Новости партнеров

«Мы не видим бойни — приходим в ресторан и едим мясо»

Автор рекордного 12-часового опуса из программы Берлинале о работе над фильмом

Кадр: фильм «Тень Шамиссо»

Художница, фотограф и кинорежиссер Ульрике Оттингер родилась и выросла в Констанце на Боденском озере, слушала лекции Клода Леви-Стросса в Париже, изучала творческие методы Сергея Эйзенштейна и Бертольда Брехта, дружила и сотрудничала с Райнером Вернером Фассбиндером и Вернером Шретером. В России Оттингер в 2004 году сняла фильм «12 стульев» — вольную экранизацию романа Ильфа и Петрова, который был показан в секции «Форум молодого кино» на Берлинском фестивале. В этом году в программе «Панорама» фестиваль представил 12-часовой фильм «Тень Шамиссо» о путешествии по Камчатке, Чукотке и Аляске, куда Ульрике Оттингер отправилась, вдохновившись дневниками великих географов и естествоиспытателей прошлого. В фильме есть прекрасные пейзажи, вулканы, оленеводы, рыбаки и даже охота на кита — но это совсем не то кино, которое можно увидеть на канале National Geographic.

«Лента.ру»: Сколько часов материала вы сняли за время путешествия?

Ульрика Оттингер: Всего у меня получилось около 130 часов, из них 20 часов интервью, и еще отдельно записи различных звуков.

Как долго вам пришлось это обрабатывать?

Прибавьте к этому работу с текстом: около 300 страниц записей путешественников прошлого — Шамиссо, Гумбольдта и других, которые я также использовала. И мои собственные заметки: во время путешествия я старалась вести дневник, хотя у меня не всегда хватало на это времени. Дело в том, что одновременно с фильмом я готовила выставку — сейчас она идет в Берлинской государственной библиотеке. Там представлены дневниковые записи, рисунки, письма Гумбольдта, Шамиссо и других путешественников, привезенные ими артефакты, а на экранах идет мой фильм. Но это не тот фильм, который вы видели в зале. Для выставки я снимала длинные планы, иногда по 20 минут. Там все разделено на четыре части: ландшафты, растения, животные, люди. Но и план самого фильма у меня уже был готов, нужно было только сначала разделить фильм и выставку, а потом собрать материал. Я провела в монтажной 16 месяцев, работая буквально каждый день по 12-14 часов.

Полагаю, подготовка к путешествию тоже заняла немало времени. Все ли получилось так, как вы задумали?

Сама тема интересовала меня очень давно, еще со времени путешествия в Корею и Монголию. А конкретная подготовка заняла около трех лет. Знаете, планировать путешествие можно сколько угодно, но всегда случаются неожиданности: вы зависите от транспорта, от погоды. Не многие могут позволить себе такие проекты — тут все может провалиться, а может, наоборот, превратиться во что-то очень необычное.

У вашего проекта были российские спонсоры?

Нет, у нас был только линейный продюсер из России. Мы работали с Юлией Мишкинене и очень довольны этим сотрудничеством.

Знаете ли вы русский язык или языки народов Севера?

Я работала в России раньше и знаю достаточно, чтобы понимать, о чем идет речь, — но сама далека от того, чтобы говорить по-русски. Конечно, я работала с переводчиком. Но знаете, когда сидите за монтажным столом, слышите все по тысяче раз, и это отличный лингвистический курс. Так я научилась понимать и даже находить родственные слова в эвенкийском и эвенском языках.

У вас есть довольно большой эпизод в фильме, где показано, как забивают и разделывают тушу оленя.

Конечно, нехорошо убивать живых существ. Обычно для нас это скрыто, мы не видим бойни, а просто приходим в ресторан и едим мясо. А здесь это жизненная необходимость, все происходит естественно, все тщательно перерабатывается, используется, приносится жертва. Это не брутально, это их способ добычи пропитания. Даже чувствительный Шамиссо, который тоже наблюдал процесс разделки оленя, восхищался вкусом мяса.

Вы питались вместе с местными жителями?

Да, не могли же мы еще везти с собой продукты — у нас и так было достаточно багажа.

Как вы устанавливали контакт с людьми, которых снимали?

Просто нужно вести себя цивилизованно. Не вваливаться с камерой с разбега, а строить отношения постепенно. Это не так сложно. Люди чувствуют, что мне действительно интересно с ними. Когда я снимаю, то смотрю в окуляр, не умею работать как современные мастера, глядя на монитор. При этом левый глаз у меня открыт, что помогает установить контакт. И всегда предупреждаю: если вам нужна пауза — дайте знак.

Какой камерой вы пользовались?

На этом проекте я работала с цифровой камерой Sony. У нас было два комплекта. Я пользуюсь объективами с постоянным фокусным расстоянием, только это позволяет получить нужное качество.

Звук в вашем фильме тоже играет большую роль.

Мы везде использовали оригинальный звук, потому что мне было очень важно передать атмосферу. Кое-что не удалось сделать, но мы восстанавливали это потом на монтаже.

Такой фильм, конечно, нужно смотреть на большом экране. Планируете прокат?

Да, в Германии фильм будет показан в кино. Он будет разделен на три части, и они будут выходить постепенно, сначала первая — это будет 24 марта, потом, через две недели, вторая часть, а еще через четыре — третья. А после этого будет возможность устраивать специальные мероприятия, где фильм можно посмотреть целиком, — например, в Доме культур народов мира в Берлине. И показы будут сопровождаться беседами с участием кинокритиков и ученых — этнологов и культурологов. Мы будем обсуждать различные аспекты, связанные с этим фильмом.

На Московском кинофестивале в этом году пройдет ретроспектива ваших работ, где в том числе будет показана и «Тень Шамиссо».

Да. Буду рада представить фильм в Москве.

Но вот увидят ли его те люди, которых вы снимали на Севере?

В любом случае я передам DVD сотрудникам краеведческих музеев, которые очень помогли мне в работе и которым я очень благодарна. Надеюсь, они смогут организовать показы.

Культура00:01Сегодня
Майк Шинода

«Я прошел все пять стадий тьмы»

Майк Шинода о будущем Linkin Park, смерти Честера и отношении к России
Культура01:3915 августа
Эдуард Успенский

Не тратил время зря

Он придумал Гену, Чебурашку и кота Матроскина: каким запомнят Эдуарда Успенского