Новости партнеров

Кто такой "товарищ Абель"?

Россия не выдаст Латвии Владимира Ильича Линдермана

Жизнь можно прожить достойно. Можно - богато или красиво. Владимир Линдерман - один из заместителей Эдуарда Лимонова, глава латвийского НБП, член партсовета национал-большевистской организации и редакционного совета "Лимонки" - пытается прожить свою жизнь так, чтобы не было скучно. И пока что это удается ему малой кровью. По крайней мере, 13 октября прокуратура отказала Латвии в экстрадиции Линдермана и отпустила его из Лефортова, где он в результате отсидел всего 19 дней.

Путь к столичному СИЗО "класса люкс" был для 42-летнего русскоязычного жителя Латвии долгим и извилистым. В 1989 году Линдерман был активным членом "Народного Фронта Латвии", где вместе с латышскими националистами боролся за независимость прибалтийских республик от СССР и издавал газету "Атмода", в которой печатались в том числе и многие ныне известные российские журналисты.

После 1991 года ведущей политической силой в Латвии стали националисты, и не-латышу было нечего делать в "народном фронте". По словам самого Линдермана, главным объектом его борьбы всегда было ханжество. Поэтому в начале девяностых он начал издавать более радикальную и интеллектуальную версию "Спид-Инфо" - эротическое издание "Еще". В нем тогда печатались не только откровенные фотографии и статьи, но и произведения таких авторов, как Владимир Сорокин или Эдуард Лимонов. В 1993 году, после октябрьских событий, "Еще" (имевшее, кстати, серьезный коммерческий успех) было закрыто вместе с рядом других изданий.

В 1998 году Линдерман приехал на первый в истории съезд НБП, где лично познакомился с Эдуардом Лимоновым, после чего решил вновь заняться политикой. Вернувшись в Ригу, он начал выпускать газету "Трибунал" и подпольное издание "Генеральная Линия". Главным занятием национал-большевика в Латвии стала, естественно, борьба за права русскоязычного населения, для чего было создано правозащитное общество "Победа".

В то время как в России подавляющее большинство сторонников НБП - романтические подростки, в Латвии деятельность Линдермана начала получать поддержку гораздо более серьезных людей - русских бизнесменов, других дискриминируемых граждан и даже части латышских предпринимателей. Таким образом Линдерману, получившему к тому времени партийную кличку "Абель" удалось во второй раз заработать неплохие деньги.

Занимаясь делами в Латвии Абель не забывал о российских соратниках по партии, оказывая им финансовую помощь и являясь одним из авторов "Лимонки". А когда в 2002 году в Саратове шел процесс над Эдуардом Лимоновым, Линдерман своими показаниями спас лидера Российских нацболов. Центральным звеном обвинения являлось тогда приписываемое Лимонову авторство документа "Вторая Россия", которое прокуратура квалифицировала как призыв к смене государственного строя. Когда на процессе Линдерман заявил, что "Вторую Россию" написал он, а не Лимонов, обвинение развалилось окончательно, Эдичка был осужден всего по двум статьям из девяти, получил всего 4 года и был досрочно осовобожден 30 июня.

Своим выступлением на суде Линдерман фактически "перевел стрелки" на себя. По одной версии, российское ФСБ обиделось на Абеля за провал своей многолетней разработки НБП и попросило латвийских коллег заняться радикалом на его территории. По другой - спецслужбы Латвии сами давно имели на Абеля зуб, и суд над Лимоновым лишь заставил их запустить давно готовый сценарий. По крайней мере, уже через несколько дней после саратовского процесса, в Латвии начались аресты местных нацболов и обыски в их квартирах. Власти подозревали Линдермана и соратников в попытке покушения на президента республики Вике-Фрейбергу Вайре.

В процессе обысков было найдено множество листовок с лозунгом "Мы убили президента", а также оружие и почти килограмм взрывчатки. При обыске в квартире Линдермана, где тогда находилась его жена и четверо детей, было найдено 400 грамм тротила, запрятанных в кресле. Девять соратников Абеля были арестованы в Риге. Находившийся тогда в Москве Линдерман утверждал, что такого количества взрывчатки он никогда даже в глаза не видел, и спецслужбы наверняка подкинули все вещдоки, включая листовки. Русскоязычная община Латвии так же не поверила в реальность найденных доказательств.

Тем не менее, 21 ноября 2002 года Латвия объявила Линдермана в международный розыск, а 3 декабря прокуратура Зиемельского предместья Риги заочно предъявила ему официальное обвинение. При этом латыши подчеркивали, что обвинение не носило политического характера, а касалось только незаконного хранения оружия. Абель, в свою очередь, обратился к президенту РФ Владимиру Путину с прошением о предоставлении ему в России политического убежища. В тот момент ответа президента не поступило.

Более полугода Линдерман жил в Москве и занимался здесь делами партии. 24 сентября 2003 года он вышел из "бункера" - офиса НБП на 2-й Фрунзенской улице за газетами и не вернулся. В списках попавших под трамвай или сбитых машиной он обнаружен не был. Предполагая возможность его неожиданного ареста Российскими спецслужбами, НБП забило тревогу в СМИ. Только 1 ноября товарищам стало известно, что Абель действительно арестован и находится в Лефортово. Узнали они об этом из письма, написанного Линдерманом, где в качестве обратного адреса значилось СИЗО.

8 октября прокуратура опубликовала официальное подтверждение ареста Линдермана и сообщила, что вопрос о его экстрадиции будет решен в ближайшее время. Сам национал-большевик, получивший, как оказалось, отказ в политическом убежище, был уверен, что его скоро отправят в Латвию. Тем более что дела об экстрадиции в России решает не суд, как в Великобритании или Греции, а прокурата.

НБП начало серию акций в поддержку товарища, выдержанных в столь присущем этой организации художественном стиле. 9 октября в Костроме активисты Лев Дмитриев и Ирина Потапова приковали себя наручниками к зданию Костромской прокуратуры и растянули транспарант: "Свободу товарищу Абелю!". Через полчаса наручники перекусили, а протестантов отвезли в отделение. Более масштабная акция планировалась московским НБП на 16 октября.

Однако кроме партийцев в поддержку Линдермана выступили и широкая российская общественность. В СМИ была развернута обширная кампания, а Госдума пригласила генпрокурора Владимира Устинова выступить 19 октября с разъяснениями по делу Абеля, о чем инициатор этого запроса депутат Виктор Алскнис сообшил 9 октября на посвященной этому вопросу пресс-конференции.

То ли под давлением СМИ, то ли в связи с обострением в октябре обсуждения темы дискриминации русских в Латвии, Генпрокуратура проявила себя с неожиданной стороны, и 13 октября отказала в экстрадиции Владимира Линдермана "на основании статьи 63 Конституции Российской Федерации". Согласно этой статье, Россия имеет право не выдавать людей, обвиняемых в политических преступлениях, а материалы, представленные Латвийской Республикой "свидетельствуют о преследовании за политическую деятельность и убеждения".

Как оказалось, дела об экстрадиции могут заканчиваться решением в пользу обвиняемого даже в России. Видимо, именно следуя примеру тех, кого не отдали России, Линдерман собирается вновь просить о политическом убежище.

Другие материалы
Россия00:01Сегодня

«Назло держишь девушку за руку, назло живешь»

Их унижают, высмеивают и преследуют. Представители ЛГБТ — о жизни в атмосфере ненависти
Интернет и СМИ00:02Сегодня

«Я породил монстра»

Как юный романтик хотел свободы слова, а создал «самое отвратительное место в интернете»