Новости партнеров

«Против антисоветской идеологии маоцзэдунизма»

Зачем в СССР был создан научный коммунизм и как он стал оружием против Китая

Студенты вуза после лекции, 1962 год
Фото: Александр Макаров / РИА Новости

Школа актуальных гуманитарных исследований РАНХиГС провела Международную научную конференцию «Стратегии институционального строительства в послесталинском СССР (1953-1968)». На ней с докладом об истории появления академической дисциплины «Научный коммунизм» выступил кандидат философских наук, сотрудник Новосибирского государственного университета экономики и управления, стипендиат Карамзинской стипендии Фонда Михаила Прохорова 2015 года Михаил Немцев.

Говоря об общественных науках в советских вузах, надо понимать, что в тот период под ними подразумеваются, в первую очередь, учебные дисциплины, направленные на формирование правильного мировоззрения коммунистического человека. По содержанию и назначению это не столько науки, сколько своеобразный метод приучения к сознательной жизни в советском обществе. Выразительное определение было дано, например, в одном из приказов Министерства высшего и среднего специального образования СССР: «Задача высшей и средней специальной школы — подготовка квалифицированных кадров для науки и культуры, формирование у них марксистско-ленинского мировоззрения и воспитание у них высоких гражданских качеств».

Появление дисциплины «Научный коммунизм» хорошо характеризует ситуацию в преподавании общественных наук в СССР в период оттепели. Именно в этот период формируется комплекс, который можно назвать матрицей общественных дисциплин, которая сохраняется до конца советского периода. Эта матрица формировала у тысяч советских студентов представление о том, что такое общественные науки вообще и философия в частности. Она до сих пор фактически работает в российских университетах. История «Основ научного коммунизма» позволяет понять становление этой матрицы. В 1967 году она была закреплена постановлением ЦК КПСС «О мерах по дальнейшему становлению общественных наук и повышению их роли в дальнейшем коммунистическом строительстве».

От Сталина к Суслову и обратно

Практика преподавания философии в СССР была сформирована известным постановлением о постановке партийной пропаганды в связи с выходом «Краткого курса ВКП(б)» в 1938 году. К 1950-м годам уровень преподавания философии в дискуссиях, открытой печати и ведомственных документах оценивался как очень низкий. Проблема была в отсутствии методик или того, что тогда называли начетничеством — преподавание сводилось к повторению текстов учебника даже без особенных отступлений.

Выступление Михаила Суслова 30 января 1962 года на Всесоюзном совещании заведующих кафедр общественных наук — это формальная точка отсчета появления научного коммунизма. Пол Картер, автор политической биографии Суслова, считает его фактическим создателем и архитектором научного коммунизма. Среди прочего, Суслов тогда сказал: «Не следует ли поручить министерству высшего образования и институтам академии наук, философии, истории, экономики, академии общественных наук при ЦК КПСС с привлечением кафедр практически заняться сейчас тщательной подготовкой к преподаванию в вузах самостоятельных курсов основ научного коммунизма, разработкой программ курса и подготовкой учебника».

В этой же речи Суслов уделяет много внимания антикоммунизму, который в дальнейшем станет предметом изучения и борьбы, апологетического противостояния для этой дисциплины. После этого съезда начинается обсуждение возможностей введения этого курса.

Научный коммунизм официально вводится приказом от 27 июня 1963 года «Введение в вузах СССР курса основ научного коммунизма». На этот предмет в сетке занятий отводится 70 часов. Первое время он находился в неустойчивом положении, даже обсуждалась возможность его отмены, и только в 1967 году можно смело говорить, что дисциплина закрепилась. Можно выделить четыре фактора, обусловившие возникновение научного коммунизма:

1) движущая причина — воля высшего руководства страны, запустившая определенные административные механизмы;
2) материальная причина — люди, которые были готовы к ведению этой дисциплины, настаивали на этом, им была нужна марксистская наука, которую можно было бы противопоставить социологии;
3) формальная цель — модернизация идеологической системы в изменившейся глобальной политической ситуации;
4) целевой фактор — создание нового человека (цель, поставленная Хрущевым на XXII съезде, ознаменовавшая переход от репрессивного общества к дисциплинарному).

На коллегии министерства спустя год после введения курса было проведено обсуждение проблем новой дисциплины. Стенограмма этой интересной дискуссии хранится в Государственном архиве Российской Федерации. Среди основных замечаний называется плохое методическое обеспечение, что не удивительно. Приводятся совершенно дикие случаи того, как проводятся эти курсы. Часто, несмотря на отмену обязательного использования «Краткого курса ВКП(б)», многие преподаватели продолжали преподавать по нему, так как им это было удобнее. Из-за этих проблем в ряде вузов курс сокращают до 30-40 часов, и вместо двух семестров его преподают всего один. Требовалось срочное развитие методической работы, в связи с этим на эту работу были переориентированы недавно созданные институты повышения квалификации.

Когда изучаешь документы по становлению этого курса, складывается впечатление, что если бы не высшая воля партии, то преподаватели дисциплины «История партии», которые были основными оппонентами введения «Основ научного коммунизма», добились бы его фактической отмены. Но этого не произошло.

Обсуждение нового курса состоялось 22 декабря 1964 года на объединенной секции по научному коммунизму научного технического совета министерства образования. На ней жестко обсуждается перспектива сохранения научного коммунизма. Например, сотрудник Ленинградского университета позволяет себе эмоциональное выступление, он говорит о слухах о ликвидации этого курса в своем городе: «Мы можем расценить это как отсутствие политического воспитания у разносчиков этого слуха и зараженность культом личности. Так мы должны расценивать этот слух». На что руководитель этого совещания делает ему замечание.

Оттуда же, говорит заведующий только что созданной кафедрой научного коммунизма МГУ Александр Ковалев, «возникло семь новых дисциплин общественных наук, но раздаются голоса, что это было явление временное — введение нового курса, что не пора ли вернуться к старому? Многие появление этой дисциплины стараются подвести под скоропалительное решение».

Это «скоропалительное решение» — отсылка к произошедшему совсем недавно снятию Хрущева. Надо понимать, что совещание происходит в ситуации, когда неясно, сохранятся ли хрущевские инновации в высшем образовании. Но они сохраняются. Пошатнувшиеся было позиции полностью восстанавливает Михаил Суслов — и вопрос о сохранении курса снимается.

Кто стоял за научным коммунизмом

Кроме уже упомянутого Суслова, активно участвовали в развитии новой дисциплины сравнительно молодые люди, например будущий директор Института социологии, известный советский философ Михаил Руткевич. Он и философ, историк Юрий Францев активно участвовали в дискуссиях, а затем в подготовке идейного комплекса этой дисциплины, еще до введения самого курса. Кроме них, активно принимали участие в разработке ученый-философ Александр Ковалев и известный академик, покровитель социологии 1960-х Алексей Румянцев. Академик Петр Федосеев тоже не остался в стороне и позже возглавил коллектив авторов стандартного и поэтому самого используемого учебника по «Научному коммунизму». Для них «Научный коммунизм» — это что-то вроде теории изменений социалистического общества, социология без социологической фактологии, но зато с прогнозом ближайшего будущего. Это то, что нужно было знать о советском обществе, чтобы участвовать в окончательном его превращении в коммунистическое. Не зря же в Третьей программе партии, принятой на XXII съезде КПСС в 1961 году, было дано, наконец, развернутое определение коммунизма.

Тень Мао над СССР

Другим важным фактором курса научного коммунизма становится борьба за лидерство в мировой социалистической системе. В 1962 году значительно вырастает набор иностранцев на обучение в СССР и в это же время происходит расхождение с Китаем. 14 июля 1963 года противостояние КПК и КПСС становится открыто обсуждаемым и публичным, следуют взаимные обвинения и впервые Советский Союз оказывается перед угрозой потери глобального идеологического лидерства в социалистическом мире.

На одном из совещаний 1963 года представители кафедр прямо говорят об активной агитации студентов-китайцев в советских вузах: «Многие кафедры общественных наук были обезоружены тем, что студенты, так или иначе, читали открытые письма и дискуссию между компартиями в печати. Китай распространяет письмо, а преподаватели общественных наук, находящиеся на самой передовой линии борьбы, вынуждены были стоять в стороне».

Есть свидетельство, как китайцы в Ташкентском университете успешно агитировали приехавших на стажировку кубинцев, и пришлось принимать решение о том, как противостоять этому, на уровне руководства вуза. В итоге преподаватели обращаются к руководству с просьбой объяснить, что делать в сложившейся ситуации.

Неожиданно вузовские кафедры общественных наук становятся местом контакта с внешним миром. Если раньше, например, отколовшиеся Югославия или Албания не претендовали на мировое лидерство как центр социалистической идеологии, то теперь Китай начинает идеологическое противостояние уже даже на территории СССР. С этим нужно что-то делать. В октябре 1964 года в МЭИ проходит коллегия, после нее остался весьма примечательный документ — официальное решение коллегии, на котором сохранились правки министра образования, они раскрывают инструментальное назначение кафедры общественных наук: «Следует уделить максимум внимания разоблачению раскольнической деятельности руководителей КПК в международном коммунистическом рабочем движении. Раскрывать существо коммунистической идеологии». Министр вычеркивает «коммунистической» и вставляет вместо этого «нашей».

«В воспитательной работе добиваться того, чтобы воспитывать всех иностранных студентов института в духе идеалов коммунизма». Министр зачеркивает последнюю фразу и пишет — «друзьями Советского Союза».

Так научный коммунизм развивается и становится под воздействием внешнеполитических факторов оружием против учения Мао. В постановлении 1967 года прямо сказано, что одна из задач научного коммунизма — борьба с маоцзэдунизмом: «Преподавателям принадлежит ответственная роль в борьбе против ревизионизма и национализма, против великодержавной антисоветской идеологии маоцзэдунизма».

Со всеми плюсами и минусами научный коммунизм повлиял на весь комплекс общественных наук.

12:1019 августа 2016
Руслан Хасбулатов

«После ГКЧП произошла страшная вещь»

Руслан Хасбулатов о путче 1991 года
09:08 7 июня 2015

«Гитлер поднялся на противостоянии с коммунистами»

Историк Константин Залесский об истоках германского нацизма
00:0328 июля 2016
Мозаичное панно, изображающее дружбу русского и украинского народов, на станции «Киевская» Арбатско-Покровской линии московского метро

«Российская украинистика растет, формируется и зреет»

О чем спорят украинские и российские историки