Читка по понятиям

Чем берут публику лидеры гангста-рэпа в России

Группа Кровосток
Фото: страница группы Кровосток в Facebook

Они с трудом воспринимаются, как музыкальная группа. Это смелый культурный проект, иными словами — русский совриск. Конечно, никто не приколачивает себя к брусчатке на Красной площади и не пляшет на амвоне, но в их текстах ничуть не меньше заботы о судьбах страны, чем в нашумевших акциях актуальных художников. За нескончаемым потоком мата, боли и кровищи тут скрывается мощная энергия протеста. Впрочем, участники «Кровостока» верят в своих слушателей, полагая, что истинные фанаты без труда понимают смысл художественного высказывания.

Настоящий рэп существует там, где жизнь неблагополучна. 2003 год, столичный район Текстильщики. Выпускники Московского академического художественного училища памяти 1905 года, Антон Черняк и Дмитрий Файн, решают дать отпор гламурному и рафинированному отечественному рэпу. Они вызывают к жизни проект «Кровосток» — нечто похожее на гангста-рэп, только в российских реалиях. Музыканты с энтузиазмом эксплуатируют криминальную мифологию, получившую размах в «лихих девяностых» — со всеми ее прелестями: разгул бандитизма, наркотики, повальная легализация маргиналов.

Активное паразитирование на самом бурном десятилетии в истории постсоветской России начнется много позднее. Сегодня о «кровавых годах» и их легендарных «героях» вспоминают все кому не лень, вплоть до певицы Монеточки, родившейся в 1998-м. Юные исполнители часто признаются, что именно «Кровосток» приоткрыл им двери в дивный мир беспредела. Они и сейчас — из тех команд, на чьих текстах держится миф об ужасах наступившей эры капитализма в умах миллениалов. Похожую роль сыграли лишь фильмы Алексея Балабанова, благодаря которым подростки узнавали, «в чем сила, брат» и как замастырить настоящий обрез из подручных средств. Ну и, конечно, сериал «Бригада», прославивший некоторых из нынешних кинозвезд в образе бандитов.

В своих песнях «Кровосток» рисует картину, схожую с балабановским видением «лихолетья», однако участники коллектива запомнили это время иным. Они в первую очередь — художники, и восприятие переломного периода для них связано с ощущением свободы как личной, так и творческой. Первые слушатели «Кровостока» были уверены, что тексты группы основаны на фактах биографии ее участников, хотя, по словам музыкантов, с криминалом они никак не связаны. Так и есть — перед нами интеллектуалы, типичные деятели современного искусства, более или менее удачно маскирующие социальный протест под гангстерскую мифологию. Лобовое обличение тотального угнетения в нашем жестоком мире не работает; серьезный подход к теме насилия неизбежно сопряжен с погружением в реалии, с ее невольной романтизацией, что еще больше импонирует всем, кто легко считывает сарказм и издевку.

Лирический (если его можно так назвать) герой «Кровостока» — человек, тесно связанный с криминальным миром. В стране, где одна — испуганная и растерянная часть молодежи «капитально подвисала на винте», в то время когда другая, более хваткая, «потрошила кооператоров» (при этом часто пересекаясь с первой), — отождествлять себя с прототипом героя, слушая треки «Кровостока», было очень легко, — и авторы проекта поняли это в начале пути, уже самим названием выдавая адресатов своего послания. Какие истории могут конкурировать с прямыми репортажами из бандитских пыточных («Столярка») или кровавыми разборками с наемником Леликом («Представьте»). Кроме того, очевидная стилизация под язык улицы и нарочитый примитивизм авторской поэтики свидетельствует о попытках (вполне, надо сказать, удачных) создать уникальный исполнительский стиль, что вызывает неизменный интерес публики к арт-группе.

Обозначив жанр своего проекта, как гангста-рэп, «Кровосток», тем не менее довольно сильно отличается от прародителей этого направления. Впрочем, трудно сказать уверенно, что в лучшую сторону. В России эксперименты рэперов с криминальной тематикой довольно долго оставались незамеченными — у нас есть так называемый шансон, где и находит свое выражение примитивная бандитская романтика. Американские, точнее говоря, афро-американские основатели гангста-рэпа перекладывали на биты свои личные истории, в то время как «Кровосток» выдавал слушателям поддельные биографии вымышленных героев. Черный гангста-рэпер — сам по себе лирический герой. У «Кровостока» герой живет отдельной от создателей жизнью. Пока кто-то меняет лоурайдеры на дорогие тачки, перестает торговать крэком и мечтает удрать из гетто, русский персонаж остается на своем месте, — он не эволюционирует, не стремится к лучшей жизни, продолжая рассуждать о «напасах» и тяжелых бандитских буднях.

Да и сами Шило, Фельдман и битмейкер Фантомас 2000 с трудом вписываются в образ рэп-музыкантов. Пока коллеги по цеху записывают совместные фиты с подросшим поколением рэперов, бесконечно тусуются, экспериментируют с жанрами и развиваются, «Кровосток» выдает единственный более-менее оригинальный трек — стеб над модным клауд-рэпом (прошлогодний «Душ») — и возвращается к привычному звучанию с монотонной читкой. Они не пишут модные диссы и не участвуют в баттлах — им это просто ни к чему. Монстр баттл-рэпа Oxxxymiron на весь Рунет заявляет, что «Кровосток» — «золотой фонд русской словесности и важнейшее явление в культуре» за последние 20 лет. Рэп-сообщество сильно тревожится, когда их песни пытаются запретить, — а парни остаются в стороне. Они и сегодня не корешатся с остальными рэперами.

Спустя 15 лет с момента основания всем очевидно, что тексты группы стали уличным фольклором. Выпускники киношкол снимают на их песни клипы — и музыканты ничего за это не платят. Во время нашумевшего дела о запрете «Кровостока» в 2015 году в сети разгорелась полномасштабная акция в их защиту. Все — от полицейских до дворников — фотографировались с плакатами «Кровосток наш», намекая, что этот проект — не менее ценное завоевание, чем вхождение Крыма в состав России.

Концерт группы состоится в московском ГЛАВCLUB GREEN CONCERT 19 октября.

Культура20:3517 ноября

Упавшая звезда

Песни Евгения Осина знает вся страна. Он умер в безвестности и нищете