Новости партнеров

Загадка массовых убийств в Намибии

На севере Намибии обнаружены массовые захоронения, относящиеся ко временам ангольско-юаровской войны

На юге Африки произошел скандал, грозящий серьезно осложнить отношения в регионе. На севере Намибии, недалеко от границы с Анголой, обнаружены массовые захоронения. Число тел, согласно разным источникам, варьируется - от нескольких десятков до сотен мужчин, женщин и детей. На телах имеются следы насильственной смерти. Суть скандала заключается в том, что на месте, где были найдены братские могилы, в 1980-х годах располагалась военная база ЮАР. А сами тела, по заверениям экспертов, были захоронены в 1989 году, когда южноафриканские войска были выведены из страны. Расследование дела взял под свой контроль лично президент Намибии.

Страшная находка

10 ноября 2005 года, при проведении дорожных работ в местечке Энхана, в 500 километрах к северу от столицы страны, Виндхука, строители наткнулись на останки человеческих тел. Встревоженные рабочие немедленно вызвали полицию, которая установила, что на месте работ находятся не просто отдельные могилы, а массовые захоронения, в количестве, как минимум, двух. Работы были остановлены, на место происшествия прибыла команда экспертов. О находке был проинформирован губернатор провинции Уско Нгаамва.

К концу недели была обнаружена третья могила. Дело приняло серьезный оборот - в Энхану с инспекцией прибыли министр обороны Намибии Ндаку Намоло и министр безопасности Питер Тсеехама. После визита они доложили об увиденном президенту страны Хификепанье Похамба.

Точное количество обнаруженных тел пока не сообщается, поскольку эксгумация полностью еще не завершена. Ясно только одно - что жертв много. Одни источники называют цифру в 50-60 человек, другие - от 300 и выше. Предварительные данные, сообщенные экспертами, повергли правительство страны в шок. Среди погибших обнаружены тела не только взрослых мужчин, но также женщин и детей. Практически все погибшие умерли насильственной смертью - на костях присутствуют следы от пуль. Также в могилах найдены оружие, боеприпасы и взрывчатка. Согласно большинству предположений, тела принадлежат партизанам СВАПО - организации, боровшейся в Намибии против режима ЮАР.

Едва оправившись от первого шока, официальные лица поспешили сделать заявления, что страшная находка - это дело рук южноафриканской армии. Действительно, в 1980-х годах в Энхава располагалась войсковая часть ЮАР, и могилы были обнаружены в 400 метрах от границы базы. Кроме того, это место использовалось различными спецподразделениями армии и полиции ЮАР и Намибии (тогда Юго-Западной Африки) в качестве временной опорной базы во время войны 1966-1989 годов. Эти заявления немедленно вызвали как подтверждения, так и опровержения. Поскольку история не так проста, как кажется на первый взгляд.

Немецко-английская Юго-Западная Африка

Территория, известная сегодня как Намибия, изначально была немецкой колонией и называлась Юго-Западная Африка. Колониальная политика немцев по отношению к туземцам по своей жестокости превосходила даже бельгийскую, и поэтому, когда в 1915 году, в ходе Первой мировой войны, части Южно-Африканского Союза (предшественника ЮАР), воевавшие на стороне Британской империи, оккупировали ЮЗА, южноафриканцев там встретили как освободителей.

В 1920 ЮАР получила мандат от Лиги Наций на право управления территорией Юго-Западной Африки. Ни о какой форме независимости данной территории речь в мандате не шла. Основной проблемой для новой власти являлась политика национального примирения - две большие группы белого населения с трудом уживались друг с другом. Речь шла о местных немцах-колонистах и южноафриканцах, которые перебрались в ЮЗА после 1920 года. О коренном населении тогда, естественно, никто не думал.

Когда ЮАР установила на территории структуру местного самоуправления, то законодательная власть столкнулась с проблемой. Самоуправление всегда раскалывалось на две части: немцы против южноафриканцев. Немцы хотели управлять территорией по-своему, но Южная Африка собиралась сделать эту землю своей провинцией, и мнение немцев по этому вопросу удовлетворять не собиралась. Также Преторию не интересовало мнение местных племен.

Реализации планов по инкорпорированию ЮЗА в состав Южной Африки помешала Вторая Мировая война. С образованием ООН пришел конец и мандатам Лиги Наций - вместо них была введена опекунская система ООН. ЮАР отказалась признать перемены, тем более что в 1949 Международный Суд в Гааге подтвердил право ЮАР управлять ЮЗА.

Ветер перемен

Между тем в стране начало подымать голову националистическое движение коренного населения, в основном состоящее из племени овамбо, что заставило немцев и южноафриканцев забыть о распрях перед лицом новой угрозы. Постепенно это движение трансформировалось в организацию СВАПО - аббревиатура от "Организация народов Юго-Западной Африки". Представители СВАПО начали требовать предоставления территории полной независимости, заявляя о том, что именно они являются подлинными выразителями интересов населения страны. К тому же саму землю они предпочитали называть не Юго-Западной Африкой, как значилось во всех документах, а Намибией - по названию огромной пустыни Намиб на побережье Атлантического океана.

К голосам СВАПО начала прислушиваться ООН, тем более что требования о предоставлении независимости укладывались в общую тенденцию освобождения Черного континента от колониальных уз. В 1966 году Международный cуд в Гааге повторно подтвердил законность мандата ЮАР на управление Намибией, с оговоркой, что "данный вопрос должен рассматриваться международными организациями с тем, чтобы прийти к компромиссу". После этого решения ООН потребовала от ЮАР прекратить оккупацию Намибии и аннулировала право опекунства.

Ответ Претории ООН был вежливым, но жестким. Правительство ЮАР проинформировало международную организацию о том, что не намерено отдавать страну во власть племенных вождей овамбо, поскольку это приведет к хаосу. Прецедентов для подобного ответа хватало в избытке - после освобождения от колониализма в ряде африканских стран немедленно начались гражданские войны.

В том же 1966 году СВАПО решило не дожидаться милостей от ООН, а взять решение вопроса о независимости в свои руки. Вооруженные группы партизан перешли ангольско-намибийскую границу и развернули "кампанию за освобождение". В ответ ЮАР послала к границе отряды полиции. Началась так называемая Пограничная война 1966-1989 годов.

Первый этап войны

Исторически сложилось так, что племя овамбо, составлявшее большую часть СВАПО, жило на территории северной Намибии и южной Анголы - этот край так и назывался Овамболенд. До середины 1970-х годов стычки с террористами были незначительными. Правоохранительным органам ЮАР и Намибии удавалось держать ситуацию более или менее под контролем. Помогало и то, что с ангольской стороны против террористов работал португальский спецназ. Но после левого переворота в Лиссабоне в 1974 году и предоставления Анголе независимости стычки превратились в настоящую войну. К тому же в Анголу прибыл контингент кубинских войск, начавший помогать боевикам, а СССР в большом количестве стал поставлять партизанам СВАПО оружие.

В связи с этим руководством ЮАР было принято решение о том, что защищать намибийско-ангольскую границу будет регулярная армия. Вдоль всей границы с Анголой были дислоцированы войсковые части, в основном пехотные и бронетанковые. В 1975 году ЮАР попыталась вмешаться в гражданскую войну в Анголе, но после громких международных протестов, была вынуждена отвести войска обратно в Намибию.

Поиск компромисса

Все это время ООН предпринимала попытки как-то разрешить ситуацию с независимостью Намибии. В 1978 году СБ ООН по инициативе стран, входивших в Организацию африканского единства, принял резолюцию № 435, предписывавшую предоставить Намибии независимость. ЮАР отказалась выполнять эту резолюцию до тех пор, пока с территории Анголы не будут выведены кубинские и советские войска. К тому же ЮАР категорически не устраивала позиция СВАПО по вопросу будущей государственности.

Дело в том, что СВАПО добивалась "полной независимости Намибии" и проведения выборов по принципу "один человек - один голос" с одним непременным условием: племени овамбо должно быть гарантировано более 50 процентов голосов в любом представительстве, от сельского муниципалитета до парламента. Ну и публичные высказывания лидеров СВАПО оптимизма Претории не прибавляли. В ООН, однако, предпочитали радикальные воззрения боевиков не замечать, предпочитая вместо этого обвинять ЮАР в распространении системы апартеида в Намибии.

"И южноафриканцы послали в бой спецназ…"

Конец 1970-х - начало 1980-х годов ознаменовался резким всплеском терроризма в Овамболенде. Правительство ЮАР приняло решение о нанесении превентивных ударов по базам СВАПО на территории Анголы. Эти удары включали в себя не только авианалеты, но и выброску парашютных десантов, атаки баз с помощью мотопехотных и танковых частей и операции сил специального назначения. В итоге в первой половине 1980-х годов на ангольской границе была сосредоточена огромная группировка вооруженных сил ЮАР, без колебаний приводившаяся в действие.

Международное сообщество называло эти акции "вылазками реакционной юаровской военщины" и "грубым попранием суверенитета Анголы" и требовало санкций против режима Претории. В ЮАР удары по Анголе предпочитали называть "приграничные операции". Постепенно сложилось некое разделение функций - что касается "внешних" операций, то в основном ими занималась армия. А на территории Намибии отлов и уничтожение террористов взяло в свои руки специальное контртеррористическое подразделение полиции Юго-Западной Африки, называвшееся Koevoet - "ломик".

Это разделение было в достаточной степени условным - иногда армия действовала на территории Намибии, а порой Koevoet привлекался к внешним рейдам. Однако основную тяжесть контртеррористических операций нес на себе этот полицейский спецназ. Koevoet был чрезвычайно эффективной структурой - его мобильные подразделения действовали по всей Намибии, выслеживая террористов и вступая в бой, даже если шансы были не в пользу спецназовцев. По соотношению убитых Koevoet до сих пор держит своеобразный рекорд - на 1 погибшего спецназовца приходится 25 террористов. Так, только за один 1981 год взвод Koevoet из 30 человек под командованием лейтенанта Франса Конради уничтожил 99 боевиков и взял в плен 140. (Сам Конради за свою недолгую службу с 1979 по 1983 год лично убил более 300 боевиков). С террористами попросту не церемонились - в плен предпочитали захватывать офицеров, а рядовые кадры СВАПО безжалостно уничтожались.

Переговоры о мире

К концу 1980-х годов ситуация в мире изменилась. СССР был уже не так заинтересован в военной помощи партизанам на юге Африки и начал сворачивать объемы поставок вооружений. Куба, чей 40-тысячный контингент сражался в Анголе против южноафриканцев, начала уставать от долгой войны. Да и в самой ЮАР правительство постепенно пришло к выводам, что вечно Пограничная война продолжаться не может. Хотя Южно-Африканская республика и являлась богатейшей страной к югу от экватора, но ее экономика постепенно начала давать сбои. Внутри самой ЮАР усилился рост национальных движений, требовавших отмены апартеида. Наиболее дальновидные политики понимали, что приход к власти черного большинства - дело ближайшего будущего. Давали о себе знать и международные санкции против Претории.

Всю вторую половину 1980-х между ЮАР, Анголой и Кубой под эгидой ООН проводились переговоры. 22 декабря 1988 года было подписано соглашение, согласно которому Куба выводила свои войска с территории Анголы, а Южная Африка выводила части с территории Намибии и обязывалась приступить к выполнению резолюции ООН № 435 в самом скором времени.

Девятидневная война

Выполнение резолюции было назначено на 1 апреля 1989 года. К тому времени в Намибию был введен небольшой контингент миротворческих сил ООН, а в столицу Намибии, Виндхук, прибыл специальный представитель ООН Марти Ахтисаари. Большинство южноафриканских частей к весне 1989 года из Намибии уже ушли. В Овамболенде осталось в общей сложности несколько сотен солдат, охранявших бывшие базы, и несколько отрядов Koevoet. Армия Намибии на время выборов и перехода к новому правительству была расформирована.

Этим обстоятельством решил воспользоваться президент СВАПО Сэм Нуйома. В противоположность письменным заявлениям генеральному секретарю ООН, гласившим, что СВАПО отказывается от боевых действий и разрешает вернуться в Намибию беженцам, он решил рискнуть и ввел в Овамболенд более двух тысяч хорошо вооруженных партизан, немедленно развязавших террор против мирного населения.

Когда в Виндхуке и Претории стало известно о стычках полиции с боевиками СВАПО на севере Намибии, то поначалу на это известие не отреагировали. Но буквально через пару дней в ЮАР поняли, что если не предпринять решительных мер, то конфликт перерастет в настоящую войну. Правительство ЮАР потребовало от Ахтисаари немедленно задействовать миротворцев, либо же разрешить армии и подразделениям Koevoet вмешаться в ход событий. Де-факто армейские части и полицейские уже сражались в Овамболенде с террористами. После недолгого колебания спецпредставитель ООН дал согласие на применение силы со стороны ЮАР.

В ходе девяти дней жесточайших боев (хотя локальные перестрелки продолжались до 14 апреля) погибло по разным оценкам от 300 до 500 человек. В это число входят как партизаны СВАПО, так и полицейские из Koevoet, военнослужащие ЮАР и мирное население. Большинство погибших партизан, как выяснилось позже, были подростками в возрасте от 14 до 16 лет. ЮАР пыталась обратить внимание ООН на тот факт, что боевики были отлично вооружены и экипированы - в одном из боев с помощью гранатометов РПГ-7 было подбито несколько бронемашин ЮАР. Однако ООН данный факт проигнорировало.

Все это время Сэм Нуйома занимал двойственную позицию. На вопросы ООН он отвечал, что ситуация полностью контролируется, а имеющие место стычки являются провокацией полиции Намибии против возвращающихся мирных беженцев. Одновременно, выступая по телевидению Зимбабве, он заявлял, что пришел долгожданный час "освобождения" Намибии от захватчиков. Но к концу первой декады апреля, когда стало понятно, что попытка вторжения в Овамболенд и превращения его в территорию, полностью подконтрольную СВАПО, провалилась, он отдал приказ партизанам отойти.

В ноябре 1989 года в стране под наблюдением ООН прошли выборы, на которых СВАПО получило большинство голосов. 21 марта 1990 года Намибия официально стала независимой республикой, Сэм Нуйома был приведен к присяге в качестве президента. Все подразделения полиции, включая Koevoet, к тому времени были распущены. В стране была объявлена политика национального примирения с упором на то, что прошлое забывать не стоит, но и ворошить его без нужды не надо.

Свидетели обвинения

Однако, спустя 15 лет после получения независимости, прошлое дало о себе знать. Практически сразу же после обнаружения братских могил стало известно, что в Энхане во время Пограничной войны был расквартирован 54-й пехотный батальон армии ЮАР. Особыми подвигами он не прославился - это была обычная часть, принимавшая участие в большинстве операций в Анголе, но в основном ее функции сводились к рутинному патрулированию границы и обеспечению порядка на прилегающей территории. Но словно по заказу, немедленно обнаружились свидетели.

На крупнейшем новостном портале Южной Африки, IOL, был опубликован рассказ военнослужащего армии ЮАР, который с 1984 по 1986 год проходил службу как раз в Энхане. Солдат, просивший называть его вымышленным именем Баденхорст, заявил, что массовые захоронения - это дело рук армии ЮАР. В частности, по его словам, именно его подразделение занималось похоронами и кремацией убитых партизан СВАПО.

Баденхорст также добавил, что знает по крайней мере о пяти массовых захоронениях в районе Энхана, самое крупное из которых содержит 18 тел. "Это были партизаны СВАПО, которых убила армия ЮАР и Koevoet, - сказал он. - Тела обычно привозили на грузовиках и бронетранспортерах. Некоторые из погибших были сущими детьми, в возрасте 13-14 лет".

В своем рассказе Баденхорст привел шокирующие детали. Он заявил, что надругательство над трупами, которых привозили на базу, чтобы похоронить, было обычным делом. Что же касается самой процедуры захоронения, то она была простой: "Могилы отрывались вручную, потом тела перестилались досками, обливались керосином и поджигались. По правилам, мы должны были следить, чтобы тела полностью кремировались, но на самом деле это правило никогда не соблюдали. Учитывая то, что база в Энхане существовала с 1974 года, то ясно, что в окрестностях находится множество подобных могил".

Баденхорста поддержал фоторепортер Джон Либенберг, освещавший в 1989 году "Девятидневную войну". По его словам, он знал о существовании братских могил в Овамболенде еще в то время: "Ходили слухи, что в этих могилах хоронили тех, кто умер под пытками. Я не знаю деталей, но то, что могилы там были, готов подтвердить. Эти захоронения есть не только в северной Намибии - они везде".

"Вздор и выдумки!"

Слова Баденхорста попытался опровергнуть отставной генерал Констанд Вильджоен, командовавший сухопутными войсками ЮАР с 1977 по 1985 год. "Вооруженные силы ЮАР, - сказал он, - известны своей дисциплиной и строгим соблюдением правил. Поэтому я даже не могу предположить, что они занимались массовыми захоронениями партизан. Как известно, эта процедура находилась исключительно в ведении полиции".

Однако практически немедленно выяснилось, что бывший генерал, мягко говоря, заблуждался. Эксперт по вооруженным конфликтам на юге Африки Хельмуд-Ромер Хайтман заявил, что в его распоряжении находятся фотографии, относящиеся к концу 1980-х годов, на которых видно, как военнослужащие южноафриканской армии массово хоронят убитых партизан с помощью фронтальных погрузчиков. Слова Хайтмана заслуживают доверия, поскольку в середине 1980-х годов он выпустил самую авторитетную книгу о вооруженных силах ЮАР, при полном благословении министерства обороны страны. Существуют и другие фото массовых захоронений, в частности снятые журналистом Виллемом Штеенкампом. На них видно, как полицейские Koevoet хоронят убитых партизан, правда, без помощи техники.

Свой голос в опровержение "юаровской" версии внес и бывший министр обороны ЮАР Магнус Малан. "Я об этом ничего не знаю, - заявил он в интервью южноафриканским журналистам 14 ноября, - но в то время, я имею в виду весну 1989 года, нас (южноафриканских войск) там уже не было. Там были войска ООН. Там также присутствовал и некий джентльмен по имени Марти Ахтисаари, глава комиссии ООН. На вашем месте я бы позвонил ему и прямо спросил: "Слушайте, что вы там натворили?". Он-то уж точно должен знать".

После обнаружения могил правительство Намибии связалось с коллегами из ЮАР и попросило о создании комиссии, которая расследовала бы все обстоятельства. В ЮАР ответили согласием, но дали понять, что, скорее всего, расследование будет проводиться под грифом "секретно". Дело в том, что информация о некоторых эпизодах Пограничной войны по закону до сих пор не подлежит разглашению.

Тем временем президент Намибии Похамба призвал всех, кто служил в южноафриканской армии в то время, поделиться информацией, которая могла бы пролить свет на историю захоронений. Он пообещал, что никакого преследования бывших военнослужащих или бывших сотрудников Koevoet со стороны правительства Намибии проводиться не будет.

Сейчас предварительное расследование уперлось в проблему определения времени, когда именно погибли жертвы. Если эксперты выяснят, что по большей части останки принадлежат людям, погибшим середине 1980-х, то к ответу будут призвано тогдашнее руководство южноафриканской армии и те, кто проходил службу в 54-м батальоне. Если же станет ясно, что убийства были совершены в первой половине 1989 года, - а по предварительным данным, эксперты склоняются именно к этому - то вопрос о виновности 54-го батальона отпадает. К тому времени он был полностью выведен с территории Намибии, а база в Энхане закрыта. Но тогда возникнут вопросы к личному составу Koevoet, известному своим бескомпромиссным отношением к партизанам СВАПО.

Самая неприглядная версия

И за кадром, как всегда, осталась одна версия, которую правительство Намибии рассматривать, по всей вероятности, не будет. Версия о том, что погибшие - жертвы СВАПО.

О том, что у СВАПО есть своя сеть концентрационных лагерей на территории Анголы, стало известно еще в 1980-х годах. Информация тогда прошла практически незамеченной, так как не вписывалась в генеральную линию освещения деятельности СВАПО. Западная печать, вместе с социалистической, предпочитала именовать боевиков СВАПО "партизанами, борющимися за освобождение страны". При этом о жестокостях, которые творили эти партизаны в отношении мирного населения, предпочитали умалчивать. Иная точка зрения на деятельность СВАПО расценивалась как "фашистская и расистская пропаганда, работающая в пользу ЮАР".

По оценкам журналиста Питера Стиффа, освещавшего конфликты на юге Африки в 1970-х - 1980-х годах, на территории Анголы в концлагерях СВАПО к концу 1988 года содержалось от двух до трех тысяч заключенных. Это были так называемые "диссиденты", люди похищенные СВАПО с территории Намибии с тем, чтобы пополнить ряды боевиков, но отказавшиеся это сделать. В основном они выполняли работы по обслуживанию военных баз СВАПО. Когда стало ясно, что выборы в Намибии все-таки состоятся, то перед руководством боевиков встал вопрос - что делать с заключенными? При всей своей кровожадности, командование СВАПО не решилось истребить всех - информация об этом рано или поздно просочилась бы наружу, и мировое общественное мнение такой шаг не одобрило бы. Поэтому СВАПО пошло на освобождение большей части "диссидентов", предварительно проведя обработку отпускаемых в нужном ключе.

Также стоит учитывать и то, что во время "Девятидневной войны" СВАПО развязало в Овамболенде массовый террор. Населению старались внушить простой лозунг "Голосуй - или проиграешь". При этом подразумевалось, что голосовать надо за СВАПО, а проигрыш означал только одно - смерть. Внушение проводилось методами расстрелов части жителей любого крааля (деревни), куда вошли войска Нуйомы. О том, чтобы хоронить погибших, партизаны не заботились.

Впрочем это всего лишь одна из версий. Если ее и рассмотрят, то явно в последнюю очередь. Все же первый президент Намибии Сэм Нуйома, до того как встать во главе государства, был президентом СВАПО. Да и нынешний глава страны Хификепанье Похамба также является ветераном вооруженной борьбы против режима апартеида. И публично признать сам факт, что к массовым захоронениям причастна СВАПО, для него будет, по меньшей мере, неловко. Так что скорее всего в гибели десятков человек обвинят полицейских из Koevoet, и, возможно, некоторых из них приговорят к наказанию. Если, конечно, найдут.

Кого волнует чужое горе?

Но вот одно можно утверждать с уверенностью - расследование преступлений прошлого, похороненных в африканском вельде, подавляющую часть населения Земли оставит равнодушным. Не будет постоянных статей со словами "беженцы", "этнические чистки" и "массовые убийства". На страницах газет не будет описания жестокостей по отношению к мирному населению. Не будет также телепередач, посвященных теме "геноцида" в Намибии. И уж, конечно, не будет "гуманитарных" бомбардировок, подобных тем, что были в Югославии в 1999 году, в качестве возмездия за "этнические чистки" албанцев.

Последнее, впрочем, и хорошо. Но мир предпочтет не заметить еще одну африканскую трагедию, так же как предпочитал не замечать геноцид в Уганде в 1970-х и геноцид в Зимбабве в 1980-х. Потребовалось истребить около миллиона тутси и хуту в Руанде в 1994 году, прежде чем ООН обратила на это внимание. Что уж говорить о каких-то сотнях богом забытых намибийцев…

Сергей Карамаев