На кого он нас покинул

Из-за смерти Ахмада Кадырова осиротели не только его сын Рамзан и чеченский народ, но и Владимир Путин

Убийство президента Чеченской Республики Ахмада Кадырова не зря заставило даже китайского генсека Ху Цзиньтао направить свои соболезнования не кому-нибудь, а Владимиру Путину. И Борис Березовский, заявивший 10 мая, что гибель Кадырова - это поражение Путина, был тоже совсем не оригинален. И хотя российские СМИ в настоящий момент заняты в основном описанием того, с какими почестями чеченский народ хоронит своего президента, они не хуже корреспондентов немецкой газеты Die Welt знают, что "худшее начало президентства трудно себе представить, так как через 2 дня после пышной инаугурации Путина, главе российского государства было продемонстрировано всё его бессилие" и что "попытку урегулировать конфликт с помощью марионеточного режима можно считать провалившейся".

Действительно, неминуемо ожидающее Россию вслед за смертью Кадырова обострение чеченской проблемы является вполне очевидным следствием проводимой в Чечне политики. Вертикаль власти хороша всем, кроме того, что полностью зависит от собственной вершины. Назначив в 2000 году Кадырова главой временной чеченской администрации и превратив его в фактически единственного кандидата на президентских выборах осенью 2003 года, Кремль сделал выбор в пользу популярной в последнее время стратегии "простых решений". Вместо того чтобы попытаться наладить в Чечне полноценный политический процесс с привлечением различных сил, представляющих противоборствующие группы интересов, было решено отдать республику на откуп одному из местных лидеров, предоставив ему возможность в режиме гражданской войны разбираться со своими оппонентами и при этом пользоваться почти полной поддержкой федеральных сил.

Кстати, худо-бедно, но эта политика работала достаточно эффективно. Прошедшие осенью прошлого года конституционный референдум и выборы, как сильно бы ни были сфальсифицированы их результаты, придали Чечне официальный статус в рамках Российской Федерации и позволили представлять все происходящие с тех пор теракты как пережитки печального прошлого, которые вот-вот будут искоренены окончательно. Непрерывно ведущаяся в республике амнистия дала возможность сыну Ахмада Кадырова Рамзану регулярно пополнять ряды возглавляемой им службы безопасности все новыми раскаявшимися боевиками, так что вскоре эта служба, насчитывающая около полутора тысяч человек, принялась за наведение порядка в Чечне и поиски прячущихся в горах Масхадова и Басаева.

Тот факт, что возглавляемая Рамзаном организация вскоре заслужила среди чеченцев не лучшую славу, чем федеральные войска или басаевские банды, не только не противоречил кремлевской стратегии, но вполне ей соответствовал. В условиях, когда по-настоящему урегулировать конфликт не было возможности, Москве приходилось разрешать его понарошку, то есть переводить в область конфликта между самими чеченцами. И надеяться, что "свои" чеченцы победят "чужих".

Когда до президентских выборов в октябре 2003 года оставалось несколько недель, сотрудникам кремлевской администрации уже было ясно, что из всех "своих" наибольшие шансы удержать контроль над республикой есть у Ахмада Кадырова. Тогда специально для него была организована победа на выборах по любимой Кремлем схеме "безальтернативный кандидат". Все сколько-нибудь значимые участники процесса были заблаговременно отстранены от президентской гонки - Асланбека Аслаханова пригласили поработать в администрации президента, регистрация Малика Сайдуллаева была отменена Верховным судом ЧР, Умар Джабраилов ушел сам, вспомнив, видимо, о своих московских бизнес-интересах. Кстати, проведенные Фондом "Общественное мнение" незадолго до выборов опросы показывали, что за Сайдуллаева готовы были голосовать около 20 процентов чеченцев, за Аслаханова - почти 18, а за Кадырова - лишь 12 с половиной.

Став легитимным президентом, Кадыров принялся за окончательное очищение чеченских властных эшелонов от всех, кто не относился к числу его сторонников. Еще в тот момент, когда Умар Джабраилов снял свою кандидатуру, поста министра печати лишился главный противник Ахмада и один из немногих чеченцев, еще с 1994 года выступавших за единство с Россией, - Беслан Гантамиров. Во главе когда-то "гантамировского" чеченского ОМОНа также вскоре встал бывший начальник охраны Кадырова Руслан Алханов. Бывшие конкуренты Кадырова в большинстве своем уехали в Москву и не стали участвовать в "мирном восстановлении республики".

Поэтому теперь, когда Чечня так безвременно осиротела, оказалось, что без Кадырова управлять ею просто некому. Так как построенная убитым президентом система основывалась не на подобии общественного согласия (слова "гражданское общество" употреблять в этом контексте язык как-то не поворачивается), а на силе и поддержке Москвы. Все чеченские институты власти (служба безопасности, МВД, правительство) создавались Кадыровым и для Кадырова, и при другом президенте работать на интересы федералов будут не лучше, чем засевшие в горах боевики. Поэтому в отношении Чечни Москве придется теперь выбирать из нескольких зол:

Зло первое: новый президент

Пока что исполняющим обязанности президента ЧР является премьер-министр республики Сергей Абрамов. По официальным данным, он будет занимать этот пост до того момента, как в Чечне в установленные конституцией сроки пройдут внеочередные выборы президента. Уже ясно, что выборы эти сведутся к назначению Кремлем очередного наместника. Найти которого будет непросто, так как он должен быть, с одной стороны, уважаемым в чеченском обществе человеком, а с другой - сторонником Кремля (два эти условия сами по себе едва ли совместимы). Кроме этого, он должен пользоваться поддержкой силовых структур и иметь свежий опыт участия в политической жизни республики. Таких людей совсем немного. Знаем мы их, в основном, по фальстартам октябрьской президентской гонки.

Алсанбек Аслаханов. Хотя этот кандидат не запятнал себя участием в военных действиях на стороне сепаратистов (наоборот, Аслаханов, когда-то пригласивший Дудаева в Грозный, порвал с ним, как только в Чечне начались разговоры об отделении от России), он все же является не совсем удобным для Кремля кандидатом. Будучи генералом МВД и главой Ассоциации работников правоохранительных органов, он жестко критиковал действия федералов в Чечне и призывал Кремль к переговорам с Масхадовым. На выборах на пост депутата Госдумы от Чечни в 2000 году Аслаханов получил 30 процентов голосов избирателей не в последнюю очередь потому, что обещал наказать настоящих виновников чеченской войны (имея виду московских политиков). Уже будучи депутатом, он выступал против проведения в Чечне конституционного референдума и не боялся признать, что республика не готова к выборам. С президентской гонки популярного среди чеченцев Аслаханова удалось снять, только взяв его на работу помощником Путина.

Беслан Гантамиров. Этот человек перешел в оппозицию Дудаеву еще в апреле 1993 года и первую чеченскую войну провел на стороне федералов. Именно люди Гантамирова вместе с российскими солдатами участвовали в штурме Грозного. Имея в Чечне немало сторонников, Гантамиров три раза становился мэром Грозного (в 1992, 1995 и 2000 году). В 1996 году был арестован в Москве и осужден по обвинению в хищении денежных средств. Однако когда в 1999 Путин стал собирать под свои знамена всех проросиийских чеченских лидеров, Гантамиров был отпущен, а позже вошел в правительство Чеченской Республики. Тут и оказалось, что Гантамиров - заклятый враг Ахмада Кадырова. Противостояние между двумя ставленниками Москвы длилось до сентября 2003 года и закончилось отставкой Гантамирова, который уехал в Москву. Даже если этот человек и удовлетворяет всем критериям Кремля, представить его во главе созданных Кадыровым и состоящих из "верных кадыровцев" структур просто невозможно.

Руслан Хасбулатов. Этот человек - один из немногих, кто, обладая высокой популярностью среди чеченцев (в октябре за него проголосовали бы 19 процентов избирателей), может похвастаться последовательной пророссийской позицией. То, что организованная им в 1993 году миротворческая миссия не спасла Чечню от войны, - вина скорее обстоятельств, чем этого человека. А вот парламентский мятеж 1993 года ему в Кремле не забудут никогда. И вряд ли пустят в "большую политику". Тем более что и о Чечне он несколько раз публично высказывался в антикремлевском духе. Наконец, популярность Хасбулатова определяется уважением чеченцев к карьерным достижениям своего земляка и вряд ли поможет ему адекватно контролировать силовые структуры ЧР.

Малик Сайдуллаев. Многие называют Сайдуллаева "главой чеченской диаспоры Москвы". Его действительно можно считать одним из самых успешных чеченских бизнесменов столицы. Еще в 1991 году он открыл здесь биржу "Амина" (дочернее предприятие принадлежавшей братьям Стерлиговым "Алисы"), а в 1992 году - концерн "Милан", частью которого позднее стала группа компаний "Русское Лото". Малик всегда хотел заниматься политикой (даже однажды баллотировался в ГД) и пытался что-то сделать для своего народа, организуя, например, переговоры федералов с боевиками. Когда Сайдуллаев при поддержке Кремля стал после начала второй чеченской кампании председателем Госсовета, оказалось, что он не может удержаться от критики проводимых федералами зачисток. Скорее всего, оказавшись вдруг президентом, Малик слушаться "старших братьев" также не станет.

Впрочем, как и Умар Джабраилов или любой другой избранный президент-чеченец. Можно предположить (и первые подтверждения этому уже налицо), что Ахмад Кадыров, останься он в живых, уже через полгода потребовал бы от Москвы столько независимости, что ЧР превратилась бы в территориальное образование, напоминающее Ичкерию. Почти любой, кто сменит его в президентском кресле, рано или поздно не захочет видеть на своей земле подчиняющихся федеральному центру военных и милиционеров, потребует полного контроля над финансами и нефтью и вообще несовместимых с идеями властной вертикали полномочий.

Но это - проблема будущего. Кремлю же надо срочно решать текущие вопросы, поэтому кандидат все равно будет найден. Но здесь Москва наткнется на

Зло второе: Рамзан Кадыров

9 мая, уже через несколько часов после смерти Кадырова-старшего, его облаченный в ярко-голубой тренировочный костюм сын явился в Кремль на встречу с Владимиром Путиным. Встреча проходила при закрытых дверях, но нетрудно догадаться, о чем на ней шла речь. Рамзан уже несколько месяцев вел себя не просто как глава службы безопасности республиканского масштаба, а как публичный политик, регулярно делающий заявления для СМИ. Естественно, после смерти отца молодой человек рассчитывает что его клану и ему самому будет отведено ведущее место в политической жизни Чечни.

И для этого у него есть определенные основания. В качестве аргумента Рамзан может предъявить Кремлю более тысячи только что спустившихся с гор боевиков, которым ничего не стоит туда вернуться и под предводительством Рамзана очень сильно оживить ставший в последнее время скучноватым фронт военных действий. В перспективе, это может привести к тому, что федеральным войскам придется в очередной раз брать штурмом Грозный. А на это они пойти никак не могут.

Но и назначать Рамзана президентом как-то несолидно. Ему даже 30 лет еще не исполнилось, и по закону претендовать на этот пост он не имеет права. Да и авторитет его вряд ли сравнится с авторитетом муфтия Чечни Ахмада Кадырова. Зато, тем или иным способом сохранив у власти Рамзана Кадырова, Москва получает надежду на сохранение видимости "мирного урегулирования" без необходимости строить властную вертикаль заново. Поэтому Кремль может предложить Рамзану, который 10 мая был назначен на должность вице-премьера Чечни, выдвинуть своего человека на пост президента республики.

Но если подходящей для этого фигуры среди доверенных лиц и старших товарищей молодого Кадырова не найдется, Москве придется делать ставку на кого-нибудь еще. А новый президент, придя к власти, обязательно займется тем же, что делал предыдущий - зачисткой властных и силовых структур от конкурентов. И сможет заниматься этим (а также расхищением поступающих из федерального бюджета субсидий), пока не станет жертвой очередного покушения.

Если, конечно, доживет до своего избрания. По мнению многих аналитиков, смерть Кадырова заставит активизироваться боевиков, уже находящихся в горах, и задуматься тех из них, кто временно "вернулся к мирной жизни". Вполне возможно, что новая волна беспорядков в Чечне начнется еще до того, как власти успеют подготовить президентские выборы. И тогда Москве придется прибегнуть к третьему злу - прямому президентскому правлению.

Вот тогда соболезнования Путину точно окажутся вполне уместными.

Елена Любарская

Предыдущие материалы по теме:

Жизнь и смерть Ахмада Кадырова [10.05.2004]Гибель президента Чечни поставила Путина в трудное положение

Бюджет Чечни зависит от Масхадова [07.04.2004]Кадыров хочет заранее записать капитуляцию Масхадова себе в актив

Кремль подобрался к Масхадову [12.03.2004]Но Чечне это не поможет

Великий зажигатель светофоров [01.02.2004]Странные особенности мирной жизни Чечни

Неуязвимый Ахмад [30.09.2003]Будущий президент Чечни владеет секретом избегать вражеских пуль и бомб

Останется только один [12.09.2003]Ахмад Кадыров лишился всех реальных соперников

Чеченский выбор Кремля [04.08.2003]На предстоящих президентских выборах в Чечне Москве очень важно не ошибиться с выбором "своего" кандидата

Секретное оружие чеченских террористов [13.05.2003]Почему-то даже после уничтожения Дома правительства Чечни по республике свободно может проехать грузовик с полутора тоннами взрывчатки

Что думали чеченцы накануне референдума [27.03.2003]Данные опроса, проведенного центром "Мемориал"

За что в Чечне проголосовали 96 процентов [24.03.2003] Текст проекта конституции Чеченской республики

Необычайные приключения сепаратистов в Чечне [12.03.2003]Судя по книжке под названием "Чечня: вопросы и ответы", солдаты в Чечне уже год как стали неуязвимыми, а 28 тысяч боевиков, получив ранения, исчезли без следа

Беспокойный премьер [14.01.2003]Заявления премьер-министра правительства Чечни Михаила Бабича спровоцировали кризис в руководстве республики

Другие материалы
Экономика00:03Сегодня

Припекло

Россия бросает одних союзников ради других. Все дело в нефти