«Меня просят вмешаться. Я готов к этому» Почему Иран оказался на грани революции и зачем Дональд Трамп решил поддержать протесты?

Массовые протесты на всей территории Ирана продолжаются более двух недель. По данным Fox News, 7 января протестующим удалось взять под контроль города Абданан и Малекшахи вблизи границы с Ираком, однако местные государственные СМИ эту информацию опровергли.

В Тегеране демонстранты подожгли здание Корпуса стражей исламской революции (КСИР). В Каемийе, городе южной провинции Фарс, была снесена статуя бывшего командующего силами «Аль-Кудс» КСИР Касема Сулеймани. Сообщалось также об атаках на десятки мечетей и банков.

Власти отключили интернет и телефонную связь. Силовые структуры перешли к жесткому подавлению демонстраций: фиксируются массовые аресты и применение огнестрельного оружия против протестующих.

По данным Организации правозащитников Ирана, (Human Rights Activists in Iran, HRANA), к вечеру воскресенья, 11 января, в ходе беспорядков погибли как минимум 544 человека, включая 48 сотрудников сил безопасности.

Более 10 тысяч демонстрантов были задержаны сотрудниками правоохранительных органов.

В ответ на протесты власти организовали массовые шествия в поддержку исламского режима и объявили трехдневный траур по погибшим.

Президент Масуд Пезешкиан заявил, что иностранные государства якобы напрямую координируют действия протестующих с целью разрушения исламской республики. Верховный лидер страны Али Хаменеи назвал участников протестов «кучкой неопытных и недальновидных людей», действующих в интересах Дональда Трампа.

Член совета по информационным технологиям при правительстве Машалла Шамсольваезин назвал протесты новым этапом войны США и Израиля против Ирана. Спикер меджлиса Мохаммад-Багер Галибаф заявил, что в случае удара по территории страны военные объекты и корабли противников станут законной целью для Вооруженных сил Ирана.

На фоне протестов сын последнего шаха наследный принц (шахзаде) Ирана Реза Пехлеви заявил о готовности вернуться в страну и возглавить ее в переходный период.

С начала протестов наследный принц призывает граждан к забастовкам, к захвату стратегически важных улиц и объектов, к сопротивлению исламскому режиму. Он обратился к военным, призвав их сделать «исторический выбор» и определиться, «на чьей они стороне».

По его словам, протестующих поддерживают многие государства, готовые помочь в смене власти.

Ранее Реза Пехлеви открыто призывал Дональда Трампа активнее вмешаться в ситуацию.

С самого начала протестов Дональд Трамп не исключал военной операции против Ирана в случае гибели демонстрантов. Теперь он заявил, что иранские власти «пересекают красные линии».

По данным издания Politico, в США рассматриваются различные варианты давления на Иран — от кибератак до точечных военных ударов. При этом отправка сухопутных войск официально исключается. В то же время Дональд Трамп угрожал «невиданными ранее ударами» в случае атаки Ирана на американские объекты.

Единства по этому вопросу в США нет. Сенатор-республиканец Рэнд Пол заявлял, что бомбардировки вряд ли приведут к успеху, а демократы предупреждают, что удар может сплотить иранское общество вокруг правящего режима.

При этом Дональд Трамп утверждает, что иранские власти выходили на контакт и стремятся избежать дальнейшей эскалации.

Прогнозировать дальнейшее развитие протестов в Иране сейчас сложно, а прямое военное вмешательство США не предопределено. Такое мнение в разговоре с «Лентой.ру» высказал научный сотрудник Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН, заместитель декана Восточного факультета Государственного академического университета гуманитарных наук (ГАУГН) Григорий Лукьянов.

По его словам, Дональд Трамп ориентирован на смену исламского режима в Иране и фактически принял логику Израиля, который рассматривает Иран как ключевую угрозу своей безопасности. При этом прямое военное вмешательство может оказаться контрпродуктивным.

Эксперт отмечает: в условиях внешней угрозы иранское общество, скорее всего, сплотится вокруг флага, и протесты потеряют легитимность в глазах значительной части населения.

Именно поэтому, считает Григорий Лукьянов, США пока откладывают нанесение прямого удара. «Они надеются, что внутреннее недовольство и сеть диверсионных структур, созданных Израилем на территории Ирана, дадут больший эффект здесь и сейчас», — пояснил эксперт.

Кроме того, опыт недавней операции в Венесуэле оказался неоднозначным. С одной стороны, успехи против Ирана в июне 2025 года подталкивают Белый дом к более решительным шагам, с другой — показывают, что сценарии действий после нанесения удара все еще плохо просчитаны.

Взвешивая возможные последствия силового сценария, американское руководство приходит к выводу, что более эффективной может оказаться точечная поддержка протестного движения, резюмирует эксперт.