Новости партнеров

«Хочется найти русский дух»

Эти путешественники отправились на Север в поисках забытой России

Фото: Илья Тимин / РИА Новости

Матерые путешественники ..

«Русский Норд — путешествие волгарей по Северу» — так называется краудфандинговый проект на сайте Planeta.ru. Два нижегородца — путешественник и писатель Дмитрий Нижегородский и фотограф Алексей Дмитриев — решили отправиться в экспедицию по Русскому Северу через Вологодскую и Архангельскую области и Карелию. О том, что они надеются найти в этом суровом крае, «Лента.ру» расспросила Дмитрия Нижегородского.

«Лента.ру»: Вы мечтали в детстве стать путешественником?

Нижегородский: Да, я очень любил читать приключенческие романы — и Марка Твена, и Жюля Верна… Конечно же, я вдохновлялся всеми этими книгами.

Одно дело — читать, другое — представлять. Как вы представляли себе жизнь путешественника тогда, в детстве?

Сложно вспомнить… Например, два года назад я совершил путешествие пешком по Волге. Идея его мне пришла в голову точно не позже моих 14 лет. Я, домашний ребенок, был настолько далек тогда от реальной жизни, что мои фантазии были несопоставимы с действительностью. Например, я думал, что в низовьях Волги до сих пор казаки живут, как при Степане Разине, потому что читал книги об этом. Думал, дойду — и там примкну к ним. Да что об этих фантазиях вспоминать, они наивные, детские.

Вы пишете, что у вас были свои личные цели, которых вы намеревались достичь, пройдя этот путь. Что это были за цели? И что за период жизни вы переживали?

Все началось с того, что я десять лет проработал в банковской сфере, на нелюбимой работе. Меня это никогда не вдохновляло — иногда терпимо было, а потом, в последний период, когда надо мной стояла психованная начальница, я шел на работу с утра с ощущением тошноты. И однажды подумал: да что я занимаюсь тем, от чего меня воротит? Я тогда еще в интернете цитату увидел: «Если вам не нравится то место, где вы сейчас, смените его, вы же не дерево». И подумал: действительно, зачем ощущать себя рабом, когда на личную жизнь не остается времени вообще?

Я накопил некоторую сумму денег и мог себе позволить какое-то время не работать. Когда я уволился, то сам не понимал, что делать дальше, но потом мне снова пришла в голову эта идея. Книги о путешествиях я читал всегда, и заметил в них такую мысль: после длительных тяжелых экспедиций человек возвращается из них другим, более сильным, развитым… Некоторые говорят, что стали после этого взрослыми людьми — короче, их жизнь меняется.

Пришла пора совершить то, к чему шел всю жизнь, о чем мечтал. Я всегда был уверен, что в конце проекта «Пешком вдоль Волги» я стану новым, более крутым человеком, которому будет все по плечу. Но итог был несколько другим, хотя я все равно изменился в результате этого путешествия и ни разу не пожалел об этом.

А каким был итог? И когда вы начали понимать, что в вашей жизни уже что-то меняется?

В пути я об этом особо не думал, да и после завершения сразу не понимал, потому что представлял, что когда доберусь до Каспийского моря, у меня появится некое ощущение триумфа. А на самом деле я пребывал в некоторой растерянности: с одной стороны, я был рад тому, что завершил этот путь, а с другой стороны, мне стало казаться, что чего-то не хватает, что все еще впереди. Потом, анализируя это, я понял, что в некоторых моментах тупил…

Но на некоторое время я в итоге свалился в депрессию, потом с трудом из нее вышел, занялся самоанализом, читал материалы по психологии и занимался медитацией. Короче, все было непросто.

Зачем тогда вы решили снова в путешествие отправиться, после такого опыта?

Это несопоставимые путешествия. Там полгода, пешком и со всеми сложностями, а тут всего лишь на месяц, и цели несколько другие. Я бы их, кстати, разделил на личные, внутренние и культурные — то, что я бы хотел рассказать людям как писатель, рассказчик. Если говорить о внутренних, то я хочу просто себя растрясти, потому что засиделся в последнее время в своем городе и ощущаю, что пора бы снова отправиться в путь. Не хочу идти снова на полгода, как по Волге, — это издевательство над собой, как сейчас кажется, хотя тогда это было мне нужно.

А какая в вашем новом проекте основная цель?

Я хочу вырасти как творческий человек и набрать в этом путешествии материал для новой книги — и себе, и людям. Хочу еще лучше научиться рассказывать истории. Все началось с того, что фотограф Алексей предложил составить ему компанию в путешествии по Русскому Норду. Он-то хочет просто пофотографировать, потому что там много прикольных вещей: архитектура, деревянные церкви, зодчество… Я сначала согласился, а потом начал читать, посмотрел несколько документальных фильмов об этих местах. Понял, что у меня постепенно складывается идея того, что мне хочется найти.

Почему он назван «Русский Норд», а не «Русский Север»? Потому что тут подразумевается не только пространство, а некий дух, лайфстайл, что ли, хотя это не по-русски звучит… Хочется найти в русском пространстве этот живой дух. Я не какой-нибудь националист, не имею ничего против мультикультурности, но видно же, что у нас давно уже популярны африканская музыка и индийская духовность, не говоря уже об американском образе жизни. А в последние годы мы слышим о датском хюгге, шведском лагоме и японском икигай — стилях жизни, которые объединяет общий отказ от западной одержимости успехом.

И я подумал, что в России тоже может быть что-то такое, какая-то вот такая русская тема, которая почему-то не только в других странах непопулярна, но и у нас мало кто осознает это.

И какой дух вы надеетесь найти на Русском Севере? Как вы его себе представляете?

Я бы сказал, это ощущение себя сильным, свободным, хозяином своей жизни. Если взглянуть на историю, то мы увидим, что в свое время туда не дошли татаро-монголы (то есть русская культура там продолжала развиваться), крепостничества не было такого, как на Поволжье, существовали крепкие крестьянские хозяйства. Там законсервировались традиции. С одной стороны, это, может быть, и минус, но плюс в том, что туда тянулись сильные и суровые люди, так как слабым там не место. На Средней Руси произошло разделение на бар и холопов, а на Севере продолжили жить свободные хозяева своей жизни, один на один с никого не щадящей природой. Это мне нравится, и мне хочется найти этот тлеющий дух, который можно снова разжечь.

Я смотрел отчеты других путешественников, побывавших на Русском Севере. Но они же просто фиксируют, фотографируют культурный труп — то, что было. А мне хочется найти живое — тот дух, который есть сейчас. Я не уверен, получится это или нет, но его хочется уловить или даже разжечь.

Сильно расстроитесь, если не найдете?

Да нет, наверное. Я этот проект не один буду делать — у нас будет онлайн-дневник. Мы надеемся привлечь людей, и северян в том числе, к обсуждению этой проблемы. Возможно, мы встретим самих носителей культуры — ведь, повторюсь, хочется найти что-то живое. Почему центр Руси не тянется к чему-то своему, отворачивается от этого? Я вот думаю — что, Русь гибнет, что ли? Почему чужая этника популярнее своей?

А как вы относитесь к культуре коренных народов Севера? Не хотите попробовать ее исследовать?

Я имею в виду европейскую часть Русского Севера, а не азиатскую, это другой Север. А там, куда мы идем, есть, скажем, те же поморы, русский субэтнос. Да, там есть всякие племена, но родственные русским. Я вот по Волге, например, ходил, встречал марийцев, чувашей — они же настолько близки русским…

Это финно-угорские народности.

Да, но по культуре они очень близки нам.

Как вы планировали путешествия? Набросали список точек маршрута?

Все началось с того, что фотограф Алексей Дмитриев скинул мне список интересных для него церквей, населенные пункты, где они находятся. Я начал изучать карту — в какой последовательности лучше передвигаться. Потом у меня появились собственные соображения: ну как же можно не побывать там-то и там-то! А вот туда, наверное, не обязательно идти ради какой-то одной церкви, делать крюк.

Какое снаряжение собираетесь использовать?

Да все то же, что и на Волге. Рюкзак на 75 литров, палатку теперь возьмем двухместную, так как вдвоем идем (она всего на килограмм тяжелее, чем та, которую я использовал в прошлый раз). Алексей еще потащит свою фотоаппаратуру. А так — типичный набор.

Вы открыли краудфандинговую кампанию на сайте Planeta.ru. Фидбек какой-то есть? Что пишут?

На «Планету» я особо не надеялся. Сейчас время такое, что всем не до этого всего. Хотя благодаря одному человеку мы собрали 25 процентов необходимой суммы. Администрация ресурса обещала подключиться к раскрутке проекта после получения заявки, но пока тишина. Но то, что мы разместились на «Планете», это все равно хорошо: информационный повод создали.

Мы, конечно, нужную сумму за оставшиеся дни кампании не наберем, поэтому решили действовать по-другому. Поедем со своими средствами — не знаю, надолго ли их хватит, — и будем пытаться собирать нужную сумму в процессе. Будем в благодарность спонсорам высылать открытки, календари, которые сами будем делать.

Что бы вы посоветовали тем людям, которые живут как вы когда-то — работают на нелюбимой работе, тратят свою жизнь впустую? Как порвать порочный круг и отправиться за своей мечтой?

Вообще, я не призываю обязательно бросать работу. Некоторым такой образ жизни вести естественно. Другим, конечно, не нравится, но было бы неправильно бросать все, если у них, например, есть семья. Детей у меня нет, я свободный человек, а будь я семейным — вынужден был бы работать. А вот таким, как я, ничем не связанным, — не быть деревом, делать то, что тебе хочется. Главное, конечно, подумать, надо ли это, потому что у меня самого потом было много депрессивных моментов. Но не надо бояться. Я считаю, что лучше в будущем пожалеть о том, что сделал, чем о том, что не сделал. Так ты хотя бы попробовал, постарался стать хозяином своей судьбы, и душа будет спокойна.

69-я параллель00:0315 сентября

«Я думал, что знаю вашу страну»

Этот швейцарский профессор посвятил России полжизни, видел развал Союза и чеченские войны