Новости партнеров

Дело о «советской агрессии»

Почему Литва обвиняет россиян в вильнюсских беспорядках 1991 года

Фото: Peter Andrews / AP

Генеральная прокуратура Литвы предъявила двум россиянам обвинения по делу о событиях января 1991 года, когда в ходе уличных столкновений в Вильнюсе погибли люди. Речь идет о «преступлениях против человечности» и «военных преступлениях». Обвиняемым грозит пожизненное лишение свободы. «Лента.ру» разбиралась в перипетиях судебного процесса.

«Горбачев ничего не решал…»

27 января прошлого года, ровно через 25 лет после тех событий, в Вильнюсском окружном суде начались слушания по делу о «советской агрессии против Литвы». Весной 1990-го Литва объявила о восстановлении независимости, однако руководство Советского Союза сочло такое решение неконституционным и направило в Вильнюс войска. 13 января 1991 года военнослужащие местного гарнизона, десантники, бойцы спецподразделения «Альфа» и советская милиция взяли под контроль телецентр и телевизионную башню в Вильнюсе. В ходе операции погибли 14 мирных жителей, еще около 150 человек получили ранения. Ответственность за их гибель литовский официоз всецело возлагает на советских военных. В Литве пострадавшими в данном деле числятся почти 500 человек, свидетелей — около тысячи. Президент республики Даля Грибаускайте, комментируя начало судебного процесса, заявила, что всех виновных обязательно «настигнет возмездие».

Было объявлено, что несколько десятков нынешних граждан России, Белоруссии и Украины (в том числе бывший глава Минобороны СССР Дмитрий Язов) могут быть осуждены заочно. В октябре 2016 года суд постановил допросить бывшего президента СССР Михаила Горбачева — пока лишь как свидетеля. По мнению властей Литвы, именно Горбачев отдал приказ применить силу. Сам бывший генсек это отрицал. В январе 2017 года ему доставили повестку. Первый и последний советский президент объяснил: ему нечего добавить к тому, что он говорил ранее, и он «ни в каком варианте» не собирается участвовать в судебном процессе в Вильнюсе.

До этого огласили показания первого главы правительства постсоветской Литвы Казимиры Прунскене. Она утверждает, что в 1991 году Горбачев ничего не знал о военном вмешательстве и, по сути дела, ничего не решал. «Я сказала ему, что у нас есть информация о том, что в Литву введены части МВД СССР. Что власти Литвы официально об этом не проинформированы, и есть опасения, что против нас может быть применено насилие. Я попросила Горбачева все выяснить», — так Прунскене описала состоявшуюся у нее в январе 1991-го встречу с президентом СССР. По ее словам, Горбачев ответил, что он не в курсе происходящего, и посоветовал ей обратиться в министерство обороны. То есть президент СССР сам ничего не решал и не взял на себя ответственность за произошедшее как глава государства.

Поскольку большинство обвиняемых находятся за пределами Литвы, в суд доставили лишь граждан России Геннадия Иванова и Юрия Меля. Проживавший в Калининградской области полковник в отставке Мель неоднократно ездил в Литву за дешевыми лекарствами (он страдает диабетом в тяжелой форме), и одна из таких поездок закончилась тем, что его арестовали. Это произошло 12 марта 2014 года и послужило для других подозреваемых серьезным предостережением, заставив позаботиться о своей безопасности.

Так, в августе 2014 года в Милане по запросу литовских властей задержали бизнесмена из Санкт-Петербурга, бывшего десантника Василия Котлярова — по тем же обвинениям, что и Меля. Но в итоге Котлярова (отрицавшего, что в январе 1991-го он вообще был в Литве) итальянцы выдавать отказались. Аналогичным образом в 2011 году был освобожден арестованный в Вене бывший командир группы «Альфа» Михаил Головатов.

Вину признавать отказываются

Подсудимые своей вины не признают. «Приказа на убийство людей не получал, наоборот, нас постоянно и при любой возможности на всех уровнях предупреждали, чтобы мы действовали осторожно, чтобы ни в коем случае гражданские не пострадали. Экипаж танка, в котором я находился, никого не задавил и никого не убил. По приказу командира полка было произведено два холостых артиллерийских выстрела из танковой пушки с углом максимального возвышения. Такое не является и не являлось чем-то необычным, часто использовалось, используется и будет еще долго использоваться для имитации выстрела. Пиротехнические средства не являются ни звуковым, ни световым и ни каким-либо другим видом оружия», — рассказывал Юрий Мель.

Политолог Дмитрий Ермолаев в беседе с «Лентой.ру» предположил, что дело Меля приобретет политический характер. «Он российский гражданин. Думаю, его дальнейшая судьба будет решаться в рамках отношений Россия — США, Россия — НАТО», — считает он.

А на днях литовская сторона объявила о пополнении списка обвиняемых. «В переданном Генпрокуратурой в понедельник деле Вильнюсскому окружному суду обвинения в преступлениях против человечности и военных преступлениях предъявлены двум гражданам России, согласно пяти статьям Уголовного кодекса Литвы», — говорится в официальном сообщении.

Расследование в отношении этих двух граждан в 2014 году было отделено от основного дела о событиях 13 января 1991 года. Обвиняемых литовское надзорное ведомство не называет. Изначально Генпрокуратура планировала предъявить подозрения по этому делу девяти лицам, но в отношении семи человек досудебное расследование приостановлено. Вместе с тем в январе Литовский апелляционный суд заочно принял решение по делу бывшего бойца советского ОМОНа Владимира Разводова, признав его виновным в «нечеловеческом обращении с людьми» и приговорив к лишению свободы сроком на 12 лет.

С другой стороны, Окружной суд Вильнюса 4 июня 2015 года заочно оправдал бывших командиров вильнюсского ОМОНа Болеслава Макутыновича (умершего 18 ноября 2015 года) и Владимира Разводова. Суд постановил, что «ответственность за агрессию ложится только на руководство государства». По словам Макутыновича и Разводова, в 1991 году они противостояли «сепаратистским движениям» и не собирались нарушать данную ими советскую присягу. Хотя они оба успели перебраться в РФ, выдвинутые литовской стороной обвинения изрядно подпортили им жизнь.

«Самое обидное, что в России до 1998 года я находился в розыске. В Интерполе до сих пор числюсь. Меня периодически задерживали. В очередной раз я был задержан в 1998 году на Ленинградском вокзале. Хорошо, что со мной был человек, который сообщил об этом в Генпрокуратуру России, подключил политических деятелей. Мы до сих пор проходим по каким-то оперативным учетам как якобы "вильнюсская преступная группировка"», — сетовал в 2000-м Макутынович. Однако оправдательный приговор Макутыновичу и Разводову не удовлетворил литовскую прокуратуру, и она добилась повторного рассмотрения дела.

Напоминание о «восточной угрозе»

В конце марта 2016 года крайнее негодование властей Литвы вызвало заявление официального представителя МИД России Марии Захаровой об организации в России слушаний по вильнюсским событиям. Министр иностранных дел Литвы Линас Линкявичюс обвинил Москву в попытке «политизировать уголовное дело и использовать это в целях пропаганды». «Такими заявлениями власти РФ в очередной раз пытаются рассорить общества России и Литвы. Тем более что мы помним реакцию российского общества после 13 января, когда почти миллион россиян вышли на улицы в знак протеста против действий тогдашней армии против мирных жителей, и такова была реакция общества», — разъяснил министр.

Он также пожаловался, что Москва игнорирует просьбы Вильнюса о правовой помощи и «хочет отвлечь внимание от рассмотрения дела». Стоит, впрочем, отметить, что в самой Литве лица, публично высказывающие альтернативную точку зрения о событиях января 1991-го, рискуют подвергнуться судебному преследованию.

В 2011 году бывший депутат парламента, экс-заместитель мэра Вильнюса Альгирдас Палецкис неосторожно сказал в телеэфире: «А что было 13 января, значит, у башни? Сейчас выясняется, что свои стреляли в своих». И оказался под судом по обвинению «в отрицании советской агрессии». «Так как там погиб и один советский офицер — Виктор Шатских из отряда КГБ "Альфа", то мне предлагали интерпретировать данную фразу в том смысле, что, дескать, советские стреляли в советских. Но такой выход показался мне недостойным, даже подленьким. К тому же я ведь не говорил со всей однозначностью: "выяснилось, что свои стреляли в своих", не произносил однозначного вердикта. Я сказал: "Выясняется, что свои стреляли в своих…" Ведь тогда действительно начали выясняться крайне неоднозначные факты, свидетельствующие о том, что литовцы, погибшие у телебашни, могли пасть от руки провокаторов, стрелявших в толпу, чтобы разжечь страсти», — вспоминает Палецкис в разговоре с «Лентой.ру».

По его словам, такое мнение сложилось у него после знакомства со свидетельствами ныне покойного писателя Витаутаса Петкявичуса, возглавлявшего парламентскую комиссию по вопросам государственной безопасности в самом начале 1990-х, а также бывшего заместителя первого секретаря Компартии Литвы на платформе КПСС (образовавшейся в ходе раскола последней) Юозаса Колялиса и бывшего главы Департамента охраны края Аудрюса Буткявичюса. Суд первой инстанции оправдал Палецкиса, но затем слушания возобновились, и политика приговорили к штрафу 10,4 тысячи литов (около 3 тысяч евро).

Ведущий аналитик Агентства политических и экономических коммуникаций Михаил Нейжмаков пояснил «Ленте.ру», что, как правило, подобные заочные процессы направлены не столько на преследование конкретных лиц, сколько на информационный резонанс. «Данные процессы актуализируют, в том числе, в информационном пространстве ЕС, образ России как "агрессора". Пусть и не на современном, а на советском материале», — полагает Нейжмаков. Он напомнил, что в свое время представители литовских правоохранительных органов говорили о 69 потенциальных обвиняемых по данному делу.

«Поэтому эффект растягивается во времени: сообщение о каждом новом решении суда создает новый информационный повод. В данном случае определенным кругам в Литве это выгодно — чтобы вести "информационный шантаж" России и поддерживать тему "восточной угрозы", за счет которой можно хотя бы попытаться получать поддержку у союзников по ЕС и НАТО», — резюмирует собеседник.