Протесты денег стоят, а затяжные — тем более. Это как маленькая война. Откуда на нее средства?

Вот уж что нас сейчас меньше всего беспокоит. Важно, что в гражданах Молдавии проснулась гражданская ответственность. В воскресенье для желающих попасть в Кишинев из районов мы наняли несколько автобусов и микроавтобусов. Но большинство приехали на своих автомобилях. В машинах на пять человек влезали вшестером. Тысячи автомобилей со всей страны. У нас нет возможности финансировать транспорт для всех. Но люди готовы добираться сами. Больше никого не надо убеждать в необходимости бороться за свои права.

Есть бизнесмены в районах, которые просто возмущены всем, что происходит в стране, и теми, кто довел Молдавию до такого состояния. У них есть претензии к судебной системе, к налоговой, к работе полиции, к руководству страны в целом. Естественно, они помогают нам бороться с режимом, организовывать транспорт, например. Помогают людям добираться до Кишинева. Звонят, например, и говорят: «Мы отправим сто пятьдесят человек из Рышкан». Тем не менее «за бортом» в прошлое воскресенье остались тысячи человек, не сумевшие добраться до столицы. Немало бизнесменов подключаются к нам без всяких публичных заявлений — чтобы их не уничтожили за это. Таких все больше, поэтому финансовых проблем у нас нет.

Можно ли сравнить протесты в Кишиневе с киевским Майданом?

Нет. Майдан — это была четкая операция, там участвовали внешние силы. Готовились боевые группы, были те, кто учил молодежь делать коктейли Молотова, кто-то организовывал провокаторов, снайперов и так далее. У нас ничего этого нет. Люди выходят по своей воле, вне зависимости от национальности, геополитических предпочтений, языка, без того, чтобы ситуацию будоражили извне.

Вы постоянно подчеркиваете, что вы не прозападный и не пророссийский, а промолдавский политик, для которого главное — защита национальных интересов страны. Однако вас и здесь, и в России, и на Западе считают агентом Кремля. Из чего складывается такое реноме?

Если я начал критиковать договор с Евросоюзом, который парламент в 2013 году ратифицировал в сжатые сроки, если выступаю против вмешательства во внутреннюю политику страны некоторых западных стран, то я сразу же агент Кремля? С тех пор как я пришел в политику, я был кем угодно. И агентом Кремля, и представителем русской мафии, и представителем спецслужб. Правящий режим в течение нескольких лет использует эти мифы, чтобы запугать западных послов в Молдавии, а заодно и собственный народ.

Но сегодня эти страшилки уже не работают. Мне важно, что граждане Молдавии меня поддерживают. Это чувствуется, об этом говорят все опросы, в том числе закрытые. Согласно опросам, Наша партия на первом месте по популярности. В числе тех, кого бы люди хотели видеть премьером, трое: я, председатель Партии социалистов Игорь Додон и правый политик Майя Санду. Между нами небольшая разница, в 1-2 процента. А на вопрос, кого бы граждане Молдавии хотели видеть президентом, подавляющее большинство респондентов ответили, что меня, а вторая кандидатура идет с большим отрывом. Но я пока не рвусь в президентское кресло.

24 января вы выдвинули уже второй ультиматум властям с требованиями отставки определенных лиц, освобождения политзаключенных, роспуска парламента. Его срок истекает в конце рабочего дня 28 января. Пока власть на него никак не отреагировала. Что вы намерены делать?

У нас есть план на этот случай, но не будем его озвучивать, чтобы избежать провокаций со стороны властей.

Бывший СССР00:02Сегодня

Все цвета Киева

На украинский гей-парад пришли трансвеститы, депутаты и дипломаты. Было жарко