«Все, я теперь Сиськин!»

В Латвии разгорелся очередной скандал вокруг коверканья русских имен и фамилий

Митинг в защиту прав русскоязычных в Риге, 2005 год
Митинг в защиту прав русскоязычных в Риге, 2005 год
Фото: Тимур Субханкулов / ИТАР-ТАСС

В начале апреля житель латвийской Лиепаи Сергей Антонов, явившись в местный ЗАГС за свидетельством о рождении для своего новорожденного сына, был неприятно удивлен тем, что чиновники отказались записать младенца под именем, которое выбрали родители. Чета Антоновых решила назвать сына Мироном, однако в ЗАГСе им отказали, мотивировав отказ нормами действующего латвийского законодательства. В соответствии с ним ребенок может быть назван только «Миронс», что созвучно слову «миронис» (в переводе с латышского — «покойник»).

Работники ЗАГСа сослались, в частности, на то, что транслитерация русского имени (Miron Antonov) противоречит положениям закона «Об акте регистрации», а также закону «О государственном языке». Хотя конкретные нормы закона, которые были бы нарушены, согласись чиновники записать ребенка, как того пожелали родители, в ЗАГСе назвать затруднились. Противоречит — и все тут.

На тот момент, когда Сергей Антонов вступил в противостояние с ЗАГСом, его ребенку уже исполнилось два с половиной месяца, однако официально младенец до сих пор не существует. Отец, отказывающийся записать сына «покойником», сокрушается: «Я, если честно, совсем не понимаю, в чем проблема. Места для написания хватает, на латышском языке написание остается, при таких обстоятельствах вывод напрашивается сам за себя: значит, дело не в латышском языке и даже не в правописании». По словам Сергея Антонова, упорство сотрудников ЗАГСа привело к тому, что, оставшись без персонального кода ребенка, семья оказалась лишенной детского пособия по рождению, пособия по уходу за ребенком и бесплатной медицинской помощи.

«Я не знаю, что теперь делать с обязательными прививками от дифтерии, столбняка, коклюша и полиомиелита. Очередь в детский сад для нас закрыта. Нам обещали в суде, что дело будет рассмотрено в приоритетном порядке, но это лишь слова», — цитирует Антонова издание TVNET. Оно же отмечает, что сейчас о существовании ребенка свидетельствует лишь лист бумаги формата А5, выданный в больнице при его рождении.

В итоге Сергей Антонов решил судиться с властями за право назвать сына так, как хотят родители. 20 мая стало известно, что административный суд Лиепаи принял его заявление. Ответчиком будет выступать лиепайское отделение ЗАГСа.

Случай с Мироном-«покойником» (кстати, лиц по имени «Миронс» в Латвии насчитывается более 60 человек) — далеко не первый из подобного рода скандалов, связанных с настойчивым желанием латвийских властей «латышизировать» чужеродные имена и фамилии. Истории про Шишкиных, которые, как того захотели в Риге, превратились в Сискинсов (Siskins), и Пышкиных, ставших Пискинсами (Piskins), уже давно муссируются, причем и далеко за пределами республики. В середине 2000-х латвийские СМИ рассказали историю о некоей Галине Шишкиной, которая с 1998 года вела войну с местными чиновниками за право сохранить свою фамилию.

В общем-то, предложенный властями способ транслитерации (Šiškina — Шишкина) обладательницу фамилии устраивал, однако в специальной строчке в паспорте, которую считывает компьютер (при пересечении границы или при оформлении документов за рубежом) и которая состоит из двух непрерывных последовательностей прописных букв, цифр и символов, Šiškina превратилась в Siskina (Сискина), так как обе буквы Š утратили диакритический знак (ˇ) — его компьютер не читает. В итоге в визе или любом другом документе, составленном на русском или английском языках, «Š» превратится не в «Sh», а в «S». Первым с этим казусом столкнулся сын Галины, который, по ее словам, позвонил ей и, едва не плача, сообщил: «Все, я теперь Сиськин!».

«Я, разумеется, паспорт с такой изуродованной фамилией брать отказалась… и началась моя долгая судебная эпопея», — рассказывала женщина. Галина Шишкина прошла несколько инстанций и даже нашла поддержку в Окружном и Верховном судах, однако все ее усилия разбивались о непоколебимость Департамента гражданства и миграции, в компетенцию которого входит выдача паспортов. Транслитерацию «Shishkina» власти отвергли, пояснив, что такое написание фамилии в считываемой строке будет нарушением международных норм, в соответствии с которыми в считываемой строке не должны указываться буквы, отсутствующие в основной части (Šiškina), да и количество букв в обеих зонах паспорта должно быть одинаковым.

Промучившись несколько лет и даже дойдя до Страсбурга, Шишкина решила взять свою девичью фамилию Осаулко. Но и тут власти заупрямились, пойдя на попятную только после того, как в дело вмешался тогдашний руководитель Госбюро по правам человека Олаф Бруверис.

Другая громкая история связана с делом гражданина Латвии Леонида Райхмана, дошедшего в своем разбирательстве до ООН. Получив новый паспорт на имя «Leonīds Raihmans», его обладатель обратился в Центр государственного языка с ходатайством о том, чтобы имя и фамилия писались как «Leonid Raihman». Это ходатайство было отклонено, как и последующие обращения Райхмана в суд, после чего он подал заявление в Комитет ООН по правам человека. В конце 2010 года комитет постановил, что Латвия нарушила права своего гражданина, указанные в 17-й статье Международного пакта о политических и гражданских правах, и порекомендовал властям республики изменить как имя и фамилию жалобщика, так и местное законодательство в целом. В Риге в ответ на решение ООН заметили лишь, что «правительство не видит нужды в неотложных действиях по изменению существующего в стране регулирования отображения личных имен в официальных документах».

Судился с Латвией и Руслан Панкратов, нынешний депутат Рижской городской думы и основатель движения «Верните наши имена!». Он подал жалобу в Европейский суд по правам человека еще в 2006 году. В минувшем апреле Панкратов (или Панкратовс) сообщил, что дело принято в судопроизводство и он ожидает решения по нему до конца текущего года. Мотивируя свое решение судиться с Латвией, Панкратов поведал, что пресловутая «s» в конце его фамилии постоянно создает неудобства при пересечении границ и во время зарубежных поездок. Так, в Венгрии на конгрессе психиатров (Панкратов по образованию врач-психотерапевт) ему задали вопрос, один он будет выступать или их, Русланов Панкратовых, несколько.

«Изменить фамилию можно в ЗАГСе, — рассказывал Панкратов изданию Focus.lv. — Я могу легко изменить Панкратовс на Ивановс. А вот убрать «с» с окончания фамилии нельзя. Все фамилии должны соответствовать логике латышского языка. Людям это, конечно, не нравится, но государству на людское недовольство плевать».

Дело, впрочем, не только в буковке «с» на конце имени или фамилии. В Латвии крайне скрупулезно относятся к любым вопросам, связанным с написанием имен в документах. В свое время Министерство юстиции республики ответило отказом местной жительнице Галине Бузаевой, желавшей взять фамилию мужа (Введенская, Vvedenska), мотивируя это тем, что наличие двух букв "V" в фамилии не отвечает правилам государственного языка и является «существенным ограничением демократического государственного устройства». Бузаева обратилась в суд и все же добилась своего.

Помимо простого человеческого недовольства и бытовых неудобств, с переписыванием фамилий связана еще одна проблема. По мнению генерального директора Европейского центра геополитического анализа Матеуша Пискорски, занимаясь «латышизацией» личных данных, Латвия создает прибежище для международных преступников. В интервью «NewsBalt» Пискорски подчеркнул, что в Латвии и частично в Литве принудительный характер изменения имени и фамилии создает дополнительные возможности для криминальных элементов, которые хотели бы уйти от правосудия. «К сожалению, — констатировал эксперт, — политические элиты новых государств Прибалтики пытаются строить свою национальную идентичность на основе жестко националистических лозунгов, в том числе в плане языковой политики. Это, конечно, абсурд».

Обсудить
Лазерный пистолет и стреляющий эспандер
Пять самых необычных и бессмысленных пистолетов
Срисовали
Как разоблачили банду, охотившуюся на картины знаменитых художников
«Я стала плевать кровью на снег»
Как выстрел в лицо офицеру МВД обернулся обвинениями в самостреле: расследование
Сирийские убийцы
Как связаны резня на КПП Росгвардии в Чечне и недавнее похищение контрактника
Все там будем
Почему невозможно уберечься от рака
Man and woman eating from a pot and a pail on a street corner, 1940-1944Разборки в гетто
Страх, ужас и безысходность на снимках лодзинского фотографа
«Это было волшебно!»Дефект массы
Как продолжение культовой серии Mass Effect стало одной из худших игр в истории
Кровавое воскресенье 22 января 1905 года«Идиоты говорят, что Россию погубил заговор»
Почему революция 1917 года была неизбежна
Пижон Джон
Дикий сэр Элтон, каким его уже мало кто помнит
«Оргиастический акт любви и счастья»
Дина Рубина о советских кулинарных традициях
Девочки кровавые в глазах
Кино недели с Денисом Рузаевым: от «Манчестера у моря» до «Демона внутри»
«Главное — убедить людей, что они счастливы»
Джон Стейнбек и Роберт Капа о советских застольях, писателях и правительстве
Под «Грибами» тает лед
Самая навязчивая песня сезона — во всех мемах страны
Рай на земле
Лучшие для жизни города мира
«Мы делаем не крымское вино, а севастопольское»
Винодел Павел Швец — о месте России на винной карте мира
Германия по карману
Как попасть в Баварию за две тысячи рублей и получить удовольствие
Отберут последнее
Коснутся ли новые правила перевозки электроники летящих в США россиян?
Идеал со сроком годности
От Монро до Кардашьян: как менялись пропорции женской фигуры каждые 10 лет
Спортзал для двоих
Лондонская пара прославилась в сети как самая тренированная в мире
Новая американская мечта
Что такое Fuck You Money, или Как уйти на пенсию в 35 лет
Ищут пожарные, ищет милиция
Десятилетний розыск пропавшей британской девочки обошелся в 16 миллионов фунтов
Восточные легенды
Культовые японские автомобили ушедших лет
Цвета для победителей
Самые известные гоночные раскраски в мире
Самые необычные ДТП
Автомобили на крышах, в бассейнах и другие непонятные аварии, достойные премии
Очень страшные «Рейндж Роверы»
Самые жуткие варианты тюнинга автомобилей Land Rover
Бог простит
В церкви нашли квартиру с красной мебелью и портретами в стиле поп-арт
Фрэнк ГериСпугнули рыбу
Почему антисемиты изгнали из Канады создателя «танцующего дома»
«Наш дом — колония строгого режима»
История семьи, оказавшейся на грани распада из-за дачи
Цветам не место в доме
Почему дети мешают взрослым жить счастливо в собственных квартирах