«Его вряд ли воспитывала бабка»

Кем на самом деле был основатель Киевской Руси князь Владимир

Изображение: В. Навозов. Крещение Руси

Споры о том, кем был князь Владимир, ведутся с давних времен. Исторические источники, повествующие о его свершениях, обрывочны и зачастую противоречат друг другу. Дать более полную картину этой личности в ходе дискуссии, организованной Фондом Егора Гайдара совместно с Вольным историческим обществом, попытались кандидат исторических наук Ирина Карацуба и доктор исторических наук, профессор исторического факультета МГУ Дмитрий Володихин. «Лента.ру» публикует выдержки из их выступлений.

История мифов

Володихин:

Мой взгляд на судьбу и вклад Владимира Святого в русскую историю — это взгляд историка-традиционалиста. Я считаю, что на первом этапе своей деятельности он был удачливым завоевателем, человеком, который в своей деятельности подчинялся языческой нравственности. Что же касается факта крещения, он был и стратегически, и культурно оправдан и принес тот свет, которым впоследствии наполнялись русская история и культура. Это было великое благо.

Кроме того, сам Владимир Святой после крещения стал действительно образцом христианского правителя, более того, — человеком, который стал первым настоящим правителем Руси. Он сделал то, что не делали ни Рюрик, ни Олег, ни Игорь, ни Святослав: перестал быть викингом и начал создавать систему обороны страны от внешних угроз, прежде всего — от хищной степной стихии. Эта стратегия впоследствии себя оправдывала на протяжении многих веков. Владимир Святой — один из лучших правителей за всю историю Русской земли.

Что бы ни говорили о нем через тысячу лет, тогда князь сделал то, что было важно и нужно для Руси. Помним ли мы его сейчас, не помним ли, мажем чем-нибудь черным или раззолачиваем — для его судьбы это абсолютно неважно. Он уже состоялся как правитель, креститель, полководец.

Карацуба:

Все, наверное, помнят приснопамятный проект «Имя России 2008». Тогда фигура князя Владимира не вошла даже в топ-50 имен, которые для россиян были значимы, в отличие, скажем, от его сына Ярослава Мудрого, Дмитрия Донского и Александра Невского.

Дмитрий как-то употребил очень хороший образ: сказал, что прошлое следует воспринимать как мозаику из смальты. Предположим, она состоит из ста кусочков, и 95 мы вынимаем. У нас остались пять кусочков, и по ним мы пытаемся восстановить мозаику.

Имеющиеся в нашем распоряжении источники, на основе которых мы можем создавать не мифы, а что-то реальное, — это в основном «Повесть временных лет», которая была написана в Киеве в начале XII века, а князь Владимир — это последняя треть X — начало XI века. Да, она опиралась на какие-то не дошедшие до нас летописные своды конца XI века. Понятно, какое тут отставание в источниках: они описывают то, что было 100-150 лет назад, причем делают это практически в бесписьменных условиях. Да, есть западные источники — византийские, латинские, арабские, армянские и так далее, которые противоречат друг другу, темны, скудны и нуждаются в толковании.

В общем, с источниковедением все плохо, поэтому фантазия историков, писателей, публицистов и прочих политтехнологов разгуливается. Конечно, невозможно отрицать значение фигуры Владимира в крещении Руси. Но тут перед нами встает очень большая проблема — последствия принятия Русью христианства в его византийском варианте. К тому же я вообще не уверена, что к этому образованию конца X — начала XI века можно применять термин «государство». Так что, говоря о князе Владимире, мы вступаем в область истории мифов.

Предание о выборе веры Владимиром, который нам дает «Повесть временных лет», — это красивая легенда, скорее имеющая отношение к конфессиональному окружению Руси, а не к тому, что происходило на самом деле. Степенью своей торговой, военной, дипломатической близости к Византии Древняя Русь была предопределена к принятию христианства в его восточном варианте. Хотя были не очень ясные для нас попытки связи с латинскими землями и у Ольги, и у Ярополка. Но, как говорил Карамзин, «что быть могло, но стать не возмогло». Я думаю, что ни мы, ни Украина не являемся наследниками Киевской Руси. Это было совершенно другое образование. В плане культуры — может быть, да. Тот «свет», о котором говорил Дмитрий. Но проблема в том, что и тьмы там было очень много.

Володихин:

Если говорить о том, помнили его раньше или нет, то можно выйти на станции метро «Китай-Город», пойти к Старосадскому переулку, и как раз напротив Иоанновского монастыря будет церковь Святого Владимира. Она была построена не в 2014 году, а в XVII веке, и канонизация его произошла достаточно рано — видимо, в XIII веке. Он вошел не только в летописи, но и в огромное количество других памятников, и историки XIX века о нем помнили.

Действительно, наследие Владимира Святого не принадлежит России, Украине или Белоруссии, оно принадлежит всем трем восточнославянским народам в равной степени, потому что Древняя Русь времен князя Владимира располагалась и на территории современной России, и на территории современной Белоруссии, и на территории современной Украины. Все эти три страны в своем вероисповедании сейчас преимущественно православные.

Два Владимира

Владимира причислили к лику святых позднее, не при жизни. Многим перемены в его личности кажутся психологически недостоверными. Но если смотреть хронологию действий Владимира Святого, перемены эти кажутся достаточно продуманными, прочувствованными. Он размышлял о том, какая вера нужна, как переменить ум и отойти от язычества. Расспрашивал людей, которые побывали в других странах и познакомились с сутью иных вер. Был и торг с Константинополем, достаточно прозаический в политическом отношении.

Уже крещеный Владимир нападает на Корсунь, христианский город. После этого он решает очень тяжелый вопрос расставания с предыдущими женами. Это происходило не за день, не за неделю, не за месяц. Можно ли измениться за полгода, год? Я думаю, да.

Что касается причин выбора ориентации на Константинопольскую империю, в этом существовало достаточно выгод. Но давайте вспомним, что христианство на Руси было и до Владимира Святого. В Киеве уже стояла Ильинская церковь, бабка князя была крещеной, и именно она воспитывала детей. В городе было достаточно христиан. Дружинники были христианами, и это христианство было именно восточным, потому что первое Малое крещение произошло не в X веке, а за сто лет до того. Конечно, это было органично, естественно — сделать то, к чему уже вся история (и семейная, и государственная) подготовила.

Карацуба:

Мне это представляется мифом: вряд ли его воспитывала бабка, потому что мальчиков у древнерусских князей, как правило, воспитывали специально выделенные мужчины. Святослав с дружиной смеялся над христианством Ольги. Может быть, это так, а может, и нет, но нельзя об этом говорить с такой уверенностью, словно все так и было.

Володихин:

Вы уверенно говорите, что Святослав над этой верой смеялся. Давайте посмотрим, откуда исходит ваша уверенность и моя уверенность. Мы апеллируем к одному и тому же эпизоду — 962 год, осада печенегами Киева. Святослава в Киеве нет, причем давно. Вместо него правит Ольга, потому что летописи называют ее правительницей, замещающей Святослава. При ней внуки. Она фактически отражает нашествие печенегов совместно с воеводами ушедшего воевать сына. После этого эпизода, когда Святослав все-таки возвращается, Ольга просит его креститься, он смеется и отказывается, но при этом жизни его остается на копеечку, и эта жизнь уйдет без возврата в дальних краях. А Ольга остается в Киеве, и внуки при ней. Поэтому их детство и юность проходили с ней, а не со Святославом.

Полулегендарный князь

Карацуба:

Князь Владимир — историческая фигура. Конечно, есть фигуры совсем легендарные, такие как Рюрик. О Владимире мы все же больше знаем. Но все, что мы о нем говорим, должно сопровождаться немыслимым количеством оговорок. Мы не знаем дату и место его рождения. Мы не знаем, где и когда он крестился. Да, скорее всего, действительно под Киевом, но кто знает на самом деле? Мы можем гадать о мотивах принятия им христианства, о степени осознанности, о том, было ли это вызвано духовными причинами или чисто политической конъюнктурой, когда рыхлый конгломерат славянских, финно-угорских и прочих племен под эгидой Киева просто разваливался, и нужен был более прочный пояс, нежели пантеон шести или семи языческих богов, который Владимир воздвиг при первой религиозной реформе.

А почему, если он такой благоверный христианин, князь остался в истории и был канонизирован с языческим именем, а не с христианским именем Василий? Да, с его бабкой получилось так же, она была Еленой после крещения, и это тоже как-то странно. Когда его канонизировали, мы тоже не знаем. Да, может быть в конце XIII века, а может, и позже. Да, он принял христианство, крестил небольшое количество киевлян, а потом Добрыня крестил новгородцев с известными последствиями. Основой духовной жизни Руси эта религия становится только к веку XIV.

Вот мы тут про свет говорили — правильно, был свет, но было и много всего остального. Возникли такие поговорки как «Кто по латыни научился, тот в ересь уклонился», «Не чти много книг, да не впадеши во ересь». Мы любим и почитаем святых Кирилла и Мефодия, но в результате перевода Евангелия и служб на славянский язык мы отгородились от западного мира. Семь Вселенских соборов — это хорошо, но никакой схоластики с богословием не получилось, не получилось острого спора, развития богословской мысли вплоть до XIX века. Много чего не получилось. А у истоков всего этого стоит князь Владимир. Но он, естественно, был, есть и будет в любом школьном учебнике, в любом университетском курсе.

У истоков

Я не связываю с князем Владимиром всю нашу дальнейшую историю. Я как раз считаю, что значение этой личности, по-своему замечательной, сильно преувеличено. Государство погрузилось в пучину дикой кровавой резни после его смерти, и это он подготовил фактически своими собственными руками. Христианство, принятое при нем, не было похоже на нынешнее. Но где-то далеко, в мифологической тьме, он стоит у истоков государства.

Володихин:

Я считаю, что Владимир стоял у истоков русской цивилизации, и тут меня поддержит известный историк, автор книги «Владимир Святой», доктор исторических наук Сергей Алексеев. Имя князя громко звучало не только в XI веке, но и в последующие века. Хотелось бы напомнить, что когда при митрополитах Макарии и Афанасии создавалась «Степенная книга», Владимир Святой занял в ней центральное место — место отсчета всего, что происходило дальше.

Обсудить
Наука и техника

Разумная роскошь

Больше не нужно выбирать между красотой и функциональностью
Иссам ЗахреддинХалифат убери
Сирийский терминатор три года косил джихадистов, но взорвался в день победы
Шпион, разлогинься
Мировые корпорации породили свои ЦРУ и КГБ, но проиграли интернету
«Мне довелось убивать русских»
Жажда крови, шепот смерти и грязная работа головорезов в Сирии
Белая смерть
Кто стоит за самой кровавой стрельбой в истории Америки
Смерть в песках
Зачем богатейшие страны мира устроили кровавую мясорубку в нищем Йемене
Несите нейрализатор
Тест Citroen C3 Aircross: поможет ли бывшему компактвэну статус кроссовера
Офф-топчик
Какие кроссоверы и внедорожники в сентябре покупали лучше других
Редкие машины, которые вытащили с того света
Автомобили, возрожденные из пепла
Машины против всех
Автомобили против снегоходов, лошадей и других неожиданных противников
Братва помнит
Чем украшают могилы криминальных авторитетов
Интим предлагать
Секс стал способом решения квартирного вопроса
«Я тупо решила, что теперь ем одну гречку»
Одинокая мать год сидела на крупе, чтобы накопить на квартиру
Раз, два, взяли!
Жилье в Крыму пока еще можно купить за копейки