Разгул Гласности

Журналистам разрешили иметь свое мнение

30 октября состоялось оглашение решения Конституционного Суда Российской Федерации по вопросу о конституционности положений "Закона об основных гарантиях избирательных прав граждан Российской Федерации", принятого 12 июня 2002 года. Этот закон запрещает агитацию до официального начала месячной предвыборной кампании. Он также обязывает СМИ предъявлять свидетельства об оплате кандидатом любого материала, признанного агитационным. При этом к агитации фактически приравнивается любое высказывание мнения о кандидатах, преобладание в материале информации об одном или нескольких участниках предвыборной кампании, сообщение информации, "не касающейся профессиональной деятельности кандидата" и любые другие действия, способные сформировать положительное или отрицательное отношение к человеку, желающему стать депутатом, губернатором, мэром, или президентом.

Конституционный Суд рассмотрел "Закон об основных гарантиях избирательных прав" по просьбе группы депутатов Госдумы, а также в ответ на жалобы журналистов, уже ставших жертвами нового закона.

Недовольство политиков и журналистов вызвали пункты двух статей закона:

Статья 45

5. В информационных теле- и радиопрограммах, публикациях в периодических печатных изданиях сообщения о проведении предвыборных мероприятий, мероприятий, связанных с референдумом, должны даваться исключительно отдельным информационным блоком, без комментариев. В них не должно отдаваться предпочтение какому бы то ни было кандидату, избирательному объединению, избирательному блоку, инициативной группе по проведению референдума, иной группе участников референдума, в том числе по времени освещения их предвыборной деятельности, деятельности, связанной с проведением референдума, объему печатной площади, отведенной таким сообщениям.

Статья 48

2. Предвыборной агитацией признаются осуществляемые в период избирательной кампании:

<...> б) выражение предпочтения в отношении кого-либо из кандидатов, избирательных объединений, избирательных блоков, в частности указание на то, за какого из кандидатов, за какой из списков кандидатов, за какое из избирательных объединений, за какой из избирательных блоков будет голосовать избиратель; в) описание возможных последствий избрания или неизбрания кандидата (списка кандидатов); г) распространение информации с явным преобладанием сведений о каких-либо кандидатах, об избирательных объединениях, избирательных блоках в сочетании с позитивными либо негативными комментариями; д) распространение информации о деятельности кандидата, не связанной с его профессиональной деятельностью или исполнением им своих служебных (должностных) обязанностей; е) деятельность, способствующая созданию положительного или отрицательного отношения избирателей к кандидату, избирательному объединению, избирательному блоку, к которым принадлежит данный кандидат, к избирательному объединению, избирательному блоку, выдвинувшим кандидата, кандидатов, список кандидатов; ж) иные действия, имеющие целью побудить или побуждающие избирателей голосовать за кандидатов, списки кандидатов или против них, против всех кандидатов, против всех списков кандидатов.

Главным поводом для возмущения общественности стал не сам запрет агитации, а слишком широкое токование самого этого понятия. Фактически, согласно закону почти любая журналистская деятельность, связанная с выборами могла считаться агитацией. СМИ грозились вообще перестать освещать предвыборную кампанию и сорвать явку на выборы. Журналисты также предполагали, что партии, обладающие административным ресурсом смогут использовать закон в свою пользу.

На этом фоне неудивительно, что противниками закона с самого начала выступали "некремлевские" политические партии и журналисты. Запрос в Конституционный cуд был подан по инициативе СПС, однако подписали его представители всех думских партий, кроме "Единства". Депутатский запрос был рассмотрен вместе с аналогичными жалобами обозревателя газеты "Время МН" Константина Катаняна и редактора калининградской газеты "Светлогорье" Константина Рожкова. В основу своей аргументации все они кладут право граждан на свободный сбор, распространение и получение информации, гарантируемый Конституцией Российской Федерации.

В своем запросе Катанян, например ссылался на решение Европейского суда по правам человека по делу "Боуман против Соединенного Королевства" от 19 февраля 1998 года. В этом решении указано: "свободные выборы и свобода слова, в особенности свобода политической дискуссии, образуют основу любой демократической системы. Оба права взаимосвязаны, и по этой причине особенно важно, чтобы всякого рода информация и мнения могли циркулировать свободно в период, предшествующий выборам".

Решение Конституционного суда занимает около 25 страниц, а его оглашение заняло у председателя КС Валерия Зорькина около часа.

Подпункт "ж" пункта 2 статьи 48 закона "Об основных гарантиях избирательных прав" признан неконституционным, так как "допускает расширительное толкование понятия и видов запрещенной агитации и тем самым не исключает произвольное применение данной нормы". Суд согласился с рассмотренными жалобами и объявил, что такое толкование агитации "несовместимо с юридическим равенством, принципом соразмерности и ведет к нарушению свободы средств массовой информации".

Отныне агитацией будут считаться только те публикации и высказывания журналистов, в которых удастся доказать прямой умысел автора склонить избирателя к голосованию за того или иного кандидата. В других случаях журналисты будут иметь право свободно высказываться о кандидатах, выражать свое мнение и давать комментарии.

Суд решил, что "выражение предпочтения" является всего лишь одной из разновидностей высказывания мнения и не может быть запрещено законодательно. Кроме этого, судьи признали, что "преобладание информации об одном из кандидатов" неизбежно в любом информационном сообщении о предвыборных мероприятиях и не может считаться агитацией. Члены КС также признали необходимость информирования населения о деятельности кандидатов, не связанной с их профессией, так как такая информация является важной для избирателя.

Таким образом, Конституционный Суд дал исчерпывающую интерпретацию пункта 5 статьи 45, а также подпунктов "б, в, г, д, е" пункта 2 статьи 48. Отныне все суды Российской федерации обязаны пользоваться именно этим определением КС и не имеют право относить к предвыборной агитации действия, не указанные в сегодняшнем решении.

Претворение решения в жизнь начнется уже очень скоро, так КС обязал суды пересмотреть дела журналистов Сергея Бунтмана, Константина Катаняна и Константина Рожкова, которые уже получили административные взыскания на основании закона. Скорее всего, другие СМИ, пострадавшие от широкого определения понятия "агитация", также потребуют пересмотра своих дел.

Еще в середине октября свою надежду на сужение толкования понятия "агитация" высказывали полномочные представители президента и правительства в Конституционном суде. Представитель президента Михаил Митюков отмечал, что в законе "отсутствует обобщенное определение понятия "информирование" и его отличия от "предвыборной агитации", а представитель правительства Михаил Баршевский утверждал, что "лобовое толкование закона приводит к тому, что журналисты могут назвать только фамилии депутатов и не более".

До оглашения решения КС в поддержку журналистов выступал также Сергей Шойгу. Ему ситуация с агитацией напомнила анекдот про Льва Толстого. Как-то писатель убил комара, а на вопрос гимназиста о том, как такое убийство сочетается с гуманизмом, ответил, что "нельзя жить так подробно". "Уж слишком подробно этот закон прописан," - отметил кандидат в Госдуму от партии "Единая Россия".

После того, как КС огласил свое решение, положительные отзывы посыпались один за другим. Глава ЦИК Александр Вешняков высказал удовлетворение тем фактом, что суд конкретизировал понятие предвыборной агитации и объявил о неконституционности подпункта закона, допускавшего слишком расширительное толкование этого термина. Однако Вешняков также подчеркнул, что КС оставил в силе запрет на ведение журналистами предвыборной агитации и ограничение информации о предвыборной кампании рамками специальных информационных блоков. В интервью агентству "Интерфакс" глава ЦИК также подчеркнул, что "Конституционный суд своим решением в четверг практически поддержал позицию ЦИК по применению закона об основных гарантиях избирательных прав граждан".

Депутаты от фракций СПС и Яблоко, ставшие инициаторами запроса, также остались довольны. Один из руководителей СПС Борис Надеждин сказал, что "самая вопиющая норма признана неконституционной, а остальным дано необходимое толкование". Представитель "Яблока" Сергей Попов отметил, что отмененные ограничения ущемляли права граждан на информацию, а журналистов - на труд.

Спикер Совета Федерации Сергей Миронов подчеркнул немного иной аспект случившегося события. Он сообщил, что для него важным является сам факт способности журналистов отстаивать свободу слова. Глава комитета по конституционному законодательству Совета Федерации Юрий Шарандин, комментируя вердикт, также сказал, что "это была борьба журналистов за свои права, и я советую журналистам носить с собой решения Конституционного суда".

Примерно в том же духе было выдержано и высказывание Ирины Хакамады. Вице-спикер Госдумы РФ от СПС считает, что "это решение показало, что если гражданское общество сопротивляется, то оно способно защитить права и свободы прессы, защитить ее право на свободное распространение информации в предвыборный период. "

Глава Минпечати Михаил Лесин отметил, что данное решение является компромиссом между нежеланием менять законодательство в ходе предвыборного процесса и приоритетом свободы слова, гарантируемым конституцией. Он также высказал надежду, что журналисты не воспримут решение суда как "зеленый свет для черного пиара", и предвыборная кампания не заставит политические элиты пожалеть о том, что закон был так мягок.

Президент фонда "Политика" Вячеслав Никонов заявил корреспонденту "Росбалта", что "предыдущая трактовка закона о выборах сводила к нулю смысл демократического процесса и вообще смысл выборов. Народ лучше разберется в том, что он хочет знать, нежели избирательная комиссия, которая определяет что важно, а что нет".

Комментарии журналистов также были весьма благожелательными. Константин Катанян - один из тех журналистов , кто подавал запрос в Конституционный Суд, сообщил "Интерфаксу", что "Фактически Конституционный суд дал понять всем, может быть, не очень добросовестным чиновникам, что нет смысла с карандашом подсчитывать количество букв, которое написано про одного или другого кандидата".

Отныне тому, кто захочет доказать наличие предвыборной агитации в материалах того или иного журналиста или СМИ, придется самому находить свидетельства наличия в их действиях умысла и подтверждать их в суде. В противном случае будет действовать гарантируемая законом презумпция невиновности. Председатель КС Валерий Зорькин считает, что доказать наличие умысла возможно, хотя и непросто. По его мнению, выходом было бы полное изменение закона, отменяющее все подпункты пункта 2 статьи 48 "Закона об основных гарантиях", за исключением подпункта "а". Тогда агитацией будут считаться только прямые призывы голосовать или не голосовать за определенного кандидата.

Придется ли нам увидеть такой невиданный разгул гласности, мы узнаем только после окончания всех выборов.

Другие материалы