Новости партнеров

Ювенальный тупик

Малолетки безнаказанно совершают преступления. Почему им все сходит с рук?

Кадр: фильм «Класс»

В российской ювенальной юстиции наметилась серьезная проблема: все чаще преступления совершают дети, не достигшие возраста уголовной ответственности. Цифры по стране пока невысокие, но тенденция уже заметна. В связи с этим все громче звучат заявления о необходимости снижения возраста уголовной ответственности — до «сталинских» 12 лет. Сегодня за тяжкие и особо тяжкие преступления начинают судить с 14 лет, но год назад в Госдуму поступил законопроект о снижении этого возраста до 12 лет. Уже скоро депутаты примут решение.

Уголовная ответственность была снижена до 12 лет постановлением Совета народных комиссаров СССР от 7 апреля 1935 года. Причем не просто снижена, а «с применением всех мер уголовного наказания». То есть 12-летнего ребенка на законных основаниях могли осудить «к высшей мере социальной защиты — расстрелу». Отменили эту норму только в 1959 году, а заодно запретили применять к детям максимальные сроки.

Роковая шалость

25 августа 2016 года в деревне Молоково Орехово-Зуевского района Подмосковья 12-летний мальчик Никита (здесь и далее имена детей изменены) без спроса взял ключи от квадроцикла, выехал из ворот и стал гонять по улице. В какой-то момент он заметил двух ровесников — таких же мальчишек. Он разогнал квадрик и понесся на них, желая попугать. Но не рассчитал и тормозить стал очень поздно, всего в двух метрах от ребят. Один успел отскочить, второй, Анатолий, оказался под колесами. С тяжелыми травмами пострадавшего доставили в реанимацию, той же ночью экстренно прооперировали — но несмотря на усилия врачей, через четыре дня он скончался в больнице.

Прибывшие на место происшествия сотрудники Госавтоинспекции составили протокол, схему ДТП и отправили материал в полицию (расследование уголовных дел по ДТП ведут органы МВД). Там, изучив все обстоятельства, вынесли отказ в возбуждении уголовного дела: возраст уголовной ответственности по статье 264 УК РФ наступает с 16 лет — а Никите еще не было и двенадцати.

Родные Анатолия, пережившие трагедию, обратились в Следственный комитет: они убеждены, что произошедшее не было несчастным случаем. Материалы достали из архива и стали проверять все версии.

Следствие проделало огромную работу: было проверено каждое слово, сказанное и Никитой, его отцом, и свидетелями. И родственниками погибшего Анатолия. Что-то удалось подтвердить (папа Никиты был на работе, с мальчиком находилась бабушка), а что-то – опровергнуть (Никита утверждал, что взял мотоцикл первый раз в жизни, но сразу несколько свидетелей заявили, что он гонял по деревне регулярно и на замечания не реагировал). Никита не скрывался, сам позвал взрослых, и дожидался гаишников. Вину свою он признал полностью. После похорон Никита с папой пришли в семью Анатолия, извинялись и предлагали возместить моральный ущерб, но не нашли понимания.

Папа Анатолия, наоборот, утверждал, что произошедшее надо расследовать как умышленное убийство, но этот довод опровергается всеми материалами. И в частности, наличием тормозного следа от всех четырех колес: Никита пытался тормозить, а это значит, что умысла у него не было. Да и в любом случае — мальчик не достиг возраста уголовной ответственности… Его, конечно, проверили в комиссии по делам несовершеннолетних, но эта трагедия оказалась единственным темным пятном в его биографии.

Следователи СКР проверяли и папу Никиты: он хранил ключи от квадроцикла на шкафу, там, где сын не мог до них дотянуться. Но недооценил его — Никита просто подставил стул… Если бы на шкафу лежало ружье и оно бы выстрелило, то отца можно было привлечь к ответственности. Но правила хранения оружия прописаны в законе, а правила хранения ключей и документов от квадроциклов — нет.

Говорить о том, что отец плохо исполняет родительские обязанности, тоже нельзя: Никита хорошо учится, профессионально занимается хоккеем, не прогуливает… Все характеристики на мальчишку только положительные, да и впечатление он производит благоприятное: пацан как пацан, немного хулиганистый, но послушный и не дурак.

В итоге Никита и его папа переживают, но считают произошедшее несчастным случаем. Родные Анатолия расценивают произошедшее как убийство, пусть и неумышленное… И тех и других можно понять — но вот законных способов разрешить противоречие нет. Если бы ДТП совершил взрослый, то точку бы поставил суд, однако в данном случае Никита виновен в смерти сверстника, но по формальным обстоятельствам остался безнаказанным… Ситуация не только патовая, но и опасная — когда закон бездействует, всегда существует риск, что кто-то возьмет на себя его функцию.

Все в суд

Следователи, работающие «на земле» (в районных подразделениях), считают, что именно сейчас жизненно необходимо снизить возраст уголовной ответственности. А следователи главных управлений и управлений по субъектам Федерации категорически против этого возражают.

— Преступность молодеет и становится все более жестокой, — считает следователь одного из районных отделов СКР, старший лейтенант юстиции Вячеслав Р. — В 12 лет дети уже понимают, почему нельзя убивать или причинять человеку боль, и могут нести ответственность наравне со взрослыми. Сейчас это единственный шанс не допустить криминализации общества через 8-10 лет. Да, процедура наказания должна быть отработана, и для таких осужденных должны быть созданы специальные учреждения, но под суд их отдавать надо с 12 лет.

С этим категорически не согласна следователь по особо важным делам СКР, полковник юстиции Елена Т.:

— Снижение возраста уголовной ответственности результата не принесет. Конечно, преступность молодеет, и современные дети знают о жизни гораздо больше, чем их ровесники 20-30 лет назад, но психология у них другая: они многие вещи воспринимают как шалость. Для них сдернуть юбку с одноклассницы — прикол. А закон такие действия трактует как «стремление удовлетворить половую страсть», то есть особо опасное общественное деяние. Поломать жизнь просто.

Криминологи же в большей степени склонны использовать совсем другой подход: индивидуальный разбор каждого действия, совершенного несовершеннолетним, группой экспертов-психологов и педагогов. Минус этого подхода очевиден — он очень дорогой.

И только небольшая группа практиков считает самым перспективным принципиально иной подход — ужесточение наказания родителей за преступления, совершенные их детьми. То есть ответственность не за образ жизни, как это в большинстве случаев происходит сейчас, а именно за конкретные поступки. Это, помимо прочего, может оказаться и хорошим воспитательным стимулом. Ведь сейчас санкция практически одна — лишение родительских прав. И часто она чрезмерна. А иного наказания закон не предусматривает.

Статистика

— Из официальной статистики нельзя вычленить преступления, совершенные отдельно 13-, 12- или 11-летними, — говорит адвокат Евгений Фокин. — Но проблема субъективно нарастает. Причем это касается как умышленных (например, убийства), так и неумышленных преступлений (ДТП). В 2017 году впервые на моей памяти были зафиксированы даже заказные убийства, совершенные 13-летними мальчиками.

Вот только несколько свежих примеров: 13-летний мальчик, не по годам развитый пацан, по просьбе матери, подкрепленной 20 тысячами рублей, до смерти забил палкой своего спившегося отца. Другой его сверстник в компании старших товарищей несколько часов насилует 14-летнюю девочку. В Приморье 15-летний подросток, опаздывая в школу, берет ключи от отцовского автомобиля и на нем врезается в школьников на переходе. Это только самые свежие примеры. На Кубани 12-летний мальчик столкнул 10-летнего соседа в речку — и тот погиб…

Объективных данных нет, а субъективные говорят о росте преступлений, которые совершают совсем маленькие дети в отношении сверстников. Большинство этих случаев объединяет одно: ни до, ни после преступлений эти дети и их родители ни в чем предосудительном замечены не были. Обычные дети, нормальные семьи...

Однако преступление, кто бы его ни совершил, оставшееся без наказания, порождает чувство несправедливости. Невозможность применить закон в глазах общества выглядит как нежелание.