Новости партнеров

Исполненное наказание

Медведев избавился от "символа" российских тюрем

16 марта президент России Дмитрий Медведев уволил Юрия Калинина с поста заместителя министра юстиции. До своего недолгого пребывания в этой должности Калинин в течение 18 лет стоял у руля российской системы исполнения наказаний, либо возглавляя ее, либо курируя в Минюсте. Что из себя представляет эта система сегодня - видят все, включая Кремль, который с недавних пор взялся за ее реформу. Считается, что окончательное отстранение Калинина от системы венчает кадровую чистку ФСИН, устроенную Медведевым после смерти в СИЗО юриста Сергея Магнитского.

Юрий Калинин - это знаковая фигура для отечественной пенитенциарной системы, ее символ и, в какой-то мере, талисман. Сложно найти человека, более искушенного в вопросах исполнения наказаний - Калинин варится в этой системе с 1971 года, когда он еще только начинал работать в саратовской колонии строгого режима. Более того, он является одним из немногих чиновников, сумевших сохранить свой высокий пост при трех президентах России.

Когда в 1992 году Калинин был назначен "главным тюремщиком", его ведомство еще называлось Главное управление исполнения наказаний (ГУИН) и входило в состав МВД. Спустя пять лет работы в этой должности на него пали подозрения министра внутренних дел Анатолия Куликова в финансовых злоупотреблениях, после чего Калинин был отправлен в отставку. Тем не менее, он остался в системе, поступив на работу в министерство юстиции, которому в те годы предполагалось переподчинить ГУИН (злоупотребления доказаны так и не были).

В Минюсте, который получил ГУИН под свое крыло лишь спустя несколько лет, Калинин курировал реформу системы наказания. В 2004 году он вернулся в нее уже окончательно, причем произошло это одновременно с переименованием ГУИН во ФСИН.

В это время Калинин все чаще стал появляться на страницах СМИ - не в последнюю очередь из-за повышенного внимания к исправительным учреждениям, ситуация в которых год от года только ухудшалась. Одним из таких появлений стала заочная полемика с правозащитником Львом Пономаревым, который в 2006 году назвал главу ФСИН автором садистской системы контроля и подавления заключенных в колониях. Кроме того, Пономарев рассказал, что общественное движение "За права человека" насчитало в стране 40 пыточных зон, созданных при Калинине, на что сам Калинин ответил судебным иском. В итоге суд обязал правозащитника свои слова опровергнуть (что он и сделал), однако осадок как был, так никуда и не исчез.

Именно при Калинине в далекие от Москвы края были отправлены Михаил Ходорковский и Платон Лебедев, которые, не распорядись глава ФСИН, наверняка не были бы высланы в Читинскую область и Ямало-Ненецкий автономный округ, а сидели бы где-нибудь поближе к дому. Кроме того, все это время он высказывался за использование смертной казни - идею, похоже, недавно окончательно отвергнутую.

В 2006 году Калинин был близок к тому, чтобы лишиться своего поста после того, как один пермский зэк сумел достучаться до Владимира Путина и пожаловаться на условия содержания. Тем не менее, глава ФСИН свой пост сохранил, а условия содержания в российских тюрьмах и колониях как оставляли желать лучшего, так и продолжали это делать.

В 2008 году вокруг Калинина вновь развернулась жесткая полемика, после того, как он оправдал действия сотрудников копейской колонии, насмерть забивших четверых осужденных. Спустя год на страницы СМИ попала история о зверствах в колониях Петербурга и Ленобласти, практикуемых подчиненными Калинина. Вскоре в СИЗО в результате бездействия сотрудников изолятора умер юрист Сергей Магнитский, однако к тому времени Калинин уже покинул свой пост, перейдя обратно в Минюст.

В Минюсте он занял пост заместителя министра Александра Коновалова, курируя при этом ФСИН, которой в настоящее время руководит Александр Реймер. Коновалов и Реймер - люди лояльные президенту Медведеву, и именно они сейчас занимаются реформой ФСИН. И если об этой реформе не столь часто говорят с экрана телевизоров, это не значит, что она менее важна, чем пресловутая реформа МВД.

В реорганизации ФСИН много трудностей и большинство из них не лежат на поверхности. Первая заключается в калининском наследии - как писал "Коммерсант" еще в 2006 году, за время своего руководства он фактически превратил ФСИН в автономную структуру, лишь формально входящую в состав Минюста. С этим в свое время пытались бороться и Юрий Чайка, и Владимир Устинов, у которых отношения с Калининым в бытность их руководителями министерства юстиции сложились довольно напряженные, но безуспешно.

Вторая трудность имеет те же истоки - за долгие годы царствования Калинина над системой исполнения наказаний в ней "проросли" его ставленники, от многих из которых теперь Реймер и даже Медведев стараются избавиться. По мнению некоторых политологов, смерть Магнитского, как это не цинично звучит, лишь ускорила реализацию этого плана, который есть ни что иное как "передел собственности и сфер влияния в системе исполнения наказаний". Не обходится, конечно, и без размышлений на тему "Медведев избавляется от людей Путина", которые, впрочем, в последние годы сопровождают любое кадровое решение президента России.

Естественно, что в таких условиях избавление Минюста от Калинина, способного помешать задуманной Медведевым и его соратниками реформе, стало лишь делом времени (и, возможно, оно ушло на согласование всех вопросов между заинтересованными органами власти). Впрочем, если у кого и были какие-то ожидания в отношении Калинина, они быстро развеялись после того, как в начале 2010 года Владимир Путин исключил его из правительственной комиссии по профилактике правонарушений.

Считается, что Калинин после увольнения из ФСИН был отправлен в Минюст заместителем министра для того, чтобы смягчить его отставку. Это уже устоявшаяся - бывших губернаторов в таких случаях, например, отправляют доживать свой век в Совет Федерации - хотя и довольно порочная практика. Впрочем, Калинин наверняка не чувствовал себя изгоем в компании других заместителей министра, поскольку рядом с ним находился еще один "сосланный" на пенсию в Минюст бывший весьма заметный руководитель - экс-глава Чечни Алу Алханов.

Алханова, после того, как Кремль предпочел ему Рамзана Кадырова на посту руководителя Чечни, вспоминали лишь по праздникам (в основном, 9 мая). Поэтому решение назначить его на место куратора ФСИН, освободившееся с уходом Юрия Калинина было встречено, мягко говоря, с недоумением.

Сам Алханов оправдывает свое назначение тем, что "они с Юрием Ивановичем и раньше подменяли друг друга во время отпусков и командировок". Кроме того, Алханов напомнил, что по образованию он юрист, а в прошлом руководил республиканским МВД - ведомством, ориентированным на ту же законодательную базу, что и ФСИН (злые языки добавили бы, что и методы работы у них схожие).

Вместе с тем вероятность того, что Алханов не задержится на должности куратора ФСИН, велика. Во-первых, при всем уважении к опыту бывшего чеченского президента, с трудом верится в его способность навести порядок в изнывающей без грамотной перестройки системе. Во-вторых, в первых же после назначения публичных высказываниях Алханова прозвучали некоторые настораживающие противоречия с министром юстиции Коноваловым по вопросам реформы ФСИН. "Наша первая задача - гуманизация исполнительной системы. Мы должны не только охранять и содержать заключенных, но в первую очередь воспитывать их", - заявил Алханов "Коммерсанту". "В моем представлении идея о перевоспитании коллективом, который лежит в основе существования сегодняшних исправительно-трудовых колоний, глубоко порочна", - заявил двумя месяцами ранее Коновалов в эфире "Эха Москвы".

Впрочем, не столь важны мелкие различия в трактовке реформы ФСИН, важно уже то, что власти, похоже, взялись за нее всерьез. Критике подвергается пока лишь то, что она ведется всего одним методом - массовых увольнений, за которыми не видно реального улучшения общей картины в пенитенциарных учреждениях. Однако строить что-то новое, не убрав предварительно старый мусор, невозможно - и именно такой уборкой сейчас занимаются Медведев, Коновалов и Реймер. Главное, чтобы на этом их запал не кончился.