Новости партнеров

Игра в монополию

Почему международные корпорации бессильны против ФАС

Фото: Дмитрий Коротаев / «Коммерсантъ»

Федеральная антимонопольная служба России строит планы по развитию конкуренции в стране. Для этого, по мнению руководителя ведомства Игоря Артемьева, нужно бороться с картелями и пресекать недобросовестные действия крупных корпораций. Под горячую руку ФАС то и дело попадают международные конгломераты и отечественные компании поменьше. «Лента.ру» выяснила у юристов, кому из них легче избежать ответственности и где в мире действует наиболее совершенное антимонопольное право.

Остались со штрафом

На днях американская корпорация Google решила договориться с ФАС по-хорошему. В ведомстве рассказали ТАСС, что компания предложила прекратить судебные тяжбы и заключить мировое соглашение.

Претензии к интернет-гиганту у антимонопольщиков возникли еще два года назад из-за навязывания программных продуктов производителям гаджетов. Как рассказывали в ФАС, корпорация предоставляла производителям мобильных устройств на базе операционной системы Android свой магазин Google Play. Однако вместе с ним в обязательном порядке должны были устанавливаться поисковик Google и ряд других приложений, размещавшихся в приоритетных местах на экране. При этом корпорация ограничивала предустановку сервисных программ конкурентов, в частности «Яндекса», который и пожаловался в ФАС.

По итогам рассмотрения 200-томного дела Google обвинили в злоупотреблении доминирующим положением на рынке и оштрафовали на 438 миллионов рублей. Оспорить это решение в разных инстанциях, вплоть до Верховного суда, компании не удалось. Осенью 2016-го ФАС выписала двум структурам Google еще один штраф на миллион рублей за неисполнение предписаний по «делу Android». Попытка засудить ведомство и здесь не увенчалась успехом, а в ФАС уже закатывают рукава для нового наказания.

Советник юридической фирмы «Юст», член экспертного совета при ФАС Дмитрий Серегин пояснил «Ленте.ру», что дело Google — принципиальное для антимонопольного ведомства, «поскольку формирует практику применения антимонопольного законодательства в сфере информационных технологий, где бывает сложно отграничить товар от объектов авторских прав». ФАС, очевидно, пойдет до конца, вплоть до Конституционного суда, если это понадобится.

В Федеральной антимонопольной службе сказали Rambler News Service, что поддержали ходатайство Google. Не исключено, что к следующему заседанию суда, намеченному на 27 марта, стороны все же сумеют договориться.

«Делая шаг к мировому соглашению, Google, скорее всего, не добьется пересмотра позиции ведомства. Позиция ФАС по мировым соглашениям всегда жесткая: полное признание факта нарушения законодательства и исполнение предписания. В результате примирения, вероятно, снизят сумму штрафа», — считает Серегин.

От ведомства Артемьева частенько достается и другим международным корпорациям, таким как Microsoft, Apple, Lenovo и HP, а также крупным торговым сетям и сотовым операторам. Практически все они пытаются оспорить миллионные штрафы в судах.

Бей чужих, чтобы свои боялись

Опрошенные «Лентой.ру» эксперты говорят, что судебные разбирательства с ФАС — не такое уж безнадежное дело, как может показаться на первый взгляд.

Противостоять антимонопольным органам в России действительно сложно, но все же можно, уверен партнер юридического бюро «Деловой фарватер» Роман Терехин. По его словам, освещаемые в СМИ громкие дела, как правило, касаются картельных сговоров. Далеко не все знают, что предписания антимонопольной службы о привлечении виновных лиц к административной ответственности достаточно успешно оспариваются в арбитражных судах, отмечает он. В качестве примера эксперт приводит дела «о содовом картеле» (сговор на рынке каустической соды) и «картеле угля Кузбасса» (соглашение железнодорожных перевозчиков с местными властями при транспортировке угля), когда компаниям удалось отменить антимонопольные штрафы на 1,6 миллиарда и два миллиарда рублей. Юрист подчеркивает, что отмены решений ФАС чаще добиваются крупные компании, располагающие ресурсами для многолетних тяжб с госорганами.

По мнению исполнительного директора HEADS Consulting Никиты Куликова, рассчитывать на успех в спорах с ФАС могут преимущественно отечественные компании. «Тягаться с антимонопольным ведомством на чужой территории — достаточно бесперспективное занятие, причем как в России, так и в любой другой стране», — говорит он. Причем, по его словам, статус и размер компании не имеет никакого значения для ФАС. «Если рассматривать случай с Google, то аналогичные дела в отношении компании уже были в ряде стран, в том числе и в ЕС. В отличие от российского антимонопольного ведомства, штрафы антимонопольных органов в Европе или в США крупнее в десятки раз», — добавляет Куликов.

Адвокат юридической группы «Яковлев и Партнеры» Екатерина Смирнова отмечает, что интерес СМИ вызывают именно проигранные дела против ФАС. Случаи, когда компаниям удается добиться отмены штрафов, не привлекают внимания общественности.

Пошли на рекорд

Наиболее совершенное антимонопольное законодательство, по словам Терехина, сегодня действует в США. Первым антитрестовым законом в Америке был «Акт Шермана», принятый еще в 1890 году. «В связи с бурным развитием экономики возникали новые схемы, применяемые предпринимателями для того, чтобы избежать ответственности. Но и антимонопольное законодательство США не стояло на месте, в результате сегодня его можно считать по-настоящему близким к совершенству», — полагает Терехин.

Согласно Всемирному обзору по конкуренции, определяющему рейтинг эффективности конкурентных ведомств, в 2015 году ФАС вошла в число 36 ведущих антимонопольных служб мира. Лучшими независимые эксперты, составлявшие рейтинг, признали конкурентное ведомство Франции, Департамент юстиции и Федеральную торговую комиссию США, а также Федеральное картельное ведомство Германии.

Вместе с тем сравнивать антимонопольное законодательство в разных странах не совсем корректно, считает Смирнова из группы «Яковлев и партнеры». Антикартельное регулирование в США существенно отличается от конкурентного права в ЕС и России. «В США гораздо больший акцент сделан именно на поддержание конкуренции, то есть борьбы между экономическими субъектами. В правовом регулировании фокус смещен на то, чтобы все имели возможность свободного входа на рынок и выхода с него. В Европе же конкурентное право, на мой взгляд, более социально ориентированное: в частности, действующее законодательство учитывает необходимость поддержки малого и среднего бизнеса», — поясняет эксперт.

Антимонопольное законодательство всех развитых стран предусматривает серьезное наказание в виде высоких оборотных штрафов и возможности привлечения к уголовной ответственности. Достаточно вспомнить одно из последних антимонопольных дел Еврокомиссии — картельный сговор пяти крупнейших производителей грузовиков со штрафом в 2,9 миллиарда евро. При этом ФАС России, согласно данным Global Competition Review, опережает весь мир по числу заведенных дел. В частности, в 2013 году в России было возбуждено более 250 дел по антиконкурентным соглашениям, в США — менее 100, в Германии — менее 50. Смирнова также обратила внимание на рекордно короткие сроки, в которые ФАС эти дела рассматривает, что удивляет юристов за рубежом.

Эксперты считают достаточно сбалансированными российские антимонопольные законы, но признают некоторые «прорехи». Так, Терехин указывает на фактическую неработоспособность уголовной статьи 178 УК РФ, а Серегин — на отсутствие сформировавшихся принципов регулирования в сфере IT, включая вопросы интеллектуальных прав.

Адвокат Александр Барканов также обращает внимание на усилившуюся в последнее время «прогосударственную» правоприменительную практику. Объясняется это, по его словам, как экономически, так и политически. В случае с делом Google, по его словам, истец «исчерпал способы защиты своих прав в пределах российской юрисдикции». Оштрафованные ФАС структуры Google теоретически вправе обжаловать отказ судьи Верховного суда России передать дело на рассмотрение судебной коллегии ВС. Но примеров положительной судебной практики такого обжалования ничтожно мало, а соответствующий институт арбитражного процесса фактически чисто декларативный и не работает, пояснил он.