Новости партнеров

Ваше кирибачество

Будут ли российские самодержцы править в тропиках

Кадр из фильма «Иван Васильевич меняет профессию»

Бывший депутат Госдумы Антон Баков не смог арендовать острова в Тихом океане: на прошлой неделе власти Республики Кирибати ему отказали. Среди пальм и пляжей он собирался возродить Российскую империю, и мириться с поражением не собирается. Что за государство пытается создать политик и какие у него перспективы, выясняла «Лента.ру».

Переговоры Бакова с властями Кирибати об аренде и временной передаче суверенных прав на три острова — Молден, Старбак и Миллениум — продолжались в течение двух лет. Ожидалось, что на этих территориях новое государство получит все функции, кроме обороны, таможни и антитеррористической безопасности.

«В Кирибати нас привлекли потрясающий климат, большие и просторные необитаемые острова и малая численность населения, которое получит очевидную выгоду от нашей финансовой поддержки», — объяснял бизнесмен.

Круглый год на островах стоит жара от 30 градусов и выше. Большинство местных живут в хижинах из пальмовых листьев и питаются в основном выловленной здесь же рыбой. Тем временем туристы едут сюда ради чистых пляжей и серфинга.

Государство за 230 миллионов

Массового потока из России в этот райский уголок, однако, не ожидалось. «Мы предполагаем, что среди людей, постоянно проживающих на островах, будет от одного до двух процентов россиян», — информировали представители бизнесмена. Столь скромную потенциальную численность объясняли дальним расстоянием: полет до Кирибати из России потребует минимум двух пересадок и обойдется в полторы-две тысячи долларов.

Баков подчеркивает, что его государство должно обладать таким же суверенитетом, как и все остальные: «Моя задача — создать механизм превращения частного в государственное, стереть границу между корпорациями и государствами».

«Попытка взять в аренду часть территории — это расчет на то, что это государство добровольно пойдет на самоограничение собственного суверенитета», — поясняет Александр Домрин, доктор юридических наук, профессор ВШЭ.

Специальная комиссия Кирибати по внешним инвестициям предложение Бакова не одобрила. Бывший член правительства королевства Тонга Ситивени Халапуа отметил, что страна остро нуждается в финансовых вливаниях, но не в ущерб своим принципам. Бизнесмен и политик собирался построить на необитаемых островах воздушный морской порт, сеть экологических отелей, несколько солнечных электростанций, опреснительные установки, больницы, школы, запустить предприятия по переработке рыбы и открыть Российский имперский университет. Но убедить власти островного государства обещаниями масштабных вложений не вышло.

Объем инвестиций оценивался в 120 миллионов долларов единовременно, еще 230 миллионов предполагалось вложить в следующие 20 лет. Однако предполагаемые источники средств Баков не уточнял — во всяком случае публично, что вызывало определенный скепсис у экспертов.

Задумка с Урала

На идеи Бакова оказал влияние проект по созданию Уральской республики, считает политолог Андрей Колядин. В 1993 году Эдуард Россель, бывший тогда главой администрации Свердловской области, объявил о формировании в регионе автономного государственного образования. Новая республика просуществовала недолго: 9 ноября президент снял Росселя с должности и распустил Свердловский облсовет.

На следующий год с Росселем познакомился Баков, который избирался депутатом Свердловской областной думы и примкнул к его команде. «Выгнанный с работы за Уральскую республику, Россель потерял почти всю старую команду и после выборов искал новых союзников», — вспоминал будущий миллионер и монархист. Он входил в предвыборный штаб Росселя на губернаторских выборах 1995 года, на которых тот одержал победу.

До регистрации Монархической партии в 2012-м году Баков несколько раз менял политическое пристанище: побывал и в «Единой России», и в «Союзе правых сил». Теперь его партия провозглашает своей целью установление в стране конституционной монархии, но только «мирным, конституционным путем».

Престол для потомка

Соратники Бакова бросили все силы на пропаганду для решения этой задачи. Бизнесмен писал книги о том, какой правитель нужен России. «С одной стороны, будет монарх, который не имеет реальных полномочий. С другой стороны — ответственное правительство, подотчетное обществу», — объяснял он. Три года назад миллионер опубликовал собственное исследование на тему монархического возрождения России, где вывел преемственность христианского императорского престола от римских правителей и объявил единственного современного наследника этого престола.

Роль досталась потомку Александра II, немецкому принцу Карлу-Эмиху Лейнингенскому. Семья Лейнингенов лишила его обширного наследства из-за неравнородного брака, хоть и расторгнутого впоследствии. Он поначалу оспаривал решение, но потом сам поставил на деле крест. В 2013-м Карл-Эмих вместе с супругой принял православие и стал представляться Николаем Кирилловичем.

Принадлежащий ему, по версии Монархической партии, престол сам по себе обладает государственным суверенитетом — так же, как Святой престол в Ватикане. На этих основания партия провозгласила Суверенное Государство Императорский Престол. По идее создателей, оно должно стать центром притяжения для всех христианских монархистов мира. Себя Баков скромно назначил эрцканцлером нового государственного образования.

Корона на «большой земле»

Традиционные монархисты все еще определяются с кандидатурой предполагаемого наследника короны Российской империи. «Это может быть не только представитель рода Романовых, но и потомок Рюриковичей. Оптимальной была бы фигура, соединяющая в себе оба рода», — отмечал член президиума «Самодержавной России» Владимир Карпец.

Всероссийский монархический центр, который ратует за возвращение самодержавия, поддерживает кандидатуры великого князя Кирилла Владимировича и его сына Владимира Кирилловича. Другие полагают, что престола достойна Мария Владимировна Романова, глава Российского императорского дома. В Британском королевском доме, связанном с российскими самодержцами многочисленными родственными связями, тоже нет единодушия: одни уверены, что на российский престол вправе взойти принц Майкл Кентский, двоюродный брат королевы Елизаветы II и внучатый племянник императора Николая II; другие считают наследником внука королевы Елизаветы принца Гарри.

Деятельность королевских домов и сотрудничающих с ними монархистов существенно отличается от проектов Бакова и его соратников. Дом Романовых, к примеру, выдает дворянские титулы и герба и активно участвует в торжественных мероприятиях. Так, в мае 2016-го великая княгиня Мария Романова, родившаяся и проживающая в Испании, посетила Крым и побывала на открытии памятника Николаю II.

К возрождению империи на островах в среде королевских особ отнеслись скептически. Это «чистой воды клоунада», считает директор канцелярии Российского императорского дома Александр Закатов. «Людям, серьезно исповедующим монархистские убеждения, это не очень нравится. (…) Речь идет просто об издевательстве над самой идеей монархии, над всеми теми страданиями, которые пережили те же Романовы и те люди, которые остались им верны», — подчеркнул он.

Зачем же расстраиваться?

Помимо Бакова, идеи возрождения престола и империи в том или ином виде поддерживали и другие российские политики. «Монархический режим — самый идеальный для России. Другое дело, что нужно его ограничить, чтобы это была ограниченная монархия», — говорил лидер ЛДПР Владимир Жириновский. Нынешний глава Минстроя Михаил Мень, хоть и побывал в либеральном «Яблоке», тоже в целом готов согласиться с монархией в России. «Монархия — одна из форм управления государством, в общем-то приемлемая, могущая существовать. Другое дело — в каком виде», — говорил он в 1998 году, подчеркивая, что пока говорить об этом «немножко рано»: россияне не готовы к смене политического режима.

Спустя 15 лет монархисты были все еще далеки от массовой народной поддержки. «Около 28 процентов либо высказываются за монархию в России, либо не возражают против восстановления монархического строя, но при этом и не являются активными его сторонниками, поскольку не видят человека, который мог бы стать российским монархом в наше время», — объяснял глава ВЦИОМ Валерий Федоров, комментируя очередной опрос в 2013 году.

То же исследование показало, что в коммунизм хотели бы вернуться 49 процентов респондентов. Этого хватило, чтобы КПРФ получила 42 мандата в Госдуме, а ее конкурент, партия «Коммунисты России» — места в региональном парламенте и местных органах власти.

Согласие 30 процентов россиян на возвращение монархии вполне могло бы обеспечить партии Бакова думские мандаты, но в парламентских выборах партия не участвует. По его мнению, сегодня проигрыш неизбежен. «Зачем же зря расстраиваться?» — рассуждал он.

Вместо этого бизнесмен планирует и дальше бороться за возрождение имперской России. «Я думаю, что ситуация как-то разрулится. Пока я не вижу особых оснований для паники, какого-то недовольства. Мы к этому были готовы, будем разговаривать с президентом, как-то разбираться», — заявил он после отказа (по его словам — предварительного) властей Кирибати.

Политолог Андрей Колядин уверен, что это желательный для бизнесмена исход: «Я думаю, если бы в Кирибати согласились, Баков бы рассердился. Это просто очередная громкая пиар-акция».

Но глава Монархической партии, он же эрцканцлер, заявляет о готовности продолжить проект в любой другой локации — то есть почти любой. «Мне шлют письма из Северного Кипра, из Перу, из Камбоджи, — заверял Баков журналистов. — Хотя в Камбоджу я после Полонского точно не поеду».