Новости партнеров

Демократизация по-исламски

В Иран пришла гласность, открытость и перестройка

Последние месяцы в Иране происходит что-то странное. В стране, считающейся одним из главных оплотов исламского фундаментализма, проходят митинги оппозиции и назревает парламентский кризис. Сто депутатов подают в отставку в знак протеста против действий властей, а всемогущий Совет стражей идет на уступки. Похоже, что устоявшиеся представления об Иране как о тоталитарной теократической империи далеки от истины.

Обратимся к истории. После окончания Второй мировой из страны вышли британские и советские войска, и шаху Мохаммеду Реза Пехлеви, правившему с 1941 года, удалось укрепить свою личную власть и сохранить независимость страны, играя на противоречиях между Западом и Советами и продавая нефть. Пехлеви слыл в мире просвещенным владыкой, содержал в личной коллекции три тысячи лимузинов, а к середине 1970-х годов превратил Тегеран в один из богатейших городов Азии, "восточный Париж". Здесь по улицам прогуливались вполне по-европейски одетые модницы (разве что мини-юбок не носили), в кинотеатрах шли голливудские фильмы, на сцене выступали Синатра и русский балет, а по количеству производимых сортов водок Иран опережал СССР. Бытует представление, будто именно неприятие этого западного "разврата" и стремление вернуться к корням подвигло в 1979 году огромную страну на исламскую революцию. Но истинная причина, скорее, была в другом.

Стоило отъехать километров на сорок от Тегерана, как становилось ясно: все нефтяные деньги концентрировались в столице. Кроме того, в стране жестко подавлялась любая оппозиция (первоначально она была тоже исключительно светской). В стране официально существовала лишь одна партия - правящая, а методы работы тайной полиции САВАК, видимо, были переняты у сталинского НКВД. Тем временем в нищих кишлаках люди передавали друг другу записи речей аятоллы Хомейни (аятолла - высший духовный титул в шиитской ветви ислама), который призывал "бороться во имя веры" против "антинародного и прозападного режима". Хомейни, который с 1964 года находился в изгнании, предлагал построить государство, где богатства страны обогатят весь народ, а не только правящую верхушку, где исчезнет ненавистная охранка и все будет по справедливости.

Выступления противников правящего режима к концу 1978 года достигли такой силы, что шах улетел из страны. Вернуться обратно ему уже не довелось - 1 февраля 1979 года в Иран с триумфом вернулся Хомейни. Исламская революция свершилась. В течение недолгого времени столица Тегерана была еще более демократичной, чем при Пехлеви - действовали несколько десятков партий, вышедших из подполья, шли авангардистские спектакли и художественные выставки. Однако в течение года с вольницей было покончено. Членов бывшей правящей верхушки арестовывали, расстреливали, а о казнях рассказывали по ТВ и в газетах. Под лозунгом "США - большой сатана, а СССР - малый сатана. Мы их победим!" были организованы нападения на американское и советское посольства. Женщин обязали носить глухие черные накидки, под которые убирались даже руки, а мужчины отпустили бороды. Запретили галстуки ("стилизованный крест"), запретили шахматы (не исламский вид спорта, ведь там есть шах), запретили современное искусство ("тлетворное влияние Запада"), повсюду повесили портреты Хомейни, который провозгласил себя пожизненным духовным руководителем Исламской Республики Иран: "В нашем государстве власть - прерогатива Бога, а закон - указ Бога". Целью республики новый лидер объявил построение "всемирного справедливого мусульманского государства без империалистической эксплуатации".

Однако теорию религиозного государства пришлось укладывать в прокрустово ложе практики. В 1989 году Хомейни умер, и его сменил аятолла Али Хаменеи. Построение всемирного исламского государства вылилось в поддержку антиизраильской террористической группировки "Хизбалла". Богатая нефтью страна зажила совсем не так, как Саудовская Аравия или ОАЭ, и приобрела крайне неповоротливую политическую структуру - кроме религиозного руководителя, есть еще избираемые президент и однопалатный парламент, Координационный совет и Совет стражей исламской революции, представляющий собой богословское политбюро. Женщины сменили строгую чадру на косынку, длинный жакет и свободные брюки, поскольку в ортодоксальном наряде было невозможно работать. Современные тегеранские девушки продолжают ходить в косынках и не носят мини, однако выглядят почти по-европейски. Продвинутая молодежь слушает западную музыку.

Когда-то словосочетание "исламский демократ" воспринималось примерно так же, как "исламский алкоголик", что в переводе на российские реалии примерно эквивалентно "генералу-демократу" и "еврею-оленеводу". Однако реальность сделала невозможное: в Иране появились многочисленные демократы. Алкоголиков, правда, нет, зато по официальным данным из 63 миллионов иранцев один миллион - наркоманы. Дело в том, что запрет на контрацепцию привел к росту населения с 35 до 63 миллионов человек, из которых половина - моложе 25 лет. И для этой молодой половины теократическая монархия - это прежде всего бедность, безработица и безысходность. Отсюда и тяга к наркотикам.

Впервые новое поколение постучалось в политику на президентских выборах 1997 года. Тогда умеренный реформатор 53-летний Мохаммад Хатами победил соратника Хомейни муллу Натек-Нури именно благодаря поддержке студентов и их голосам. На парламентских выборах 2000 года реформисты победили и образовали в парламенте (Меджлисе) доминирующую фракцию, но по-прежнему остались оппозицией, поскольку политику Меджлиса корректирует Совет стражей исламской революции, проверяющий постановления парламента на соответствие догмам ислама.

На 20 февраля 2004 года намечены выборы в Меджлис - очередной раунд схватки реформистов и фундаменталистов. Страна находится в тяжелом положении. Во-первых, недавно произошло сильнейшее землетрясение в Баме. Во-вторых, продолжается скандал, связанный с разработками собственного ядерного оружия, который расследует МАГАТЭ. В-третьих, спонсирование "Хизбаллы" привело к тому, что США в следующем году вполне может вторгнуться в Иран, тем более что американские войска совсем близко - в Ираке. В-четвертых, экономическая ситуация незавидная - высокая безработица, низкие доходы населения и теневая экономика, доля которой составляет 18% ВВП.

Однако фундаменталисты не сдаются. В начале января 2004 года под различными предлогами Совет стражей отменил регистрацию около 1200 из 3600 кандидатов в депутаты от реформистов, причем сделал это полуофициально, без публичного оповещения - каждого кандидата проинформировали в индивидуальном порядке. Оппозиция обвинила власти в попытке контролировать народное волеизъявление и заговоре с целью государственного переворота. В знак протеста 11 января в Тегеране прошел митинг оппозиционеров, а члены реформистской фракции покинули очередное заседание Меджлиса.

13 января правительство пообещало уйти в отставку, если Совет стражей не отменит свои решения о снятии реформистов с выборов. 21 января Совет стражей остался при своем мнении, и ряд министров вместе с вице-президентом Мохаммадом Али Абтахи ушли в отставку, а аятолла Али Хаменеи попросил их вернуться, дабы не усиливать политический кризис в тяжелое для страны время. Вице-президент Абтахи не исключил, что скоро в отставку может уйти и президент Хатами. По стране прокатились массовые акции протеста. 31 января обстановка осложнилась еще больше - не выдержав предвыборных нагрузок, в больницу попал президент Ирана. 1 февраля более сотни депутатов-реформистов и министр внутренних дел Абдолвахид Массави Лари подали в отставку. Один из лидеров оппозиции Мохсен Мирдамади назвал происходящее "попыткой облачить тиранию в прекрасное одеяние демократии", а министр Лари сказал, что "возможности провести свободные и соревновательные выборы в парламент не существует".

2 января руководитель крупнейшей реформистской партии Ирана, вице-спикер парламента Мохаммад Реза Хатами (брат президента Мохаммада Хатами) заявил, что его организация отказывается от участия в парламентских выборах. Для участия реформистов в выборах Мохаммад Реза Хатами выдвигает два условия: во-первых, власти должны полностью согласиться с представленным списком кандидатов, а, во-вторых, отложить выборы, чтобы партии имели больше времени для проведения предвыборной кампании.

В общем, Иран в кризисе. Борьбу реформистов с фундаменталистами не следует рассматривать как борьбу западной и исламской идеологий. Реформисты не собираются отказываться от ислама. Но все большее количество иранцев начинает понимать: проблемы их страны, скорее всего, созданы не внешними врагами (будь то Америка или мировой сионизм), а рождены внутри Ирана - неповоротливой экономической и политической системами.

Николай Дзись-Войнаровский

Предыдущие материалы по теме:

Время катастроф [26.12.2003] Китай, Иран, Калифорния, Турция...

Тегеран-43: шестьдесят лет спустя [01.12.2003] Борьба диверсантов СС с русской и английской разведками закончилась открытием второго фронта и созданием ООН

От Стеньки Разина до Бушерской АЭС [12.11.2003] Иран меняет атомную бомбу на российские танки

Будем дружить? [03.11.2003] Ариэль Шарон собирается убедить Владимира Путина, что России выгодней сотрудничать с Израилем, а не с Ираном и Сирией

МАГАТЭ: остановить неостановимое [16.09.2003] Венская конференция МАГАТЭ: Иран, КНДР... и Израиль

Подпишите протокол [09.07.2003] МАГАТЭ может оказаться идеальным посредником между США и Ираном

Тегеран 2003. Иран в кольце фронтов [23.05.2003] "Великий сатана" усиливает давление на страну "чистого ислама"

Другие материалы
Россия00:01Сегодня

«Делая вид, что лечишь»

Как работать без лекарств и оборудования: откровенный рассказ российского врача