«Мы плаваем на лодке, и от моря пахнет бензином»

Биолог Мария Гаврило об очистке территории Русской Арктики

Полярный медведь
Фото: Мария Гаврило

Площадь арктических владений России — три миллиона квадратных километров. Это примерно восемнадцать процентов территории государства. Как защитить эти территории от загрязнений? Как уберечь от исчезновения редкие виды животных и растений? И как привлечь в эти края туристов? В преддверии года экологии «Лента.ру» побеседовала с заместителем директора по научной работе национального парка «Русская Арктика», кандидатом биологических наук Марией Гаврило.

«Лента.ру»: Насколько велики масштабы загрязнений на территории национального парка?

Мария Гаврило: Общая картина распространения загрязнений до начала очистки хорошо известна. Это так называемое очаговое загрязнение, когда места прежней хозяйственной деятельности были сконцентрированы на отдельных островах. Например, на Земле Франца-Иосифа таких основных островов шесть — там, где были полярные станции или объекты Минобороны. Они как бы образуют один кластер парка.

Второй кластер — это север Новой Земли, там есть полярная станция, остатки инфраструктур ПВО и погранвойск в районе мыса Желания. Третья точка, недалеко от второй, — залив, где был аэродром. Это то, что касается географии. Всего у нас 192 острова.

Остальные чистые?

Да, конечно, на них инфраструктура не развита. Человек точечно пребывал на этих шести островах. После этого на них остались элементы инфраструктуры — дома, техника и, самое страшное, — неиспользованное топливо в бочках. Туда было принято завозить топливо в бочках, и оттуда они не вывозились.

И как все это выглядит?

Мы как-то были на острове Виктория. Это отдельный остров недалеко от Земли Франца-Иосифа, пока он не входит в состав национального парка. В принципе, это одна территория, и проблемы там похожие.

Мы подходим к этому острову, с судна спускаемся на резиновых лодках и плаваем в акватории. На обрывистом берегу стоят заброшенные здания полярки, которые в начале 1990-х были оставлены, рядом — объекты ПВО и цистерны. Берег — абразионный, то есть он обрушивается под действием волн, ветра, льдов. Соответственно, часть бочек падает в воду — там, где берег размывается. Часть бочек, которым не один десяток лет, подвергаются коррозии, и поскольку в них сохранилось топливо, текут.

Мое ощущение — мы плаваем на лодке и от моря пахнет бензином. Опасность исходит от сброса этого топлива из корродирующих бочек и с разрушающегося берега. Это прямая угроза морским экосистемам, поскольку нефтепродукты загрязняют воду — тяжелые фракции оседают на дно и влияют на организмы, которые там обитают, легкая фракция какое-то время плавает и затем растворяется в воде. Дальше это приводит, по трофической цепочке, к хроническому загрязнению.

Какие животные и растения пострадали?

Специальных исследований по выявлению уровня содержания загрязнителей в тканях растений и животных не проводилось. Тем не менее можно говорить о рисках, связанных с накоплением на островах нефтепродуктов и прочих загрязняющих веществ и их возможным (и частично произошедшим) проникновением в окружающую среду.

Риски эти в первую очередь касаются морских животных, находящихся на вершине трофической пирамиды. Это моржи и тюлени, белые медведи и китообразные, белые чайки и другие морские птицы.

Прежними исследованиями выявлено, что уровень содержания хлорорганических соединений в яйцах белых чаек с Земли Александры превышает известные значения для других морских птиц Арктики. Однако с чем это связано, мы сказать пока не можем, поскольку чайки собирают корм на значительной акватории, в том числе и на путях дальних миграций.

Другая опасность — прямое загрязнение птиц и млекопитающих при непосредственном контакте с пролитыми на грунт, снег, лед или вытекшими в море нефтепродуктами. Для предотвращения таких рисков и проводится очистка особо охраняемых природных территорий.

Наземные растения в гораздо меньшей степени уязвимы по отношению к загрязнению нефтяными углеводородами. Здесь риски — механическое нарушение почвенно-растительного покрова, как в ходе прежнего очагового освоения островов, так и в ходе самой очистки, для которой задействована тяжелая техника. Необходимо строго следить за ходом мероприятий по ликвидации ущерба и контролировать движение транспорта.

На острове Виктория загрязнение устранено?

Нет еще, пока до этой точки мы не дошли. Сейчас мы работаем на других островах. Но это самый яркий пример: вокруг красивое море — и такой запах.

Этот остров планируется включить в состав парка?

Да, документы сейчас подаются на согласование. Это не новый проект, он давно обсуждается. Документы от нас, обосновывающие необходимость расширения, составлены.

Кто помогает очищать «Русскую Арктику»? Военные, ученые, волонтеры?

На нашей территории этот процесс идет на конкурсной основе. Выигрывает какая-либо подрядная организация. Деньги выделены федеральные, это не средства Минобороны. Волонтеры нам тоже помогают.

Есть еще планы по расширению «Русской Арктики», кроме присоединения острова Виктория?

В изначальном проекте, подготовленном к 2007 году, содержалось эколого-экономическое обоснование расширения на три кластера — север Новой Земли, Землю Франца-Иосифа и остров Виктория. Я как раз руководила научной частью этого проекта. В 2009 году был утвержден только север Новой Земли, а Земля Франца-Иосифа как была заказником, так и осталась.

А в этом году, в августе, парк расширили — Землю Франца-Иосифа, которая была заказником, перевели в статус национального парка и присоединили к «Русской Арктике».

К чему это привело?

Изменился режим охраны. Цели и задачи у парков и заказников немного разнятся. У парков более серьезно прописано развитие познавательного туризма, а в заказнике это не главное. Кроме того, для парка предусмотрено зонирование. Если в заказнике у всей территории один и тот же режим охраны, то в национальном парке — разные зоны для разных целей. Есть заповедная зона со столь же строгой охраной, как и у заповедника, то есть полное сохранение в нетронутом состоянии экосистемы. Есть зона особо охраняемая, есть зона рекреации, есть сельскохозяйственная. Такое деление характерно только для национальных парков. Теперь это зонирование распространится на Землю Франца-Иосифа, мы как раз заканчиваем соответствующий проект.

В планах — создание буферной зоны на Новой Земле, документы на согласование которой должны быть поданы. Это некий участок с более мягким режимом — переходной зоной с более строго охраняемой территории на территорию, на которой возможны сельскохозяйственные работы.

Еще создается буферная зона у самой Земли Франца-Иосифа, уже в пределах исключительной экономической зоны, потому что сейчас у нас выпадают очень важные местообитания животных — белого медведя, полярного кита и птиц.

Зоны летней кромки льдов и склонов континентального шельфа к северу от территории — очень важные местообитания для сохранения животных из Красной книги. Их мы можем только в буферную зону включить. Нам осталось расшириться лишь на кластер острова Виктория.