Собиратель земель

Бизнесмен Муса Бажаев скупает месторождения, не планируя их разрабатывать

Муса Бажаев
Фото: Дмитрий Лекай / «Коммерсантъ»

«Русская платина», принадлежащая чеченскому бизнесмену Мусе Бажаеву, решила не ограничиваться месторождениями на территории России, а шагнула за пределы страны. И — в который раз — компания поразила размахом покупки. В 100 миллионов долларов ей обошлось право на разработку месторождения золота «Джеруй» и геологическое изучение Джеруйской площади в Киргизии. По запасам золота месторождение «Джеруй» занимает второе место в республике (по предварительным оценкам — не менее 100 тонн), а его залежи входят в перечень месторождений полезных ископаемых общегосударственного значения.

Приобретение это не могло остаться на рынке незамеченным по двум причинам. Во-первых, не так часто российские бизнесмены покупают месторождения за пределами России. А во-вторых, это именно тот человек, который еще совсем недавно обращался за помощью в правительство с просьбой выделить кредитную линию на 220 миллиардов рублей. При этом месторождения, купленные им ранее в Красноярском крае до сих пор так и не разработаны, а все обещания по ним не выполнены. На фоне этого приобретение месторождения «Джеруй» выглядит действительно «золотым».

А воз и ныне там

Но интерес компании к залежам полезных ископаемых не ограничивается двумя упомянутыми. Стоит напомнить, что еще не так давно «Русская платина» после долгой борьбы буквально зубами вырвала себе право владеть месторождениями «Норильск-1» у основного претендента на этот участок — ГМК «Норильский никель». На конкурсе, объявленном Роснедрами, фаворитом считался последний: являясь буквально монополистом в этом районе, ГМК обладал как необходимой компетенцией для разработки месторождения, так и ресурсами, и инфраструктурой. На стороне «Норникеля» выступало и Минприроды, но лобби «Русской платины» оказалось сильнее — за нее в решающий момент вступился заместитель председателя правительства Аркадий Дворкович. Благодаря этому бизнесмен Муса Бажаев стал собственником богатейших сибирских месторождений драгметаллов и платиноидов.

Другое месторождение — «Черногорское» — тоже расположено в Красноярском крае, и лицензией на него с 2006 года обладала «Черногорская ГРК». В 2011 году компания вошла в состав «Русской платины», которая пообещала запустить месторождение к концу 2013-го. Затем этот срок был сдвинут на 2015-й, но в марте прошлого года выход Черногорского полиметаллического месторождения на Таймыре на проектную мощность снова «съехал» по времени — теперь уже на 2017 год. Затраты на разработку Черногорского месторождения оцениваются в 1,2 миллиарда долларов. Для этого проекта Газпромбанк еще в 2012-м году открыл компании кредитную линию на 860 миллионов долларов, остальные средства обещал предоставить сам Бажаев. Но фактически работы на месторождении не ведутся последние пять лет, из которых четыре года простоя прошли под вывеской «Русской платины».

Планировалось, что компании Бажаева будут активно вкладываться в регион, будут созданы рабочие места, появится новая инфраструктура, школы, детские сады. В ходе XI Красноярского экономического форума в феврале этого года были достигнуты соглашения между «Русской платиной» и региональной администрацией о том, что компания вложит в экономику края 220 миллиардов рублей. Договоренности с властями предполагали, что «Русская платина» обеспечит реализацию ряда инвестиционных проектов на севере Красноярского края, в том числе запуск горнодобывающего предприятия по добыче и обогащению руд южной части месторождения «Норильск-1». Все это преподносилось так эффектно, что можно было ожидать все, вплоть до розовых садов. Но на деле спустя почти полгода «Русская платина» задачу не выполнила, деньги в бюджет края не поступили.

«Обещаний было роздано много, причем публичных: в присутствии вице-премьера Дворковича, губернатора Красноярского края и прочих высоких персон. В то же время мы видим весьма подмоченную репутацию у собственников "Русской платины", в этой связи совершенно непонятно, что делать с лицензией», — комментирует ситуацию главный научный сотрудник Института экономики РАН, доктор экономических наук, профессор Никита Кричевский. По его мнению, лицензию нужно отзывать и объявлять новый конкурс. «Если говорить о государственных ресурсах и средствах, то тех 220 миллиардов рублей, которые якобы "Русская платина" первоначально запрашивала, у государства сегодня просто нет. Более того, — продолжает эксперт, — лицензия выдавалась не просто так, а под определенный бизнес план. И очевидно, что этот план не выполнен. Значит, отзывайте лицензию и перераспределяйте ее. Какие еще варианты?» — резюмирует Никита Кричевский.

Что касается участка «Норильск-1», то, по мнению профессора Кричевского, с самого начала, то есть с лета 2013 года, было очевидно, что это месторождение «Русская платина» не потянет. «Либо это должен был быть альянс с "Норильским никелем", либо это должна была быть господдержка, либо поддержка какой-то иностранной компании. У "Русской платины" просто банально не было необходимых средств, ресурсов и технологий для того, чтобы разрабатывать это месторождение», — говорит эксперт . Тем более непонятно, недоумевает он, почему ни с того ни с сего правительство выдало лицензию не «Норильскому никелю», что было бы совершенно естественно, а именно «Русской платине».

За помощью к государству

Между тем, оказавшись в достаточно затруднительной ситуации, Муса Бажаев попытался обратиться к правительству с просьбой о господдержке на 220 миллиардов рублей. Это именно та сумма, озвученная в соглашении с властями Красноярского края, которая планировалась для инвестиций. «Воспринимать подобные действия можно лишь как пример наглости и безответственности одновременно — ведь такие деятели не просто доводят свой бизнес до последней черты, но еще и уверены, что расплачиваться за их некомпетентность обязан кто-то другой», — прокомментировал «Независимой газете» просьбу Бажаева генеральный директор Центра политической информации Алексей Мухин.

Сейчас «Русская платина» опровергает сообщения о том, что она обращалась за государственными гарантиями по кредиту на эту сумму. В компании подчеркивают, что она самостоятельно развивает принадлежащие ей активы, используя доступные на рынках и соответствующие действующему российскому законодательству способы и инструменты финансирования.

Однако Кричевский сомневается, что может быть дым без огня. По его мнению, разговор на эту тему все же имел место, были достигнуты какие-то предварительные договоренности, и об этом стало известно общественности. Но после шумихи, развернувшейся в прессе, да и собственно, в тех условиях, в которых находится сегодня российская экономика, выделять сотни миллиардов людям, продавшим в прошлом году нефтяную компанию и имеющим достаточные ресурсы, чтобы не просить денег у государства, было бы верхом безрассудства, считает эксперт. Общество этого просто не поймет. «"Русской платине", вероятно, просто посоветовали включить заднюю скорость и отмотать ситуацию в обратную сторону», — считает он.

То, что компания до сих пор ничего не сделала, явно говорит о том, что финансов на это нет. На этом фоне еще более странно выглядели сообщения о том, что Муса Бажаев через ряд офшорных компаний приобрел дорогущий курортный комплекс Forte Village на острове Сардиния. Эта покупка получила широкую огласку после того, как стали известны фамилии руководства основной контролирующей курорт компании. Все эти люди были ближайшими сподвижниками Бажаева по «Русской платине» и другим компаниям, которые когда-либо ему принадлежали. Так что слухи о том, что Forte Village купил именно Бажаев, получили весомые доказательства.

Причем деньги на покупку курорта Бажаев получил от продажи своей доли в нефтяном бизнесе. Компанию Alliance Oil приобрел соратник Игоря Сечина Эдуард Худайнатов и его «Независимая нефтяная компания». Сумма сделки Худайнатова и Бажаева традиционно не раскрывается, но, по подсчетам специалистов на рынке, составляет от 2,5 до 5 миллиардов долларов США. На рынке давно ходят слухи, что Худайнатов «собирает» активы для консолидации такой крупной частной компании, которая, возможно, даже сможет конкурировать с некоторыми госкомпаниями в сфере ТЭК. Впрочем, считается также, что на это Худайнатова благословил сам Игорь Сечин, которому необходимо создать конкурентную среду для «Роснефти».

Сейчас дорогой курорт стал своеобразной «базой», где чеченский бизнесмен может принимать друзей и политических покровителей, и где, как стало известно, неоднократно отдыхает Аркадий Дворкович.

Интересен факт, что на фоне этих событий в июне Муса Бажаев не прошел в совет директоров «Роснефти», так как не получил должной поддержки.

В то же время объективный взгляд на ситуацию вокруг проекта со стороны говорит о том, что если бы у компании были необходимые средства, разработка месторождения уже бы сдвинулась с места. На данный момент существенных изменений нет, констатирует руководитель аналитического департамента QB Finance Дмитрий Кипа. Однако, по мнению эксперта, стоит делать скидку на то, что в результате всего этого периода местные власти и представители бизнеса мало шли на уступки: строительство необходимой инфраструктуры до сих пор не согласовано (речь идет о дорожном отводе с месторождения и доступ к мощностям порта Дудинка).

Однако далеко не все эксперты считают, что причиной сложившейся с месторождениями ситуации являются бюрократические препоны местных властей. «Именно администрация Красноярского края напрямую заинтересована в том, чтобы объекты заработали», — говорит директор Института проблем глобализации, д.э.н. Михаил Делягин. Он отмечает, что красноярский проект имеет высокую социальную значимость, ведь освоение месторождений «Русской платиной» должно было принести Красноярскому краю около 7 тысяч рабочих мест, жизненно необходимых в нынешних кризисных условиях, — но их нет.

Эксперты сходятся во мнении относительно того, что при объективном подходе компания уже давно должна была вести разработку месторождения, а анализ реальной ситуации говорит о том, что до сих пор еще ничего не сделано. И в ближайшее время вряд ли будет.