Новости партнеров

Под колпаком у Хэйдена, или Почему американцев не предупредили об 11 сентября?

Глава АНБ потребовал от Конгресса дополнительных средств, сотрудников и полномочий

В прошлый четверг глава одной из самых закрытых организаций в структуре государственной безопасности США - Агентства национальной безопасности (National Security Agency) - выступил перед членами американского парламента с публичным отчетом о деятельности своих подчиненных. По словам генерал-лейтенанта Майкла В. Хэйдена (Michael V. Hayden), ему приходится делать это уже второй раз за два года, тогда как в прежние времена глава АНБ всего однажды вынужден был держать ответ перед конгрессменами, причем было это в середине 70-х годов, когда его организацию заподозрили в активном нарушении прав человека на территории США. Как заметил Хэйден, тогда, четверть века назад, его предшественнику пришлось нелегко - будучи подвергнут "допросу с пристрастием", он вынужден был признать ошибки, в результате чего деятельность АНБ оказалась обставлена большим количеством ограничений, которые делали ее подотчетной всем трем ветвям американской власти.

Однако теперь Хэйден собрался взять реванш за старые поражения. Выступая перед Объединенной следственной комиссией, в которую входили члены специального сенатского комитета по вопросам разведки и постоянного специального комитета Палаты представителей по вопросам разведки, он поставил вопрос ребром: теперь, после 11 сентября 2001 года, не пора ли поступиться правами человека ради большей безопасности?

Правда, сперва генералу Хэйдену пришлось ответить на целый ряд неприятных вопросов. Прежде всего Объединенную следственную комиссию интересовало, что именно АНБ знало о готовящихся сентябрьских терактах. А также почему, если информация о том, что пособники бин Ладена намеревались протаранить здания Всемирного торгового центра, в распоряжении специалистов АНБ все же имелась, эта структура не поделилась данными с теми, кто мог их остановить.

"К сожалению, АНБ не располагало данными о том, что "Аль Каеда" готовится напасть на Нью-Йорк или на Вашингтон, что она вообще планирует теракты на территории Соединенных Штатов. Сказать по правде, вплоть до 11 сентября АНБ вообще не знало, что террористы находятся в Америке", - честно признался Хэйден. Но тут же объяснил, почему так произошло.

По словам Хэйдена, в течение летних месяцев 2001 года его служба получила около 30 предупреждений о том, что в ближайшем будущем против Соединенных Штатов затевается что-то серьезное. Все эти сообщения были тщательным образом проверены, но ни одно не было непосредственно связано с террористами. К тому же, заметил глава АНБ, слово "вскоре" в устах информаторов может означать что угодно - от "завтра" до "в неопределенном будущем".

Хэйден упомянул и о тех слухах, которые усиленно муссировались в прессе вскоре после терактов: якобы незадолго до того, как "Боинги" врезались в здания ВТЦ и в Пентагон, его сотрудники получили сразу два сообщения, в которых говорилось о планах террористов. Однако, заверил слушателей Хэйден, все было не совсем так. Сообщения действительно были получены, и исходили они от лиц, связанных с террористами, но в них не были указаны ни время, ни место, ни характер предполагаемых терактов. Не говорилось в них также и о том, что в качестве оружия террористы намерены использовать захваченные гражданские самолеты.

Посетовав на то, что из-за излишнего рвения прессы секретные данные и сведения о методах работы АНБ стали достоянием общественности, Хэйден отметил, что приписать случившееся нерасторопности и лени сотрудников его агентства могли только люди, не знакомые с характером деятельности этой организации.

"Несколько тысяч раз в день нашим сотрудникам, к которым стекается разведывательная информация, приходится отвечать на очень непростые вопросы: от кого исходят сведения? Насколько компетентны эти люди? В какой части перехваченного разговора встречаются ключевые слова или фразы? Какова реакция собеседника на них? Какие мировые и местные события могли спровоцировать их? (Достаточно вспомнить, что за день до терактов 11 сентября был убит лидер Северного альянса Ахмад Шах Масуд.) Был ли разговор целиком посвящен этим событиям и какие его фразы связаны с ними?"

Но эти и подобные им вопросы, утверждал Хэйден, волнуют лишь сотрудников низшего звена. "А если вы отвечаете за деятельность АНБ в целом, то вам потребуется знать также и то, где именно была собрана информация, кто из информантов является объектом нашего специального внимания, сколько звонков в день поступает из данной местности и на каких языках переговариваются информанты? На хазарейском? Урду? Пуштунском? Узбекском? Дари? Арабском? И далее - нужен ли тут машинный переводчик или придется прибегать к помощи специалиста? А если такая машина найдется, справится ли она с разговором, участники которого переходят с языка на язык? Позволяют современные технологии обрабатывать поток речи целиком или необходимо сперва разбить его на части? А когда, наконец, все будет обработано, остается решить, как оценивать поступающую информацию - в хронологическом порядке или, наоборот, от самых последних сообщений к предыдущим".

Таким образом, суммировал Хэйден, не зная условий, в которых трудятся его сотрудники, посторонние лица не в состоянии правильно оценить уровень их компетенции и усилия, которые они прикладывают для борьбы с терроризмом.

А усилия эти, считает Хэйден, велики, хотя и не всегда эффективны. Причем, недвусмысленно намекнул глава АНБ, виной тому часто бывают журналисты, способствующие утечке секретной информации в прессу. "Все вы знаете, насколько уязвима наша работа и как усилия разведчиков, измеряемые миллионами вложенных долларов и тысячами человеко-часов работы, сводятся на нет за один вечер, когда в какой-нибудь газете появляется статья с рассказом о секретных методах сбора информации... Так, до сих пор трудно оценить урон, который был нанесен нашей борьбе против терроризма после того, как в 1998 году Осама бин Ладен и его сообщники прекратили пользоваться телефонами, узнав из прессы о системе перехвата звонков".

Из всего сказанного генерал Хэйден сделал однозначный вывод: главный урок, вынесенный сотрудниками АНБ из терактов 11 сентября, заключается в том, что их служба, в общем, идет верным путем. А именно - выкачивает из карманов налогоплательщиков все новые и новые средства на техническое перевооружение, чтобы не отставать от постоянно развивающихся современных средств коммуникации, которые, попадая на массовый рынок, сразу же становятся доступны террористам и другим врагам Америки: "Нам приходится идти в ногу с глобальной телекоммуникационной революцией - возможно, наиболее драматичной революцией в мире средств связи со времен изобретения Гутенбергом наборного шрифта".

Так случилось, посетовал Хэйден, что его организация вынуждена была на треть сократить свой штат и бюджет в течение 1990-х годов - то есть как раз в то время, когда электронные сообщения и мобильная связь стали вытеснять такие привычные средства массовой коммуникации, как обычный телефон, телеграф и другие. Так, указал Хэйден, количество пользователей мобильных телефонов во всем мире за указанное десятилетие возросло в 50 раз - с 16 до 741 миллионов человек, а число пользователей сети Интернет увеличилось аж в 90 раз - с 4 до 361 миллиона. Не говоря о том, что объем разговоров по обычному телефону за 1990-е возрос с 38 миллиардов минут до ста миллиардов. А в этом году, по оценкам Хэйдена, население Земли потратит только на междугородние звонки 180 миллиардов минут.

В этих тяжелых условиях, отметил шеф АНБ, ему удавалось не только поддерживать уже существующие технические программы, но и ежегодно вкладывать 200 миллионов долларов в развитие новых - и это притом, что эти деньги представляли собой едва ли треть суммы, которая нужна для настоящего технического перевооружения. Хэйден напомнил, что еще в феврале 2001 года, когда его приглашали выступить перед телезрителями телеканала CBS News, он заявил, что Осама бин Ладен и "Аль Каеда" значительно опережают АНБ по уровню технического развития. "Я сказал тогда, что "Аль Каеде" не нужно разрабатывать собственную телекоммуникационную систему. Им достаточно воспользоваться плодами капиталовложений, которые в этой области индустрии ежегодно составляют 3 триллиона долларов".

Далее, отметил Хэйден, он должен отчитаться в том, чем его служба занималась после терактов. Прежде всего, речь идет о более тесных связях с американскими производителями новейшего телекоммуникационного оборудования, которые охотно подписывают многомиллионные контракты с АНБ. Если до этого разведчики в целях безопасности предпочитали разрабатывать спецсредства самостоятельно, то теперь они больше полагаются на внешних партнеров. Так, если в этом году на собственные исследования ушла треть бюджета АНБ, то в следующем году на эти же цели планируется выделить всего 17%.

Кроме того, пожаловался глава АНБ, его организация испытывает острую нехватку в специалистах, в частности - переводчиках со знанием восточных языков. При этом Хэйден отметил, что в этом году разведчики вели успешную рекрутинговую политику. В 2002 году в ряды АНБ вступили 800 новых сотрудников, еще полторы тысячи планируется принять на следующий год, а всего после терактов 11 сентября 2001 года его кадровая служба получила 73 тысячи резюме.

Ну и наконец Хэйден вспомнил о том, как два года назад он уже появлялся перед членами Конгресса, которые задали ему один главный вопрос: не вступит ли деятельность его агентства в противоречие с основными правами человека на тайну частной жизни. "Тогда я ответил, - нисколько не преувеличив и не вызвав ничьего неудовольствия, - что если бы сам Осама бин Ладен пересек Ниагарский водопад, попав из канадской провинции Онтарио в штат Нью-Йорк, он оказался бы под защитой американских законов, с которыми даже я вынужден был бы до определенной степени считаться, - заметил глава АНБ. - Вот почему я снова вынужден появиться перед вами, чтобы объяснить, что мое агентство знало и чего не знало о 19 будущих угонщиках самолетов, которые находились в Штатах на законных основаниях".

Однако теперь ситуация изменилась. "Беседуя со своими подчиненными вскоре после 11 сентября, я сказал, что свободный народ постоянно должен выбирать, где должна пролегать граница между свободой и безопасностью, и еще я сказал им, что в результате этих терактов американцы наверняка потребуют большей безопасности. И я поставил перед ними трудную задачу: мы должны защитить свободу Америки, сделав ее безопаснее".

Словом, у генерала Хэйдена уже сегодня есть все шансы войти в учебники по истории США. Он не только стал единственным главой АНБ, которому довелось дважды выступать на открытых слушаниях в Конгрессе, но еще ухитрился в ситуации, когда его служба показала себя неспособной справиться со своими прямыми обязанностями и предотвратить одну из самых ужасных катастроф, какие выпадали на долю американцев, не только заявить, что все идет хорошо, но и потребовать себе дополнительных денег, сотрудников и полномочий. Особенно жалко в этой ситуации простых американцев. Попадет ли в кого-нибудь из них следующий "Боинг", угнанный очередными арабскими террористами, еще неизвестно, а вот оказаться под колпаком у АНБ, не признающей ничьих прав на частную жизнь, им всем грозит в самом ближайшем будущем.

Другие материалы