Фолк-нашествие

Интервью с генеральным директором "Нашего Радио" Михаилом Зотовым

За полгода до "Нашествия-2007" Михаил Зотов, генеральным директором "Нашего Радио", дал интервью Ленте.Ру. Кроме очевидных вопросов о "Нашествии", речь также шла о судьбе радио ULTRA, сосланного в УКВ, о формате "НР", фолк-музыке, будущем российских музыкальных фестивалей, Людмиле Зыкиной и ссоре с Ольгой Арефьевой.

- Представьте себе человека, который с вашей радиостанцией вообще ни разу не сталкивался. Как бы вы ему описали формат "Нашего Радио"?

- Забавно, мы буквально сейчас проводим исследование нашей аудитории, и задаем слушателям такой, например, вопрос: представьте себе, что к вам приехал человек, которого вы хорошо знаете, но который никогда не слышал "Нашего Радио". Что бы вы ему рассказали? Я бы попытался донести до такого человека вот что: у нас в стране сейчас уже есть какие-то вещи, за которые можно зацепиться, предметы национальной гордости, что ли… Их не так много. И в музыке для меня это "Наше Радио", оно дает понять, что из русской музыки останется на потом, будет интересовать слушателей через 10-15 лет, из чего вырастет то, что завтра будет русской музыкой. Может быть, это звучит пафосно, но мы действительно стараемся найти вещи, которые заставят поверить, например, в родной язык.

- А вы намеренно игнорируете какие-то привычные определения - рок, поп?

- А у нас не рок-радиостанция. Взять, хотя бы, фолк-музыку, важное для нас направление в данный момент. Музыканты, поняв, что их на "Нашем Радио" принимают, начинают утяжелять свои песни гитарами и барабанами, считая, что это больше соответствует формату станции. Но мы их к этому не подталкиваем. Вообще, когда люди приносят демо-диск с несколькими песнями, и говорят, что какая-то написана специально для "НР", бывает, что все песни хорошие, кроме конкретно этой.

- В эфире "НР" действительно стало больше фолка появляться, каким образом формируется репертуар? Вы в его формировании непосредственное участие принимаете?

- Принимаю. У нас много людей принимает участие в построении эфира. Наличие этники в эфире - во многом отражение моих собственных вкусов, но я бы не сказал, что я в этом уникален. Время, когда этническую, народную музыку люди стыдились слушать, прошло. Интерес к этнике возрос не только у нас, но и за рубежом тоже. Это, возможно, связано с тем, что информационной общество такое зыбкое, прямо студень, и приходится цепляться за корни, чтобы чувствовать себя уверенней.

- "Стыдились слушать этнику" - что вы подразумеваете? Если речь идет о профанациях типа "Балаган Лимитед" - так они к этнике по сути никакого отношения не имеют.

- Ну, были же не только "Балаган Лимитед". Были еще Людмила Зыкина или, скажем, Лидия Русланова. Была целая ниша. Я не поклонник, но не сказал бы, что это профанация. Потом мы впустили огромное количество западной музыки, смаи стали работать в том же направлении, лучше ли, хуже ли. А у этнической музыки так и остался образ Зыкиной; Русланову-то сейчас, пожалуй, никто и не вспомнит. Вот, например, "Золотое кольцо" - это не профанация, это скорее этника для взрослых людей, песни, которые люди поют за столом. А "Балаган Лимитед" показывают русскую фолк-музыку, как самый низший слой поп-культуры. Есть попса, а есть фолк-попса, которая еще хуже. Оплеухи этнической музыке. Так что фолка до сих пор побаиваются, только мы его и крутим. Остальные эту практику как-то не очень перенимают.

- Остальные - это кто? Конкуренты? "Коллеги по цеху"?

- Конкурентов, пожалуй, нет. Есть «Русское радио», которое вроде имеет определенное сходство, поскольку тоже крутит песни на русском языке, но пересечений ни по музыке, ни по аудитории между нами нет. Мы ставим песни, которых нигде больше в ротации нет, никто в них просто смысла не видят. Знаете, как говорят: все играют на каком-то поле определенном. Все играют на поле, а мы пошли в лес. Еще в эфир стала попадать альтернатива, например, Amatory, 7 Раса, 7000 $. Это эксперимент, не имиджевая акция. Если слушатели будут недовольны, придется, увы, отказаться от этого.

- А есть ли на "Нашем Радио" какие-то молодые исполнители, появившиеся недавно, которые, как вам кажется, вот-вот "выстрелят"?

- Мне не очень понятен критерии оценки - когда именно можно сказать, что команда "выстрелила"? Вот, например, Дима Билан - он определенно "выстрелил". С другой стороны, Земфира "выстрелила". Билан - определенно позор для нации. Земфира - думаю, повод для гордости. "Выстрелить" - выражение, применимое к массовой культуре. А мы сейчас говорим о музыке, которая в этой стране вроде бы должна быть массовой, но в силу определенных причин - образования, не знаю еще чего – таковой не является. Спросом пользуется вовсе не поп-музыка уровня той же самой Земфиры. Вы послушайте, что крутят на многих радиостанциях. Знаете, есть у кого-то один синтезатор, довольно качественный. Исполнители его друг другу передают. Там уже заранее заложены мелодии, каждому новому исполнителю дают возможность пару нот поменять. "Мой мармеладный" на этом фоне - Моцарт! Вы смеетесь, а вы лучше радио включите. А русская поп-музыка - это же и Антонов, и Кузьмин, Меладзе, Бог с ним, "Виагра". Спектр довольно широк. А включаешь русскоязычную поп-станцию - и ту же "Виагру" не найдешь. Но, я надеюсь, эта ситуация приведет не к краху русской музыки, а к краху FM-станций.

- А за свой собственный эфир когда-нибудь бывало стыдно? Ну, может и не стыдно, но вот поставишь песню, а потом думаешь - а зачем вообще?

- Стыдно за песни не бывает. Но бывает, что мы категорически ошибаемся. Так, например, было с песней "Губошлеп" группы "Ленинград". Нам это казалось дико смешным, но люди, как оказалось, так устали от безумной лягушки в телевизоре, что это у них вызвало жесткое неприятие. Но мы же тоже имеем право на ошибку. Ставя песню, мы не думаем - "а не фигня ли это?". Мы думаем, что это хороший трек. Так что за песни стыдно не бывает, бывает стыдно за эфир. Когда из-за технических сбоев пропадает сигнал, например.

- Прокомментируйте, пожалуйста, ваш конфликт с Ольгой Арефьевой. Певица должна была провести передачу "Звездная смена", но потом вроде как обиделась на то, что "Наше Радио" попыталось загнать ее в какие-то рамки и отказалась от участия.

- Я не буду вдаваться в подробности дискуссии по поводу взаимоотношений между уважаемой Ольгой Арефьевой и "Нашим Радио". Со мной персонально Ольга не общалась, и мое мнение по этому вопросу ее вряд ли волнует. Это здоровый пиар, призванный расширить круг ее почитателей. А поскольку я считаю Ольгу Арефьеву музыкантом достойным большего количества поклонников, чем она имеет на данный момент, то и к методам таким я отношусь с пониманием. Отношение "Нашего Радио" к творчеству Ольги было и остается трепетным.

- Про "Нашествие-2007" хотелось бы что-нибудь узнать. Понятно, что рано планы строить, но все-таки. Например, не изменится ли в этом году место проведения?

- Я пока могу только предполагать, сказать что-либо определенное сейчас трудно. Я бы не хотел, чтобы площадка менялась. Каждый переезд - это огромные затраты, но не только финансово-материальные, но еще и трата нервов. Есть уже команда в той же Рязани, с которой работали в прошлом году. Они пережили "Нашествие-2006" и сказали, что больше этого не повторится. Но в конечном итоге с ними будет легче договориться, чем с новыми людьми. Вообще говоря, конкретика относительно фестиваля будет известна только в июне-июле. У нас столько ресурсов уходит на "Нашествие", что заранее думать о нем не хочется. Мы все силы в июле-августе отдаем, и снова приходим в себя только к декабрю.

- Фестиваль в августе состоится?

- Да, как обычно.

- Практика создания тематических сцен - этника, электроника отдельно - как себя показала?

- Очень позитивно.

- А вообще в Росси у крупных музыкальных фестивалей большое будущее?

- Нет. Если сравнивать с западными фестивалями, то получится следующее: за рубежом подобные мероприятия представляют музыкальные интересы 40 процентов населения страны. Я не считал, это абстрактная цифра. Может быть, даже 60 процентов. А в России фестивали, подобные нашему, представляют интересы пяти-десяти процентов населения. С другой стороны, у аналогов "Нашествия" основная идея все-таки не музыкальная, а финансово-экономическая - есть, например, фестивали одного брэнда, как "Крылья". Я не критикую, просто отмечаю факт. А Гластонбери или "Нашествие" - это не спонсорские проекты.

- Ну, вас тоже "Балтика" спонсировала. Кстати, учитывая нехватку питьевой воды на прошлогоднем фестивале, не было ли обвинений в том, что "Нашествие" спаивает молодежь?

- Обвинения поступали. Не совсем такие, но поступали. У нас произошел серьезнейший сбой с обеспечением фестиваля едой и водой. Но эти проблемы решить можно, я потому и говорю, что на старом месте провести фестиваль было бы удобней. Уже знаешь, какие возникают вопросы, почему и как их решать.

- Напоследок расскажите немного о судьбе "Радио Ultra". На его частоте сейчас Best FM, в связи с чем было принято такое решение, и вернется ли когда-нибудь Ultra из УКВ в FM?

- "Ультра", которая, вообще говоря, всегда приносила денег меньше, чем "Наше Радио", была замечена как недостаточный источник средств, когда средства были особенно нужны. Станции, которая могла бы быть вполне успешной, просто не повезло, на ее месте появилось потенциально более успешное радио Best FM. Best FM - для взрослых людей с интеллектом, кому "Ультра" кажется слишком жесткой, а "Наше Радио" - слишком нашим. Мы пытаемся показать, что такое радио может быть красивым и непошлым. У этой станции, кстати, аудитория вряд ли больше чем у "Ультра", но мы никогда и не пытались сделать аналог "Юмор FM", чтобы слушали все. А "Ультра" на сегодняшний день - подарок этому городу. Приходится много работать, чтобы акционеры дали возможность вот такие подарки делать слушателям. Стоимость частоты сейчас слишком велика, чтобы экспериментировать с "Ультрой" и переводить ее из УКВ в FM. Более того, если бы у нас появилась новая частота, скорее всего, мы бы организовали там что-нибудь другое.