Легкая форма независимости

Южная Осетия провела третий референдум о суверенитете

Референдум, который прошел 12 ноября в Цхинвали, объявлен успешным. Явка избирателей была рекордно высокой (95 процентов), нарушения, которые попались на глаза наблюдателям, оказались незначительными, сам тезис о независимости республики ее жители поддержали почти единогласно.

С 1992 года власти непризнанной республики провели уже два аналогичных референдума: первый - собственно о статусе, второй - о конституции, в которой Южная Осетия названа независимым государством. Однако международное сообщество по-прежнему игнорирует результаты плебисцитов: даже от России, неоднократно выступавшей в поддержку Южной Осетии, республика так и не дождалась официального признания.

Правда, некоторые комментаторы уверяют, что признание уже произошло. Как заявил, в частности, Алексей Мартынов, представитель Межпарламентской ассамблеи государств-участников сообщества за демократию и права народов, "Россия и сейчас признает независимость Южной Осетии, но пока в легкой форме".

Назло провокаторам

Возможно, внимательный наблюдатель и смог бы разглядеть "легкую форму признания" в позиции других стран, хотя недавние заявления их официальных лиц делают подобную интерпретацию маловероятной. Задолго до того, как состоялось голосование, Европа и США заявили, что считают его нелегитимным. С подобными заявлениями выступили представители Совета Европы, Европейского Союза, НАТО и Государственного департамента США.

По словам генерального секретаря Совета Европы Терри Дэвиса (Terry Davis), "сепаратистские власти Южной Осетии зря тратят силы и время на проведение референдума, вместо того чтобы принять участие в переговорах с грузинским правительством". "Евросоюз уже высказал свое мнение и признает территориальную целостность Грузии, ничего нового этот референдум не даст", - отметил спецпредставитель ЕС по Южному Кавказу Питер Семнеби (Peter Semneby).

В Цхинвали эти заявления, прозвучавшие в сентябре 2006 года, расценили как "пропагандистскую атаку". Как выразился глава МВД Южной Осетии Михаил Миндзаев в беседе с корреспондентом ИА REGNUM, "теперь мы видим, что возможные провокации на территории Южной Осетии могут осуществляться при поддержке международного сообщества".

Тема "провокаций" вообще занимала центральное место в официальных комментариях, посвященных референдуму, который власти республики решили провести в один день с президентскими выборами (на этих выборах победил действующий глава республики Эдуард Кокойты, его кандидатуру поддержали 96 процентов избирателей). В Цхинвали были уверены, что грузинские власти, объявившие референдум незаконным, во что бы то ни стало попытаются его сорвать. В Тбилиси же, напротив, утверждали, что это как раз Кокойты "прибегает к сомнительным методам, чтобы повысить свою популярность".

В конце октября глава МВД непризнанной республики сообщил, что в преддверии референдума на дестабилизацию обстановки в регионе Грузия выделила 7 миллионов долларов. Затем осетинским избирателям рассказали, что еще большую сумму (7,5 миллиона долларов) грузинские власти готовы потратить на физическое устранение Эдуарда Кокойты. Осетинские источники сообщали также, что Грузия закупает российскую военную форму для организации диверсий, вербует наемников в странах СНГ и даже пытается зомбировать осетинское население с помощью так называемого "25-го кадра" в эфире прогрузинского телеканала "Алания", который вещает на территорию Южной Осетии.

Ситуация вокруг референдума обострилась после того, как о намерении провести "альтернативное" голосование заявил "Союз национального освобождения Южной Осетии" - организация, созданная в сентябре 2006 года и претендующая на то, чтобы представлять интересы как грузин, так и осетин, проживающих в зоне конфликта. Лидер "Союза" Дмитрий Санакоев, в разное время возглавлявший правительство и министерство обороны Южной Осетии, выставил свою кандидатуру на "альтернативных выборах", обещая региону мир и экономическое благополучие. На "альтернативный референдум" был вынесен вопрос: "Согласны ли вы с тем, чтобы республика Южная Осетия начала переговоры с Грузией о федеративном устройстве государства?".

В Цхинвали инициативу "освободителей" встретили с крайним раздражением, расценив ее как попытку грузинских властей посадить в мятежной республике "марионеточное правительство", по образцу "абхазского правительства в изгнании". Сначала руководство республики еще пыталось отшучиваться. Так, глава МВД Михаил Миндзаев назвал затею с альтернативными выборами "детской игрой в песочнице", а сам Эдуард Кокойты - "политической клоунадой". Впрочем, с приближением выборов в ход пошли более резкие выражения. На сайте Государственного комитета по информации и печати Южной Осетии участников и организаторов "альтернативных выборов" клеймили как "маргиналов, предателей, отморозков и подонков".

Центральная избирательная комиссия Южной Осетии, со своей стороны, призвала жителей республики "не поддаваться на антигосударственные провокации" и не ходить на "альтернативные выборы". За несколько дней до голосования прокуратура непризнанной республики возбудила уголовные дела против всех кандидатов в "альтернативные президенты", а также против председателя "альтернативного избиркома" Урузмага Каркусова. Их обвинили в "экстремистской деятельности, создании экстремистских организаций, измене Родине и попытке насильственного захвата власти". Источники в КГБ Южной Осетии также сообщили, что Урузмаг Каркусов объявлен в розыск по линии Интерпола за "налоговые нарушения при ведении хозяйственной деятельности в Краснодарском крае".

Все это не помешало Дмитрию Санакоеву победить на "альтернативных выборах", проводившихся в основном в южноосетинских селах, где проживает грузинское население. По данным "альтернативного центризбиркома", в них приняли участие 42 тысячи человек, на десять тысяч меньше, чем количество избирателей, пришедших на "официальное" голосование. Как сообщил телеканал "Алания" со ссылкой на результаты опросов, проведенных на выходе с "альтернативных избирательных участков", лидера "Союза национального освобождения Южной Осетии" поддержали около 88 процентов избирателей. Информации о том, какая часть голосующих поддержала тезис об официальном вхождении Южной Осетии в состав Грузии, пока не поступало.

Однако Эдуард Кокойты не намерен мириться с существованием "двойника". Он уже заявил, что будет добиваться от грузинских властей выдачи "альтернативного президента" и "главы альтернативного избиркома" как "предателей народа Южной Осетии".

Между тем, как сообщили СМИ, в ночь на 13 ноября в южноосетинском селе Джава был сожжен дом Урузмага Каркусова. Сам Каркусов считает, что это месть "режима Кокойты". По его словам, "Кокойты готов поджечь всю Южную Осетию и ввергнуть ее в пучину войны, так как уже подготовил тепленькое местечко, куда сможет сбежать в любую минуту".

Реальная политика

Объясняя, зачем было проводить референдум, который международное сообщество заранее объявило нелегитимным, представители осетинского руководства приводили самые разные доводы. По словам председателя правительства непризнанной республики Юрия Морозова, "мы хотим проверить себя еще раз, проверить свою молодежь, которая подросла со времени последнего референдума, проверить, как общество относится к вопросу о независимости". Морозов указал и на экономическую составляющую ситуации. "Мы сегодня получаем, - сказал премьер, - огромную помощь от Российской Федерации, от акционерных обществ, физических лиц: если мы подтвердим свою волю к независимости, то экономическая помощь от Российской Федерации будет только увеличиваться".

Впрочем, сколько бы власти самопровозглашенной республики ни рассуждали о "референдуме для себя", слово "признание" постоянно проскальзывает в их комментариях. Президент Эдуард Кокойты то говорит, что Южная Осетия "должна быть признана", то утверждает, что республика "уже признана", то оговаривается, что "к признанию независимости нам предстоит еще идти".

Официального признания Цхинвали ждет прежде всего от России. Россия оказывала республике поддержку самого разного рода, но до признания дело так и не дошло. Нынешний референдум широко освещался российскими телеканалами, однако представители российского руководства не спешили с обещаниями. Даже вице-спикер Госдумы Владимир Жириновский, который еще в сентябре утверждал, что "Россия первой признает Южную Осетию, как только там пройдет референдум", на следующий день после голосования был более осторожен в прогнозах. "Россия ничего не признает, - заявил Жириновский, - нужно признать, но не признает".

Комментарий, опубликованный на сайте российского МИДа за два дня до референдума, едва ли можно расценивать как обещание подтвердить суверенитет республики. Как следует из текста, "независимо от того, получат ли результаты референдума международное признание, в любом случае они станут индикатором настроений и предпочтений югоосетинского населения, что необходимо будет учитывать в реальной политике".

В этих условиях референдум 2006 года, как и два предыдущих, похоже, не принесет кардинальных изменений в официальный статус республики и ее отношения с соседями. Зато у непризнанной Южной Осетии теперь есть "альтернативное правительство". Оно станет очередным поводом для конфронтации Москвы, Тбилиси и Цхинвали и добавит головной боли международному сообществу, которое пытается разобраться в ситуации на Южном Кавказе. Такая вот реальная политика.

Бывший СССР00:0416 июля

«Вор в законе был чуть ли не в каждом дворе»

Криминальные авторитеты жили в Армении спокойно. Но у новой власти свои правила