Новости партнеров

«Можно не хвататься за голову»

Врио губернатора Севастополя Дмитрий Овсянников — о первых результатах работы

Фото: Сергей Мальгавко / РИА Новости

Сто дней от приказа. Дмитрий Овсянников был назначен временно исполняющим обязанности губернатора Севастополя 28 июля. В интервью «Ленте.ру» Овсянников рассказал, как его приняли в городе-герое, удалось ли ему примирить правительство и депутатов и каким он видит Севастополь в будущем.

Не допустили сбоев

«Лента.ру»: За три месяца успехи, о которых стоит упомянуть, уже есть?

Овсянников: За короткое время я постарался включиться в повседневную жизнь города как хозяйственного объекта. Очень плотно занялись санитарной очисткой города, дорогами, парковками, разбираемся в ситуации с жилым фондом — здесь и ремонт кровель, и запуск отопления, множество хозяйственных моментов, которые достались в наследство. Удалось избежать значительных срывов в работе. Наверное, эти результаты можно отметить как стартовые, в первую очередь связанные с жизнью горожан.

А если брать не только социальную, но и политическую составляющую?

Считаю, что разобрался с процессами управления, которые приняты в городе. С момента назначения я провел несколько сотен встреч с депутатами законодательного собрания, с должностными лицами правительства Севастополя и «внешними» экспертами — изучал, как реализуются полномочия органов власти, как работают конкретные чиновники. По итогам этой работы была сформирована новая структура органов исполнительной власти. Конкретнее: существенно сокращен состав правительства, распределены, как мне кажется, оптимально управленческие звенья. С заксобранием согласованы и утверждены пять вице-губернаторов — заместителей председателя правительства. Кроме того, мы сменили некоторых директоров департаментов, сегодня только три человека работают в статусе исполняющих обязанностей. Новая команда в правительстве сразу включилась в работу и не допустила сбоев.

Как обстоит дело с федеральной целевой программой?

По графику реализации федеральной целевой программы было существенное отставание. Оно до сих пор есть. Севастополь должен выполнить более ста проектов до 2020 года. В августе-сентябре мы запустили большое количество процедур по проектированию со сроком исполнения до конца 2016 года. Фактически сегодня формируем задел на следующий год, чтобы он был динамичнее. Важно, что реализацию части проектов удалось перенести с 2018-2019 годов на 2017-й. Если раньше предполагалось, что к концу 2017 года в городе под ключ будет сдано 11 объектов, то сегодня мы говорим уже о 27 объектах — это школы, детские сады, пирсы, водопроводы, газопровод высокого давления. Во взаимодействии с федеральным центром удалось разобраться и подойти с пониманием к повестке развития города. Совместными усилиями мы определили формат нашей работы по точкам роста.

Ровно год назад, когда формировались госпрограммы на ближайшую пятилетку, депутаты категорически отказывались их утверждать, ссылаясь на то, что они абсолютно сырые.

Вы говорите о бюджетном процессе. Расходы бюджета должны быть обоснованы соответствующими госпрограммами. На тот момент их было 46. Депутаты законодательного собрания объективно посчитали, что они подготовлены некачественно. В этот процесс мы тоже вникли и провели ревизию в соответствии с новой структурой правительства. В итоге приняли оптимальный вариант — 20 ключевых государственных программ. Десять из них уже утверждены. Еще десять мы в ближайшее время согласуем и вместе с бюджетом 2017 года двадцать госпрограмм внесем. Могу отметить, что их наполнение качественно изменилось в лучшую сторону. В первую очередь за счет того, что над этими программами совместно работают и члены правительства, и депутаты, и те, на кого эти программы распространяются.

Не очень хорошие настроения были в Севастополе с лета прошлого года: недовольство деятельностью правительства города выливалось в письма на адрес Кремля, в различные акции. Как вы оценили ситуацию, когда приехали? За голову хотелось хвататься?

Абсолютно нет. Я так отвечу на этот вопрос: ситуация положительная только потому, что действительно очень многих горожан волнует жизнь в Севастополе. Здесь много общественных организаций, объединений, заинтересованных в развитии города. Поэтому можно не хвататься за голову. Повестка носит скорее позитивный характер, чем негативный. Хотя, безусловно, проблемы в городе есть. В частности, в исполнении предусмотренных законодательством процедур, как, например, заключение контрактов по 44-му федеральному закону. С 1 января 2017 года по этой процедуре должны начать жить государственные унитарные предприятия — у нас их 43. Да, здесь мы пробуксовываем. Но это не повод для того, чтобы говорить «все пропало». Мы выстраиваем конструктивный диалог с Федеральной антимонопольной службой, обучаем людей.

Расставить приоритеты

Судя по тому, что вы так часто упоминаете депутатов заксобрания, у вас с ними складываются неплохие отношения. Почти полтора года, как вы знаете, между исполнительной и законодательной властью в Севастополе была пропасть.

Мы работаем вместе с депутатами законодательного собрания, со всеми двадцатью четырьмя. Более того, у нас в сентябре прошли выборы в десяти внутригородских муниципальных образованиях — еще 120 депутатов. Как раз они в данный момент больше всего нуждаются в поддержке, в обучении, в предоставлении инструментария по решению тех проблем, с которыми им приходится сталкиваться, работая «на земле». Можно все время говорить «дайте деньги, дайте полномочия — мы все выполним». Но это однобокий подход. Надо посмотреть, насколько муниципальные депутаты готовы справиться со своими задачами. И сейчас мы активно обсуждаем объем полномочий, который с 1 января 2017 года им передадим. Поэтому в фокусе внимания правительства — организация продуктивного взаимодействия не только с заксобранием, но и с депутатами муниципальных советов.

Вы лично какой видите концепцию развития города? Севастополь — исключительно военно-морская база или все-таки нужно делать акцент на инновации, на туризм — в частности, военно-патриотический и событийный, на виноделие?

Вы спрашиваете о приоритетах. Объективным приоритетом номер один является Черноморский флот (ЧФ). Почему? Потому что так исторически сложилось. Флот — стратегический приоритет не только для самого города, но и для Российской Федерации. Можно и по конкретным цифрам пройтись: на сегодняшний день у нас 25 тысяч военнослужащих и еще около 40 тысяч — гражданский персонал, занятый в обслуживании флота. ЧФ — фактически крупнейший работодатель в городе Севастополе. Он несет и социальную нагрузку: строит жилье. Напомню также, что флот имеет колоссальную поддержку в рамках государственной программы по развитию оборонно-промышленного комплекса, он будет обновляться. Значит, нужно развивать отрасль судостроения, судоремонтную отрасль, морское приборостроение, уделить внимание сервисному обслуживанию объектов Черноморского флота. Все это приоритет номер один.

Приоритет номер два — разумеется, социальная сфера, ее инфраструктура, в которую будут вкладываться самые значительные средства в рамках ФЦП по развитию Крыма и Севастополя. И, безусловно, образование. Я говорю в первую очередь о Севастопольском государственном университете. Поток студентов растет, и если ставить задачу достичь 20-30 тысяч обучающихся, то мы определенно выходим на экспортную модель образования, то есть не только себя обеспечиваем кадрами, но и «экспортируем».

Приоритет номер три — строительная отрасль. Севастополь исторически имел высокие темпы жилищного строительства, но в последние два года у нас зафиксирован существенный спад: с 300 тысяч квадратных метров до 95,8 тысячи в прошлом году. В этом году планируем увеличить объемы строительства в полтора раза — до 150 тысяч. Отрасль должна развиваться. Для этого планируем стимулировать строительный рынок, вести конкурсные торги на выделение земельных участков под новое строительство.

Четвертый приоритет — базовые отрасли: промышленность и сельское хозяйство. Сельское хозяйство у нас представлено не только несколькими авторскими винодельнями, но и тремя крупнейшими винодельческими предприятиями. И пятый приоритет — туризм: событийный, военно-патриотический, культурный. У нас есть планы по развитию различных площадок, парковых зон, музейных комплексов. Не стоит забывать также, что Севастополь — это прекрасная климатическая зона. Все это нужно использовать. Это что касается приоритетов. Но есть у нас и точечные ключевые проекты.

Например, какие?

Например, в рамках проекта EnergyNet мы должны к 2018 году предъявить результаты модернизации энергетических сетей двух районов — сельского и городского. Другой проект — комплексное развитие Балаклавы. Соответствующее поручение на заседании Госсовета России в Керчи дал президент. Также на повестке дня — проект мемориального парка в центре Севастополя с продолжением набережной. Кроме того, есть масса менее масштабных, но вместе с тем важнейших проектов — дороги, развязки и так далее.

Заксобрание уже одобрило в первом чтении изменения в устав города о прямых выборах губернатора. Предыдущий губернатор был категорически против прямых выборов. Вы же, наоборот, инициировали эти поправки. Зачем вы на это пошли?

А на что я пошел?

На прямые выборы. В угоду севастопольцам, для которых это больной вопрос? Ведь у них никогда не было права самостоятельно избирать градоначальника.

Я высказал свою гражданскую позицию, а решение принимали депутаты законодательного собрания. Если вы помните, я еще в начале августа, в первые дни после своего назначения, сказал, что в том случае, если депутаты примут такое решение, я готов участвовать в прямых выборах. Это была моя изначальная позиция, которой я продолжаю следовать. Внести изменения в устав — инициатива депутатов заксобрания, они в очередной раз с ней вышли, и когда спросили мое мнение — я поддержал. Сам я не могу вносить изменения в устав, потому как временно исполняющий обязанности ограничен в своих действиях.

Вы в сентябре 2017 года собираетесь идти на эти выборы?

Если мне будет что предъявить в плане положительных результатов своей работы на посту врио губернатора и я буду понимать, что горожане меня поддерживают, то буду участвовать.

Водно-земельный баланс

Вопрос очень больной не только для Севастополя, но и для всего полуострова: хаотичная застройка, в том числе на заповедных территориях. В Севастополе это, в частности, бухта Ласпи. Вырубаются леса, уникальные можжевеловые рощи. В этом активно участвует группа компаний, которую связывают с личностью бывшего министра обороны Украины Павла Лебедева. В последние два года его называют фактически главным бенефициаром всей севастопольской застройки. Вы планируете как-то останавливать этот процесс?

Я настроен на конструктивные отношения со всеми участниками хозяйственной деятельности, которые работают в городе Севастополе. Тезис номер один. Тезис номер два: участники хозяйственной деятельности должны вести ее в соответствии с правовыми нормами, по правилам, которые установлены городом. Если они будут их нарушать — мы не найдем общий язык. Поэтому если есть нарушения в Ласпи, если под видом санаториев фактически строятся апартаменты, мы пойдем в суд. То же самое касается 1400 гектаров виноградников, по которым есть спор. Будем защищать интересы, но действовать в рамках закона. Нам важно, чтобы таких ситуаций было меньше, поэтому тут необходимо выстроить четкие правила игры. Есть два ключевых вопроса, по которым у нас пока нет регулирующих механизмов, которые помогли бы разрешить конфликты: это земельный вопрос и вопрос объектов, построенных с нарушениями.

Какой рецепт предложите?

По земельному вопросу мы запускаем масштабную процедуру перевода данных по 68 тысячам земельных участков в электронную систему Севреестра. У большинства собственников появятся в системе координаты участков, не нужно будет согласовывать документы. При этом будут, конечно, разночтения. По нашим оценкам, из 68 тысяч примерно по двум тысячам участков мы вынуждены будем отстаивать интересы правительства в суде. Однако тем самым сдвинем вопрос с мертвой точки, и не будет бесконечных очередей в департамент имущественных и земельных отношений. То же самое по незаконной застройке: будем оценивать в пределах допустимых норм. Если застройщики не зашли за красную линию, мы должны предложить такие правила игры — естественно, законные и проработанные специальной комиссией, — при которых мы их объект примем. В противном случае мы будем иметь дело с обманутыми вкладчиками, инвесторами.

Если эти два процесса по земельным и градостроительным вопросам в ближайшие два года выстроить, то останутся только объекты с явными и очень серьезными нарушениями. Вот в этих случаях навстречу мы не сможем идти и будем вынуждены отстаивать свои интересы в суде. Подход ко всем будет одинаковый. Противоречит объект допустимым нормам — суд, а потом снос. На сегодняшний день у нас есть около 20 судебных решений о сносе, надо исполнять.

То есть о том, чтобы снести все эти небоскребы на побережье, речи не идет?

Испытывать эмоции можно до бесконечности. Но если нет решения суда или решение не вступило в законную силу — как мы можем сносить? Обратиться в суд, услышать правовую позицию оппонента, дождаться решения и выполнить его — вот наш подход.

Еще одна интересная тема — отношения с ближайшим соседом, Республикой Крым (РК). Риторика руководства республики зачастую кажется странной. Сначала там не поняли вашу инициативу по созданию гражданского сектора в аэропорту Бельбек — дескать, зачем это нужно. Потом так же не поняли отмену решения о безвозмездной передаче в собственность РК блокирующего пакета акций Генбанка (соответствующее решение было принято правительством Севастополя в июне при губернаторе Сергее Меняйло — прим. «Ленты.ру»). Как вы к этому относитесь?

Спокойно отношусь, воспринимаю как альтернативную точку зрения. У нас нет противоречий, потому что мы помогаем друг другу — это базовая установка, которая идет от президента страны. Что касается Бельбека — аэропорт будет модернизирован в любом случае. Моя концепция такова, что это должен быть полноценный аэропорт. Мне дали поручение — шанс доказать, и я постараюсь им воспользоваться. Что касается акций. Оснований выполнить ранее принятое решение о передаче акций не было, иначе я бы давал объяснения следственным органам. Передать безвозмездно акции стоимостью от 200 до 600 миллионов рублей невозможно, поэтому мы приостановили решение, чтобы зафиксировать перед Минфином России нашу позицию.

В Крыму анонсировали отмену проекта в рамках ФЦП по переброске вод реки Коккозка в Бахчисарайском районе республики в Чернореченское водохранилище Севастополя. Вопрос с водоснабжением очень серьезный для города. Какова альтернатива?

Еще в конце августа — начале сентября, увидев озабоченность жителей Бахчисарайского района, я сам предложил обсудить вопрос по Коккозке. Этот проект был придуман не мной, он был включен в ФЦП гораздо раньше. Меня больше всего волновала эффективность такого решения, но на этот вопрос так никто и не смог ответить. Поэтому мы еще в середине октября, до заявлений об остановке проекта, приняли решение с замминистра экономики России Сергеем Назаровым заказать технико-экономическое обоснование вариантов, которые могли бы решить ситуацию с водой в Севастополе. Конечно, мы зависим от наполняемости Чернореченского водохранилища — если наполнение будет слабым, обстановка осложнится. Суть проекта с переброской воды по Коккозке как раз была в том, чтобы наполнить водохранилище. Однако очевидное решение — не всегда самое эффективное.

Если реконструировать события, хронология такова: год назад было проработано три концепции, выбрали одну и запустили в проектирование. А потом выяснилось, что прокладка тоннеля стоит не 1,7 миллиарда, как это было заложено в проекте, а 5 миллиардов. Еще и проблема с предоставлением земельных участков возникла. То есть проект оказался экономически невыгодным, поэтому мы предпринимаем шаги для решения вопроса водообеспечения Севастополя. Скоро соберется рабочая группа, будем обсуждать дальше. Готовимся ко всем вариантам. Кроме того, я считаю, что у крымских коллег — такая же сложная ситуация. И перед нами никогда не было и не будет задачи заглядывать в чужой карман и брать чужую воду.