Море волнуется, раз

Как на Украине морпехов приняли за ополченцев и расстреляли

В последние дни января стало известно, что бойцы добровольческого украинского корпуса (ДУК) «Правый сектор» (боевое крыло одноименной запрещенной в России радикальной группировки) совместно с подразделением национальной полиции МВД Украины подстерегли под Мариуполем в засаде и напали на колонну 36-й бригады морской пехоты Вооруженных сил Украины. Завязался бой. Это далеко не первое столкновение украинских националистов с морпехами, однако в этой истории есть один любопытный момент: «Правый сектор» (ПС) дезинформировал участвовавших в бою полицейских, сообщив им о прорыве линии обороны и наступлении ДНР на Мариуполь. «Лента.ру» разбиралась в произошедшем.

Перестрелка

То, что произошло в последнюю декаду января в районе населенного пункта Лебединское к востоку от Мариуполя, трудно назвать большой неожиданностью. Отношения между украинскими военными и вооруженными радикалами рядом с линией фронта носят откровенно враждебный характер — за один только январь бойцы ДУК «Правый сектор» и морские пехотинцы перестреливались как минимум шесть раз.

Однако эта стычка была особенной. Дело в том, что в ней деятельное участие приняли силы МВД, которые обычно стараются дистанцироваться от сложных взаимоотношений между ДУКом и морпехами.

Ссылаясь на данные разведки, начальник штаба корпуса ДНР Эдуард Басурин объяснил, что «Правый сектор» дезинформировал МВД, сообщив о прорыве подразделениями ДНР линии фронта и наступлении на Мариуполь. В итоге решение о засаде было принято лично начальником мариупольского отдела национальной полиции МВД Украины Николаем Побойным.

Возможно, свою роль сыграло то, что Лебединское с некоторых пор — передовой пункт вблизи линии фронта. Ведь Широкино теперь демилитаризованная зона, а Коминтерново постоянно мониторит миссия ОБСЕ. Подразделение в Лебединском контролирует обе основные трассы, ведущие в Мариуполь на востоке, что с прошлой весны и было поручено морской пехоте.

Радикалы

До весны 2015 года оборону Мариуполя от берега моря до Сартаны и Талаковки обеспечивали два батальона национальной гвардии — «Азов» и «Донбасс». Они быстро возглавили неформальный рейтинг наиболее одиозных и скандальных подразделений, и когда Киев под давлением США решил избавиться от окончательно отбившихся от рук героев Майдана и правых радикалов, «Азов», «Донбасс» и ДУК «Правый сектор» отвели в тыл с помощью регулярной армии на некое переформатирование. Несколько раз дело доходило до перестрелок, а уж силовое блокирование баз радикальных батальонов было общим местом операции по усмирению героев революции.

После этого батальонам было предложено войти в состав либо МВД, либо министерства обороны. ДУК «Правый сектор» категорически отказался подчиняться министерству обороны. Командиры ряда частей регулярной армии, симпатизировавшие Ярошу и его идеям, заявили, что воевать с ПС не будут. Компромисс искали несколько месяцев, предлагая Ярошу различные варианты встраивания своих бойцов в исполнительную вертикаль армии вплоть до создания некоего автономного подразделения. В конце концов, Яроша назначили советником начальника генштаба Виктора Муженко, а части ПС были заблокированы подразделениями ВСУ.

Отправленные в тыл гвардейские батальоны на мариупольском направлении заменили 501-м отдельным батальоном морской пехоты. Внешне это выглядит логично — береговая линия совсем рядом. Но тут есть некоторая путаница. 501-й батальон ранее дислоцировался в Крыму в районе Керчи. Из 300 его военнослужащих после воссоединения Крыма с Россией продолжить службу в украинской армии решили 59 человек. Их временно разместили в казармах в Киеве. А затем началось очень бурное и творческое формирование корпуса морской пехоты.

Сперва на базе бывшего первого батальона морской пехоты, также выведенного из Крыма (Феодосия) с большой недостачей личного состава, хотели создать целую бригаду. Кадровый вопрос так и не удалось решить, но нынешний секретарь Совета национальной безопасности Украины Александр Турчинов провозгласил 18 ноября Днем морской пехоты, а 59 морпехов из крымского батальона в августе 2014 года отправили прямиком в зону антитеррористической операции (так в Киеве называют боевые действия на юго-востоке Украины), в самую мясорубку. Уже в сентябре 2014-го было объявлено о формировании еще одного батальона, именного — «Черное море», для обороны побережья. Какой это по счету батальон — второй или третий — никто не понимал, и потому к зиме 2014-15 годов на фронте образовалась «сводная рота» морской пехоты численностью в 200 человек.

Параллельно ускоренными темпами набирали новобранцев, чтобы достичь штатной численности. В официальный обиход вошло словосочетание «бригада морской пехоты», часто мелькал даже ее номер — 36-й (в боевом расписании Вооруженных сил Украины такого подразделения нет). Формально считается, что в июле 2015 года на базе упомянутых выше 1-го Феодосийского батальона, 501-го отдельного батальона и 36-й отдельной бригады береговой обороны из Перевального была-таки сформирована первая бригада морской пехоты имени Константина Ольшанского со штаб-квартирой в Николаеве. Тогда же 501-й батальон числом около двух тысяч человек и направили под Мариуполь.

Атмосфера всеобщего неуважения

Отношения между радикалами и морпехами не заладились сразу. Националисты считали себя ветеранами и помыкали новобранцами, спешно набранными по украинским селам (многие из этих «морпехов» ни разу в жизни не видели моря). Не слишком эффективным получилось и боевое крещение — попав под обстрел у Широкино, новобранцы попросту разбежались.

Особую пикантность этой атмосфере всеобщего неуважения прибавляла и подготовка морпехов — они проходили широко разрекламированные американские тренинги на полигоне Яворов в Прикарпатье. Однако знания, полученные от американских и европейских инструкторов в рамках программы переподготовки украинской армии, оказались совершенно неприменимыми на практике.

Взаимная неприязнь вылилась в драки и перестрелки. Стычки обострялись тем, что морская пехота контролировала буферную зону, открывавшую широкие возможности для контрабанды, а порой и мародерства. И вот в Мариуполь прибыл «Правый сектор».

Радикалы организованно приехали туда прошлой весной «наводить порядок». Приехали и остались. К осени они контролировали весь город, занимаясь вымогательством и откровенным террором. В определенный момент Мариуполь превратился чуть ли не в столицу «Правого сектора», причем несколько их мероприятий пришлось разгонять силой. По ночам бойцы ПС захватывали склады, административные здания, типографии, занимались контрабандой, попутно обвиняя в этом морскую пехоту и местные власти.

Масштабная провокация?

Сейчас есть две основные версии вооруженного конфликта между радикалами и силами МВД с одной стороны и морскими пехотинцами с другой. В Донецке, например, убеждены, что речь идет о попытке масштабной провокации, фактически — инсценировке наступления ополченцев на Мариуполь. Логика в этом есть — официальный Киев находится в трудной ситуации: от украинских властей ждут исполнения минских соглашений, а для их реализации парламент должен внести изменения в Конституцию Украины относительно общей децентрализации и официального предоставления полномочий местным властям Донбасса.

Однако маловероятно, что президент Украины Петр Порошенко сумеет договориться об этом с нынешним составом Рады. Фактически в стране полноценный политический кризис, причем на главу государства давят не только радикальные силы внутри страны, но и западные партнеры. В этих условиях резкая эскалация боевых действий на юго-востоке Украины (разумеется, по вине ополченцев) могла бы отвлечь внимание европейских политиков от исполнения минских соглашений. Сам Порошенко мог бы снова сплотить вокруг себя патриотическую общественность и избежать вероятного распада парламентской коалиции и выхода ситуации из-под контроля в целом.

Правда, стычка под Мариуполем (пусть даже с участием правоохранительных органов) слишком похожа на все предыдущие. 8 января в том же Лебединском представители «Азова» и ПС жестко конфликтовали с морской пехотой на почве мародерства. Спустя несколько дней — еще один инцидент: бойцы ПС (подразделение дислоцируется в бывшем санатории «Маяк») потребовали от пехотинцев выдать им некоего «сепаратиста». Завязалась драка, переросшая в перестрелку. Результат: двое убитых, трое раненых.

А число обстрелов населенных пунктов на Донбассе и локальных перестрелок в последние дни выросло в разы. В иные ночи фиксируется более ста нарушений перемирия. Огромная военная группировка, накопленная украинской стороной против ополчения, не может простаивать без дела месяцами. Но столь резкое и массированное нарушение всех договоренностей и соглашений по прекращению огня четко указывает на ослабление политического контроля со стороны Киева. А в такой обстановке даже местечковые разборки между вооруженными подразделениями очень опасны. Особенно когда одна из сторон проявляет креативность, выдавая колонну морской пехоты за наступающих ополченцев.

подписатьсяОбсудить
Военнослужащие армии КазахстанаПрофилактика хаоса
Каковы цели российского военного планирования в Центральной Азии
Скованные беспроводной цепью
Рассказы домашних арестантов о жизни с электронным браслетом
Отборные кадры
Как в России подыскивают присяжных для суда
Все очень плохо
Почему новая холодная война опаснее старой
Скука, тестостерон и дешевый бензин
В чем смысл «арабского дрифта» и зачем его легализовали
Я вас не слышу
Чего не хватает новому Chevrolet Camaro: первый тест
Не отпускать и не сдаваться
Что происходило на одном из самых сумасшедших Гран-при сезона
Северный олень
Сохранил ли новый Mitsubishi Pajero Sport свою суровость и страшно ли на нем заезжать в глушь
Дно Олимпиады
Проблемы Рио похлеще допингов и переломов
«Я не позволяла себе ничего, каждая копейка уходила на кредит»
Рассказ россиянки, купившей не одну квартиру при зарплате в 40 тысяч рублей
Камерная дача
10 фактов о доме в Форосе, ставшем тюрьмой для Горбачева
До чего докатились
Как выглядят лица людей, съехавших с небоскреба
Бабушкино наследство
Вся недвижимость кандидата в президенты США Хиллари Клинтон