«В Италии бизнесмены хотят инвестировать в Крым»

Проводник итальянских денег в Россию о санкциях, политике и мифах

Кадр: фильм «Хороший год»

Италия давно и последовательно выступает за отмену антироссийских санкций. В нашей стране сейчас работает около 400 итальянских компаний, и ни одна из них не закрыла свои филиалы после начала кризиса в 2014 году. Один из тех, кто не просто приехал в Россию по работе, но прочно обосновался и считает ее своим вторым домом — новый президент Итало-российской торговой палаты Винченцо Трани. За 19 лет он успел поработать топ-менеджером крупных банков, инвестиционных компаний и микрофинансовых организаций, став одним из создателей отечественного рынка микрокредитования. В интервью «Ленте.ру» Трани рассказал о перспективах иностранного бизнеса в России, об отстаивании российских интересов в Европе и о том, как Рим берет пример с Москвы.

«Лента.ру»: Что вы можете сказать про отношение итальянских и европейских инвесторов к Крыму? Интересен ли для них этот регион, куда в свое время приезжал нынешний вице-премьер Италии Маттео Сальвини?

Винченцо Трани: Бизнес всегда страдает от санкций. Для нас это очень большая проблема. Мы не просто хотим их снятия и надеемся на это — мы пытаемся убеждать и обычных людей, и в особенности чиновников правильно оценивать эффект санкций. Он отнюдь не такой положительный, как кажется, скорее он отрицательный. Крым на сегодняшний день интересен как бизнес-площадка. Но надо понимать, что мы, к сожалению, работаем в мире с достаточно сильным и жестким законодательством, ограничивающим бизнес. В Италии много бизнесменов, которые очень хотели бы инвестировать в Крым — например, в местные винодельни. Но законы [Евросоюза] этого не позволяют. А если кто-то вдруг захочет пойти против них, получит очень серьезные проблемы, в лучшем случае — штрафы. Это повод для сожаления, ведь потенциал действительно большой.

Итальянские политики и раньше выступали за отмену антироссийских санкций, а в некоторых регионах власти даже признавали Крым российским. Однако к конкретным действиям на уровне ЕС это до сих пор не приводило. Новое итальянское правительство особенно благосклонно относится к нашей стране. Готовит ли оно какие-нибудь новые меры, которые позволят сдвинуть дело с мертвой точки?

У меня есть большие надежды, что после недавних выборов в Европарламент наше правительство будет еще сильнее давить на Европу в этом направлении. Но Италия все же не Европа — мы только маленькая ее часть. Мы надеемся, что у нас будет возможность убеждать коллег в Европе, что санкции вредны не только для Италии, но и для них тоже. Так что, можно сказать, я достаточно оптимистично смотрю в этом направлении. Выборы действительно могут сыграть определенную роль.

Уголовное дело в отношении [основателя крупного инвестиционного фонда Baring Vostok, обвиненного в мошенничестве, гражданина США] Майкла Калви последние месяцы обсуждается очень широко, в том числе в высших кругах российской власти. Что о нем думают европейские и итальянские инвесторы? Насколько они готовы входить в нашу страну или продолжать вести в ней бизнес?

Не могу сказать, что эта ситуация как-то сильно повлияла на настроения европейцев. Я вращаюсь в бизнес-отрасли с утра до вечера и вообще не чувствую какого-либо отрицательного эффекта. Я работаю в России уже 19 лет и никогда не чувствовал какой-либо угрозы, давления с чьей-либо стороны. Думаю, примерно так же дела обстояли и у господина Калви: он тоже много инвестировал и работал в России даже дольше, чем я, и все это время — без особых сложностей. То, что произошло сейчас, как мне кажется, вызвано в большей степени не политическими причинами, а особенностями бизнеса и инвестиций. В таких случаях я всегда вспоминаю поговорку «кто не рискует, тот не пьет шампанское». Видимо, в политике Baring Vostok была какая-то доля риска.

То есть иностранные инвесторы по-прежнему смотрят на Россию с интересом?

Не только смотрят с интересом, но и пользуются в России достаточно большими преимуществами. Должен сказать, что многим компаниям помогает тот факт, что они иностранные, — они лучше защищены. Именно потому, что к иностранным инвестициям в России приковано большое внимание. Я уверен, что атмосфера не изменится на всех уровнях бизнеса, в том числе в малом и среднем.

Нельзя не вспомнить еще об одной ситуации, которая затрагивает интересы иностранного бизнеса в России. Недавно ведущие европейские автоконцерны пожаловались в российские правоохранительные органы на суды Краснодарского края, которые, по их мнению, выносят заведомо предвзятые решения. Теперь к этим жалобам присоединился российский филиал итальянского банка Intesa, в котором вы долгое время были топ-менеджером.

Для меня такого рода обращения от крупных компаний, хорошо зарабатывающих в России, не стали сюрпризом. Знаете, иногда такая жалоба может идти не от главы компании, а от региональных представителей, от менеджеров низшего звена. Я давно знаком с банком Intesa и не помню, чтобы когда-то слышал от него жалобы в этом направлении. Если это региональная краснодарская тема, она станет поводом для разбирательства. Для этого есть достаточно много специализированных органов. Кроме того, есть суды разных инстанций — апелляционной, кассационной. Туда тоже можно обратиться. Судебная система в России достаточно развита, поэтому я не думаю, что ситуация настолько критична, как может показаться.

В последние месяцы у всех на слуху противостояние новых итальянских властей с Евросоюзом. Брюссель предъявлял вашей стране претензии из-за несоблюдения нормативов по величине госдолга, дефицита бюджета. Госдолг Италии и правда велик [132,2 процента ВВП] и сейчас является одним из самых крупных в Европе. Как вы собираетесь решать эту проблему, достигать компромисса с Евросоюзом?

Будущее Италии и Европы мне видится достаточно непростым, но все же позитивным. Мы переживаем переходный момент, в том числе с политической точки зрения. Однако Италия — это крупная экономика и достаточно важный член Евросоюза, страна Большой семерки. Госдолг — это, конечно, проблема, но она актуальна и для множества других стран. И не надо забывать, что госдолг существует на протяжении последних 50-60 лет, и при этом страна все эти годы развивалась.

Новое правительство и до выборов, и после них делает акцент на социальной политике, которая, вопреки настояниям ЕС, требует значительных бюджетных трат, из-за чего многие называют его откровенно популистским. Как оно собирается воплощать свои обещания в жизнь, учитывая и без того непростое положение?

На самом деле критики правительства делают акцент на одних аспектах его программы и забывают о других. Сейчас рассматривается очень интересная, на мой взгляд, инициатива — о введении плоской шкалы налогообложения, с одинаковыми ставками для всех, независимо от уровня доходов, на уровне 15 процентов. В России такая система налогообложения действует достаточно давно — с начала 2000-х годов. И именно она помогла России развиваться. Это один из возможных драйверов развития экономики Италии, предложенный господином Сальвини. Можно сказать, что Россия является для нас позитивным примером. Необязательно сокращать расходы, как того требует ЕС, чтобы привести бюджет в порядок, — можно добиться увеличения доходов. Самый прямой путь к этому — добиться того, чтобы все платили налоги. Если это получится, государственные расходы можно будет держать на достаточно высоком уровне и финансировать ими все те социальные программы, о которых было объявлено. Конечно, надо оставаться реалистом, продолжать анализировать существующие проблемы и предлагать другие варианты решения.

Можно ли назвать плоскую систему налогообложения универсальным рецептом, который подойдет многим странам?

Я бы назвал таким рецептом даже не плоскую, а простую и понятную систему налогообложения. Люди должны понимать ее и иметь возможность заплатить налоги быстрее и проще.

Экономика00:0317 июня

Торг неуместен

Легкие деньги на хайпе и трендах: россияне рассказывают, как нажиться на чужих эмоциях