Новости партнеров

В подсудной лавке

Останется ли Россия в ЕСПЧ, не выплатив 2 миллиарда евро экс-акционерам ЮКОСа

Фото: Vincent Kessler / Reuters

Россия может не выплачивать акционерам 1,866 миллиарда евро по иску бывших акционеров ЮКОСа, постановил Конституционный суд. Таким образом Москве разрешили не исполнять решение Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ). За день до этого в ЕСПЧ назвали неправомерным «закон Димы Яковлева», после чего в России вообще задумались о выходе из-под юрисдикции судебного органа. В конце прошлого года страна уже покинула один международный суд. Надо ли покидать ЕСПЧ и почему, разбиралась «Лента.ру».

Нефть и дети: неисполнимые решения

Решение, которое, согласно постановлению КС, России можно не исполнять, принято еще два года назад. В 2014 году ЕСПЧ присудил бывшим акционерам ЮКОСа более 1,866 миллиарда евро в качестве компенсации. По мнению Страсбургского суда, с компании необоснованно взыскали штрафы за налоговые правонарушения. «Разрешая вопрос о возможности исполнения решений, КС должен в соответствии с международными обязательствами находить компромисс», — пояснил позицию суда его председатель Валерий Зорькин. По его словам, постановление ЕСПЧ нарушает положения конституции.

Так называемый «закон Димы Яковлева» попал в Страсбургский суд из-за 45 американцев, которые не смогли закончить процедуру усыновления. Теперь Россия должна выплатить им в общей сложности 75 тысяч евро, не считая издержек. Москва нарушила ряд положений Конвенции по правам человека, установив запрет на усыновление российских детей-сирот американцами, утверждают в ЕСПЧ.

Это должно заставить российские власти задуматься о выходе из-под его юрисдикции, убежден первый зампред комитета Госдумы по госстроительству и законодательству Михаил Емельянов: «В любой момент мы можем выйти из Совета Европы, а соответственно, и из ЕСПЧ и Парламентской ассамблеи (ПАСЕ). Но для этого нужна политическая воля».

Россия может покинуть ЕСПЧ, но этот вопрос не стоит на повестке, говорил президент Владимир Путин в 2014-м. Да, решения Европейского суда политизированы, но «пока мы с ними дискуссии ведем», пояснял он. С тех пор, похоже, повестка изменилась.

Вон из судов: Гаага и Страсбург

Подтверждение изменившейся повестки — выход России из соглашения по Международному уголовному суду (МУС), о чем стало известно в ноябре.

«Это позиция, которую заняла страна, руководствуясь именно национальными интересами», — объяснял причины выхода из МУС официальный представитель Кремля Дмитрий Песков.

О выходе из-под юрисдикции ЕСПЧ заговорили три года назад. Путин тогда припомнил суду его решение по «делу Илашки» — бывшего молдавского депутата, приговоренного к смертной казни (потом ему изменили приговор на пожизненное заключение) в 1993 году за терроризм в непризнанной Приднестровской молдавской республике. По решению международного суда Москва должна выплатить до полумиллиона евро истцу якобы за то, что вместе с Кишиневом лишила Илашку права на справедливое разбирательство дела. «Мы к этому не имели никакого отношения — там человека в тюрьме держали в Приднестровье, а России присудили за это какой-то штраф. Полный бред», — удивлялся глава государства.

Поводом задуматься об отказе от ЕСПЧ называли также «двойственность правовых трактовок» Страсбурга. После того как в России был принят закон о возможности неисполнения решений Европейского суда в случае, если они противоречат конституции страны, глава ПАСЕ Анн Брассер предостерегла Москву от подобной практики.

Москва подписала Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод в феврале 1996 года, когда стала членом Совета Европы и таким образом согласилась войти в юрисдикцию ЕСПЧ. Эти соглашения Россия ратифицировала, в отличие от Римского статута МУС, подписанного в 2000-м. Так что де-юре страна не была под юрисдикцией Международного уголовного суда, а потому не только ничего не потеряла, но освободилась от ограничивающих суверенитет обязательств, отмечали специалисты.

При выходе из ЕСПЧ россияне утратят инстанцию для защиты своих прав на международном уровне. Хотя Россия больше не лидирует по числу жалоб, их по-прежнему много. В Минюсте называли следующие данные: в 2010 году более 40 тысяч из 150 тысяч жалоб в ЕСПЧ приходились на Россию, в прошлом — 9 тысяч из 65 тысяч. Вместе с тем Москве больше не придется выплачивать ежегодные взносы и компенсации, назначенные судом.

Ассамблеи и советы: вхожу, но не участвую

Вопрос о принадлежности Крыма, который Россия считает закрытым, — причина разногласий не только в судебных европейских инстанциях. Из-за присоединения полуострова российская делегация оказалась лишенной права голоса в ПАСЕ. А Литва, тоже упомянув Крым, признала российских судей угрозой для безопасности и не пустила на Всемирную конференцию судов, из-за чего председателю КС РФ пришлось жаловаться Путину.

Крымские власти, в свою очередь, собрались направить в ООН резолюцию о нарушении прав человека на полуострове во времена его принадлежности Украине. Однако даже в Совбезе ООН попытки Москвы противостоять антироссийской риторике, нагнетаемой Киевом, вряд ли к чему-либо приведут, отмечал зампред комитета верхней палаты парламента по международным делам Владимир Джабаров.

И все-таки, несмотря на понимание ангажированности некоторых решений, России необходимо присутствовать в ООН, считает зампред думского комитета по международным делам Алексей Чепа. «Нам нужно строить отношения со всеми организациями, тем более общественными, но и их отношение к нам должно быть соответствующее», — подчеркивает он.

Хотя Москва и оплатила участие в Парламентской ассамблее в 2017 году, депутаты пока вычеркнули ее из плана международной работы. Вернуться в ПАСЕ российские политики готовы только при условии, что организация изменит регламент и защитит все национальные делегации от подобных ситуаций. Большинство членов ассамблеи не готовы пойти навстречу.

Потеряла Россия и место в Совете ООН по правам человека: по итогам голосования ее опередили Венгрия и Хорватия.

Поговорим при Трампе

«Пусть жену свою учат щи варить», — сказал российский лидер еще в 2008-м году, отвечая на попытки Бюро по демократическим институтам и правам человека (БДИПЧ) навязать условия по наблюдению за выборами. Путин указал организации с неблагозвучным, по его мнению, названием, что Россия не обязана исполнять ее «хотелки».

Но несмотря на жесткую риторику и напряженные отношения, руководители международных организаций не выказывали желания выгнать Россию, и даже наоборот — отмечали ее присутствие как необходимое. Теперь уже бывший генсек ООН Пан Ги Мун называл роль Москвы в урегулировании международных конфликтов, в том числе в Донбассе, критически важной.

«Я говорил и буду говорить и дальше, что для меня в ПАСЕ должны быть представлены все 47 делегаций, а не 46. Я вижу, что вы хорошо понимаете мою позицию, и я намерен продолжать развивать отношения с Госдумой и сотрудничество между РФ и Советом Европы», — заявлял, в свою очередь, глава ассамблеи Педро Аргамунт в ходе последнего визита в Москву.

В основе претензий многих российских политиков к европейским организациям — предвзятость и зависимость от Вашингтона. Тем временем причину разногласий с ЕСПЧ, похоже, можно устранить именно при участии США. Глава президентского совета по правам человека Михаил Федотов понадеялся, что возможен пересмотр «закона Димы Яковлева», если «американская сторона проявит добрую волю».

О готовности к диалогу с Вашингтоном по этому вопросу заявила и спикер Совфеда Валентина Матвиенко. По ее словам, российские парламентарии уже разрабатывают свои предложения по сотрудничеству с американским Конгрессом, однако их время придет, «как только состоится инаугурация избранного президента США Дональда Трампа».