«Телега» есть? А если найду?

Полицейские ищут на телефонах россиян Telegram и нарушают закон. Что делать?

Фото: Андрей Луковский / «Коммерсантъ»

Из российских регионов поступают жалобы на полицейских, которые без законных оснований отбирают у граждан смартфоны в поисках неблагонадежного мессенджера Telegram. Анонимные источники в полиции подтверждают эти факты и говорят, что таким образом они выслеживают наркодилеров и закладчиков. Те выбрали мессенджер из-за его системы шифрования, неподвластной российским спецслужбам. Не имея других возможностей, стражи порядка просто забирают у граждан их мобильные для досмотра. Многие жертвы таких проверок заявляют о явном превышении полномочий полицейскими и вторжении в частную жизнь. «Лента.ру» пообщалась с теми, кого полицейские «проверили на Telegram», и выяснила, как вести себя в случае, если страж порядка настойчиво требует у вас телефон.

«На этой точке многих повязали»

В конце сентября в Смоленске заговорили о том, что полицейские проверяют у горожан смартфоны на наличие Telegram. По данным местных СМИ, мессенджер попал под прицел стражей порядка из-за популярности у наркоманов и закладчиков, иногда ленящихся удалять чаты с данными о местах закладок с наркотиками. Источник в правоохранительных органах тогда отмечал: за Telegram закрепилась нелучшая репутация, а благодаря внезапным проверкам мессенджера в Смоленске даже поймали нескольких наркоторговцев.

Вскоре истории о «проверках на Telegram» стали приходить из самых разных уголков России, их стали широко обсуждать в сети. Одним из тех, чьим смартфоном заинтересовались полицейские, стал блогер Руслан Денисюк.

— Дело было в Красноярске, — рассказывает он в беседе с «Лентой.ру». — Однажды ночью, после рабочего дня я ждал автобус на остановке и решил зайти погреться в ближайшую аптеку. Там листал ленту в телефоне, никому не мешал и был уверен, что и меня никто не потревожит. Внезапно в помещение вбежал какой-то человек.

Как ни странно, он направился прямиком ко мне и, представившись сотрудником полиции, велел показать документы. Возник справедливый вопрос: с чего вдруг я обязан это делать? В ответ он достал красную корочку и сказал: «Сейчас найду тебе повод». По идее этот документ мог быть и пропуском в общежитие, ведь так называемый сотрудник его даже не открыл, но аргумент был убедительный — я не на шутку перепугался.

Варианта было два: согласиться на его требования и мирно разойтись, либо нажить себе проблем. Закрывать меня не за что, а ехать в участок для выяснения обстоятельств точно был не вариант. Я неоднократно слышал, что если полицейские захотят что-то найти, они это сделают, и показал паспорт. Где-то с минуту он сравнивал мое лицо с фото в документе, после чего стал заполнять какую-то бумагу. Полицейский сказал, что на этой точке его коллеги многих повязали за наркотики, а я, видишь ли, тут стою и с кем-то переписываюсь.

«Я личное смотреть не буду — только по факту»

— После объяснения, что запрещенные вещества мне доводилось видеть только по телевизору, этот тип спросил, есть ли у меня Telegram, — продолжает Руслан Денисюк. — Каким-то образом, в полиции узнали — именно там происходят все «движения». Он стал докапываться, зачем мне этот мессенджер. Вопрос откровенно глупый — им удобно пользоваться, у меня там рабочая группа. Я понял, что отпускать меня не собираются и, указав на случайный автобус, собирался уехать, но полицейский мне не позволил.

Хоть наркобизнес мне неинтересен, в Telegram были группы с мемами, которые могли натолкнуть на эти мысли, к тому же личные переписки, которые никому не хотелось показывать. Телефон в руки полицейский брать не стал, просто сказал открыть сообщения. Я показал рабочую группу и стал молиться, лишь бы не прошло никакое обновление, к которому можно прицепиться. Сотрудник регулярно что-то помечал, а потом увидел диалог про деньги с моим коллегой.

Дальше последовала новая порция вопросов: это кто? О каких 5000 рублей речь? Как только с этим разобрались, мне позвонила мама. Пока мы разговаривали, полицейский продолжал выписывать данные из документов. Воспользовавшись моментом, я быстро закончил разговор и начал удалять диалоги и группы. Внезапно он оторвался от бумаги и выдал фразу: «Странное у тебя имя, вроде где-то фигурировало… А фотогалерея есть?»

Я уже в откровенном недоумении — это-то ему зачем? Но затем понял: там он рассчитывал найти фото с местом закладки наркотиков. Вот только вместо них в папках были наши с девушкой личные фото. Наверное, на моем лице отразилось замешательство, и полицейский «прояснил»: «Я личное смотреть не буду — только по факту». Мне уже просто хотелось домой, поэтому решил не спорить.

Убедившись, что в телефоне нет ничего криминального, он и сам переживать начал. Пора было заканчивать с этим фарсом, поэтому я забрал свой паспорт прямо у него из рук, напоследок выслушав лекцию о вреде наркотиков. Уже в автобусе посмотрел на время и понял, что свою невиновность мне пришлось доказывать минут 20.

«Органы не могут получить переписку»

Telegram в России успел наделать много шума в нынешнем году. В середине апреля Таганский районный суд Москвы постановил заблокировать мессенджер в России за отказ предоставить ФСБ ключи шифрования, позволяющие читать переписку пользователей. Глава Роскомнадзора Александр Жаров заявил, что основатель мессенджера, Павел Дуров, занял нейтральную позицию в плане террористов и преступников, которые пользуются Telegram. Власти полагали, что с мессенджером покончено, но его блокировка в конце концов так и не удалась, и сегодня он работает как ни в чем не бывало.

По мнению основателя сообщества «Омбудсмен полиции» Владимира Воронцова, с противодействием незаконному обороту наркотиков в России дело всегда обстояло непросто, а появление мессенджеров проблему лишь усугубило.

— Современные закладчики заметно эволюционировали, по сути, это наркомафия, — объясняет Воронцов. — Минимальный доход в наркобизнесе — пять тысяч рублей в день. Естественно, люди на это клюют и стараются заработать как можно больше, занимаясь распространением. К тому же им проводят инструктажи по безопасности, учат, как использовать смартфоны и скрывать хранящуюся на них информацию. Telegram позволяет создавать секретные чаты с таймером на удаление, поэтому органы не могут получить переписку, и закладчики этим пользуются. На сегодняшний день Telegram — это отдельное СМИ, которое не подконтрольно никому.

Впрочем, Воронцов уточняет: в незаконных целях используется отнюдь не один Telegram. Злоумышленники прибегают к самым разным технологиям связи, а потому рассматривать детище Павла Дурова как источник всех бед было бы неверно.

— Был случай, когда террористы общались через Sony Play Station, создав игру на двоих, — говорит собеседник «Ленты.ру». — Та же картина вырисовывается в социальных сетях, системах интернет-телефонии и мобильных приложениях. У того, кто задумал что-то недоброе, есть широкий выбор.

«Мне так и ответили: "Что-нибудь запрещенное"».

Многие из тех, кого полицейские проверяли на Telegram, теряются в догадках, почему из толпы прохожих именно они привлекли внимание сотрудников. Так, в стрессовой ситуации на вокзале в Сочи оказался Иван Старцев.

— Мы с женой прошли рамки досмотра и уже были на полпути к своему поезду, когда к нам подбежал человек в штатском и, показав удостоверение, попросил пройти с ним, — вспоминает он. — Я, конечно, удивился, почему мы его заинтересовали. Сразу подумал на свою броскую одежду и татуировки. Нас привели к посту, где сидели трое полицейских в форме, и попросили паспорт. Жене никаких требований не предъявляли, но велели оставаться на месте.

Проверка документов закончилась, до отправления поезда оставалось всего 10 минут, и тут меня попросили разблокировать телефон. В любой другой день я бы обязательно разобрался, законно ли происходящее, но из-за спешки согласился — скрывать мне все равно нечего. На основной странице среди прочих иконок высветился Telegram. Сотрудник сразу ее нажал со словами: «Меня ваши личные переписки не интересуют. Просто полистаю».

За этим занятием он провел несколько минут, вскоре мне это надоело, и я спросил, что он вообще там рассчитывает найти. Мне так и ответили: «Что-нибудь запрещенное». Объяснив про скорый отъезд, мы стали его поторапливать, но полицейский только разводил руками. Проматывая мои контакты, он периодически спрашивал: «Кто такой Сергей Фред? А Ильдар?» Я отвечал, что это мои друзья. После просмотра почти всей истории переписок, нас поблагодарили и отдали телефон, а на поезд мы вскочили в последнюю минуту. После такого невольно задумаешься, что делать, если опять остановят. Кстати, о схожих ситуациях мне потом рассказали и некоторые знакомые.

Комментируя подобные инциденты, Владимир Воронцов объясняет: причины остановить конкретного гражданина у оперуполномоченного могут быть самые разные, но место, где это происходит, никогда не выбирают случайным образом. На него могут указывать материалы уголовного дела или ориентировка, полученная от информаторов.

— Сотрудник вряд ли подойдет к семье с бабушкой и маленькими детьми, которые несут шарики и едят мороженое, — объясняет основатель сообщества «Омбудсмен полиции». — Из толпы выцепляют людей, которые внешне подходят под описание наркоманов. При этом опер имеет право ходить в гражданке, так как действует в рамках закона об оперативно-разыскной деятельности, а конспирация — один из ее принципов.

В первую очередь полицейские записывают в наркоманы тех, кого отличает худоба, кожная сыпь на лице, мешки под глазами, пошатывающаяся сгорбленная походка и одежда с капюшоном, скрывающим лицо. Впрочем, как отмечает источник «Ленты.ру» в правоохранительных органах, даже если таких признаков нет, человека все равно могут задержать: как вариант — из личной неприязни. В таких случаях основание для задержания — данные своего информатора — сотрудник может взять из головы, записать левой рукой и приобщить к делу.

«Знакомого стали допрашивать, откуда он взял телефон»

По словам юриста Павла Чикова, представляющего интересы Telegram в суде, проверки смартфонов абсолютно незаконны и говорят о превышении полномочий со стороны полицейских. Когда один из них просит предъявить телефон, у него должны быть для этого веские основания — данные о совершенном нарушении закона или наличии запрещенных вещей. Но в таком случае речь идет о полноценном задержании с соблюдением строгих требований по оформлению и правом на компенсацию морального вреда, если подозрение не подтвердится.

— Все прописано в статье 13 — о досмотре граждан и предметов — закона «О полиции» и в статье 27.7 КоАП РФ о личном досмотре, — рассказывает Павел Чиков. — Полицейские обязаны составить протокол и привлечь двух понятых, которые не имеют отношения к делу. Если сотрудник обязует кого-то против воли предоставить телефон, а потом начинает в нем рыться, это нарушение конституционных прав граждан на неприкосновенность личной переписки. Каждый имеет право на тайну телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и прочих сообщений. Исключение допускается лишь по решению суда. Человек, столкнувшийся с незаконными требованиями, имеет полное право обратиться с жалобой в надзорные органы или в соответствующее подразделение собственной безопасности системы МВД России.

Между тем в историях с проверками на Telegram есть интересный нюанс: если остановленный на улице человек отказывается показать и разблокировать смартфон, у полицейских сразу же возникают формальные основания подозревать, что гаджет украден. О подобной ситуации рассказал самарский видеоблогер Денис Акимов:

— Я делаю обзоры на технику Apple и тесно сотрудничаю с одним из специализированных магазинов в нашем городе, — говорит Акимов. — Во время ЧМ-2018 мне довелось консультировать покупателя, который приобретал последний на тот момент iPhone X. Мы обменялись контактами, вдруг ему понадобится дополнительная помощь с настройкой.

В скором времени он позвонил и рассказал, как его остановили на посту ДПС, на одной из главных улиц Самары, и после проверки документов попросили предъявить телефон и открыть Telegram. Дальше все развивалось следующим образом: моего знакомого стали допрашивать, откуда он взял телефон, а потом заявили, что вероятно, тот украден. В итоге дорогостоящую вещь попросту изъяли до момента, пока не будет доказан факт покупки.

Пока я и другие продавцы пытались решить вопрос с дубликатом чека, он позвонил еще раза четыре, потому что телефон наотрез отказывались возвращать. Полагаю, в итоге он просто нашел оригинал и получил его назад. Ситуация неприятная, но это в любом случае лучше, чем бездействие со стороны сотрудников в ответ на ситуацию с наркотиками и терроризмом. Если власти не способны контролировать этот мессенджер, то может, он здесь и не нужен.

«Прямого распоряжения проверять Telegram руководитель не даст»

Несмотря на многочисленные свидетельства очевидцев, 7 октября МВД России официально заявило, что распространяемые в сети сведения о «массовых проверках мобильных телефонов граждан в целях выявления установленных на них мессенджеров и ознакомления с личной перепиской» не соответствуют действительности.

Действующие сотрудники полиции, опрошенные «Лентой.ру», отказались давать комментарии о том, поступали ли им незаконные распоряжения по проверкам на Telegram, объяснив это своим страхом перед руководством и нежеланием потерять должность. Прокомментировать ситуацию согласился бывший полицейский Анатолий (имя изменено), ушедший со службы несколько месяцев назад. По его наблюдениям, среди оперуполномоченных встречаются идейные борцы с преступностью, готовые ради общего блага незаконно проверять смартфоны, но куда чаще прибегающие к этому методу сотрудники являются заложниками палочной системы.

— В соответствии с приказом МВД России №1040, вопросы по контролю эффективности сотрудников решаются путем общего подсчета результатов территориальных органов, — рассказывает Анатолий. — Несколько районов одного округа могут конкурировать между собой по числу раскрытых преступлений или проведенных мероприятий. Ради высокого рейтинга руководители готовы на многое, ведь за призовое место положена премия на отдел. Они смотрят, каких показателей не хватает, и призывают подчиненных брать на них установку. Прямого распоряжения проверять Telegram руководитель не даст, зато доступно объяснит: за день нужно найти двоих за хранение и одного сбытчика. Как именно, уже не его проблемы.

Бывший полицейский добавляет, что, когда речь идет о пресечении распития алкоголя в общественных местах, за неделю сотрудники могут составить на одного алкоголика два-три протокола и самостоятельно уплатить штрафы для лучшей отчетности. Но с наркотрафиком дело обстоит сложнее: как правило, по 100 делам о наркотиках взять удается одного распространителя, задержав для этого 10-15 человек. Полицейские ищут преступников всеми возможными способами и нередко от отчаяния и нежелания попасть в черный список у руководства идут на крайние меры, одна из которых — как раз проверка смартфонов на Telegram.

«Чем больше на вас информации, тем вы уязвимее»

Так как же быть, если полицейский захочет проверить у вас Telegram? По мнению Павла Чикова, готовность исполнять незаконные требования чревата распространением порочной практики.

— В такой ситуации я бы действовал следующим образом: отказался предоставить телефон и вежливо предложил оформить все в соответствии с законом, будь то протокол задержания или протокол досмотра, а также попросил бы пригласить двоих понятых, — советует юрист. — Следующим шагом стал бы звонок моему адвокату с просьбой сразу приехать на место происшествия. Важно не провоцировать сотрудника на агрессивные действия, так как у полицейских может сработать рефлекс на задержание с применением физической силы. Разговаривать вежливо и корректно, но при этом настойчиво.

Владимир Воронцов, в свою очередь, советует фиксировать происходящее на видео и сразу же постараться обратить на себя внимание окружающих. Дело в том, что наличие записи — это факт, который невозможно опровергнуть в случае дальнейших разборок со следствием, а окружающих можно привлечь в качестве свидетелей. Но в случае, когда гражданин по собственной воле дает телефон сотруднику в руки, он сразу же теряет возможности для защиты. Кроме того, в такой ситуации многое начинает зависеть от субъективного восприятия и правовой грамотности конкретного сотрудника полиции.

— Закладчики часто используют разные методы шифрования, и двоякие фразы в переписках нередко дают стражам порядка повод думать, что человек может быть причастен к обороту наркотиков, — говорит собеседник «Ленты.ру». — В любом случае, я не рекомендую уступать и соглашаться на проверку телефона. Чем больше о вас информации, тем вы уязвимее.

Впрочем, в случае незаконных действий полицейских уязвимыми становятся и сами стражи порядка, которые могут понести наказание за превышение должностных полномочий. В соответствии с нормами закона «О полиции» ни одно нарушение не может быть оправдано сотрудником МВД на основании того, что он действовал, выполняя приказ или (тем более) из личной выгоды. Именно поэтому полицейским, не желающим проблем на службе, стоит также избегать неоднозначных ситуаций и документально фиксировать свои действия.

— Когда поступает жалоба на незаконную проверку, оперуполномоченный в попытке избежать ответственности за свои действия может попытаться представить все таким образом, будто гражданин сам показал ему телефон, — объясняет Воронцов. — Если ситуация спорная, огромную роль играют отношения полицейских руководителей и надзорных органов конкретного района. Если они хорошие, решение будет в пользу полицейского, если плохие — у жертвы незаконной проверки может появиться шанс отстоять свою правоту. Это как лотерея для обеих сторон, поэтому просчитывать свои действия стоит начинать сразу же после того, как вас остановил полицейский.

Обратная связь с отделом «Силовые структуры»:

Если вы стали свидетелем важного события, у вас есть новость или идея для материала, напишите на этот адрес: crime@lenta-co.ru
Больше важных новостей в Telegram-канале «Лента дня». Подписывайтесь!