Иногда они возвращаются

Владимир Гусинский снова оказался в зоне досягаемости Генпрокуратуры

В конце августа предприниматель Владимир Гусинский опять оказался за решеткой. Это прискорбное событие происходит с ним уже в третий раз начиная с 2000-го года, в течение которого он успел побывать на нарах дважды - сначала в Москве, а потом в Испании. На этот раз Гусинский сел в Афинах, куда 21 августа прилетел по делам из Тель-Авива. И все три случая были инициированы российской Генпрокуратурой, которая не забывает старых обид.

Владимир Гусинский всегда утверждал, что не рвался в политику. По его словам, он всего лишь хотел быть удачливым бизнесменом, чтобы делать приличные деньги. И действительно, если вспомнить, что начинал бывший выпускник Института нефтехимической и газовой промышленности и режиссерского факультета ГИТИСа с частного извоза, а затем, в 1986 году в рамках основанного им на пару с приятелем Борисом Хаитом кооператива "Металл", переключился на производство разного рода металлического лома - от медных браслетов и женских безделушек до металлических гаражей, нельзя не согласиться: это - малообещающий старт для человека, желающего оказаться рядом с первыми лицами государства.

Однако бизнеса без политики не бывает. Очень скоро Гусинский понял, что налаживание контактов, ведение переговоров и другие тонкие вещи выходят у него куда лучше, чем штамповка браслетов. В 1988 году он создал кооператив "Инфэкс", который официально занимался финансовыми и правовыми консультациями, а фактически успешно работал в качестве посредника с разного рода зарубежными компаниями, приходившими в то время в Россию. Через год "Инфэкс" и солидная юридическая фирма из США "Арнольд и Портер" создали совместное предприятие "МОСТ" (дата регистрации - 24 мая 1989 года). Иностранный партнер нужен был Гусинскому - генеральному директору "МОСТа" - постольку, поскольку совместные предприятия тогда облагались меньшим налогом, чем отечественные. Осенью того же года на свет появился "МОСТ-банк", в котором Гусинский стал председателем.

Еще через какое-то время налоговые льготы для СП были отменены, и Гусинский отказался от участия иностранного капитала в организованном им деле. В 1992 году был создан холдинг АО "Группа "МОСТ". Еще через два года "МОСТ-банк" получил подтверждение статуса уполномоченного банка правительства Москвы, а сам Гусинский стал председателем Совета представителей уполномоченных банков, оказавшись по сути в одной упряжке с Юрием Лужковым. Примерно с этого времени Владимир Гусинский стал выходить на уровень, представителей которого в России стали называть "олигархами". Симбиоз между деньгами и властью, который Гусинский впервые опробовал именно на примере сотрудничества с Лужковым, оказался самым доходным бизнесом.

Тогда, в 1994 году, "МОСТ-банку" были переданы счета по исполнению бюджета Москвы почти двадцати бюджетных и муниципальных учреждений, московских внебюджетных организаций и фондов. По некоторым оценкам, речь шла о триллионных платежах по городскому бюджету, определенный процент с которых оседал в карманах Гусинского. У успешного банкира сразу же появилось множество недоброжелателей и просто врагов, которые стали нападать на него как из-за угла, так и открыто, через средства массовой информации. Ситуацию осложнил "черный вторник" - обвал рубля 11 октября 1994 года, вину за который правительственные структуры, прежде всего Совет безопасности под руководством Олега Лобова, возложили на коммерческие банки и, в том числе, на банк Гусинского.

Однако сам олигарх не собирался сидеть сложа руки и перешел в наступление. К тому времени он уже понял, какую силу представляют средства массовой информации, и стал вкладывать немалые средства в развитие собственных печатных изданий и телеканала НТВ. В частности, подконтрольная Гусинскому газета "Сегодня" стала резко нападать на Лобова и других недоброжелателей олигарха. Дополнительным раздражителем в этом противостоянии выступала служба безопасности "МОСТ-банка" - команда высокопрофессиональных работников бывших советских спецслужб, которыми Гусинский стал окружать себя еще с конца 80-х годов и которые весьма успешно помогали ему бороться с политическими противниками. В результате независимость, самостоятельность и активность главного банкира Москвы стала беспокоить Юрия Лужкова, который поспешил дистанцироваться от бывшего приятеля. Деньги столичного бюджета оказались перераспределены по другим банкам, а для самого Гусинского в 1995-1996 годах настали трудные времена.

Однако он не пропал, как хотелось многим, а продолжал бороться за свой бизнес, в том числе и при помощи подконтрольного ему телеканала НТВ, который в годы первой чеченской войны занимал резко антиправительственные позиции. Лишь когда настал 1996 год и стало ясно, что первый российский президент Борис Ельцин пользуется минимальной поддержкой среди населения, а в затылок ему уже дышит Геннадий Зюганов, выступающий под лозунгом "все отнять и поделить", Гусинский понял, что перестарался с критикой. И тогда он еще раз проявил свою политическую независимость: ради спасения Ельцина взял и вступил в союз с другими олигархами, каждый из которых представлял различные круги политической элиты России.

Для начала Гусинский помирился с Борисом Березовским, а затем сразу после очередного экономического форума в Давосе знаменитая "семибанкирщина" (Владимир Гусинский, Борис Березовский, Владимир Потанин, Александр Смоленский, Михаил Ходорковский, Михаил Фридман и Петр Авен) в полном составе явилась на прием к Ельцину и изложила ему свой план предвыборной кампании. Ельцин план одобрил, и вскоре в избирательном штабе при президенте уже хозяйничали не люди Александра Коржакова, а представители банкиров во главе с Анатолием Чубайсом. В результате, как все помнят, Ельцин был переизбран на второй срок.

Гусинский не преминул получить свою долю благодарности от президента. Сначала он стал членом Совета по банковской деятельности при правительстве РФ. А в 1998 году, уже после того, как в январе 1997-го Гусинский сложил с себя полномочия генерального директора "Группы "МОСТ" и президента "МОСТ-банка", чтобы возглавить ЗАО "Медиа-МОСТ", Ельцин своим указом внес НТВ в список "общероссийских телерадиовещательных организаций". Кстати, на пике своего расцвета "Медиа-МОСТ" объединял сразу телекомпании НТВ, НТВ+ и ТНТ, газету "Сегодня", журналы "Итоги", "Семь дней", "Караван историй", радио "Эхо Москвы".

Но вскоре Гусинский успел рассориться со своими влиятельными деловыми партнерами, прежде всего - с Березовским, чему немало способствовала запутанная история с приватизацией компании "Связьинвест" в 1997 году. В том же году Гусинский организовал показ по НТВ скандально известного фильма Мартина Скорцезе "Последнее искушение Христа", из-за чего сам Патриарх Всея Руси Алексий II звонил Ельцину с просьбой утихомирить бесстыжего олигарха. Наконец, Государственный антимонопольный комитет пытался лишить "Медиа-МОСТ" льгот, полученных им от Госкомсвязи на ретрансляцию телевизионного сигнала НТВ и НТВ+. Но все эти нападения на свой бизнес Владимир Гусинский, надежно защищенный своей службой безопасности и командой высококлассных журналистов, отбивал одну за другой.

Настоящие неприятности пришли позже, когда в 1999 году, перед парламентскими выборами, Гусинский снова стал поддерживать Лужкова, видимо, рассчитывая в конечном итоге привести его в Кремль (какового желания Юрий Михайлович одно время не скрывал). Но тандем Лужков-Примаков не справился с завоеванием Госдумы, а вскоре и терпимо относившийся к Гусинскому и его медиа-империи Ельцин неожиданно для всех ушел в отставку, оставив на хозяйстве никому толком не знакомого премьера. Опытные политики и номенклатурщики в такой ситауции сразу притушили политическую активность, ожидая, в какую сторону качнутся события. Тот же Лужков о своем президентстве речь больше не заводил. Один лишь Гусинский, то ли по инерции, то ли из каких-то дальних своих рассчетов, продолжал критиковать власть. Но вскоре ему пришлось крепко задуматься о своем бизнесе.

Дело в том, что сразу после перевыборов Ельцина Гусинский смог получить ряд льготных кредитов Внешэкономбанка, которые затем неоднократно пролонгировались, а также, весьма выгодно продав часть акций "Медиа-МОСТа" государственному монополисту компании "Газпром", заручиться поддержкой этой организации при получении новых и весьма внушительных - на сотни миллионов долларов - кредитов, теперь уже у зарубежных партнеров. Однако планы отработать и вернуть взятые в долг деньги рухнули после августовского дефолта 1998 года, когда в стране резко снизился объем рекламного рынка, приносивший холдингу Гусинского основной доход.

Таким образом, к началу 2000-го года Гусинский оказался в сложном, если не сказать опасном, положении: "Медиа-МОСТ" душили долги, а сам он впал в немилость у Путина. Как впоследствии объяснял сам олигарх в интервью зарубежным СМИ, причина этой немилости коренилась в гражданской и нравственной позиции Гусинского, активно пытавшегося повлиять на те методы, которыми федеральная власть вела вторую чеченскую кампанию.

Первый удар был нанесен против службы безопасности "Группы "Мост". В конце апреля 2000 года Генеральная прокуратура завела уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных статьями 137, 138, 181 Уголовного кодекса России (нарушение неприкосновенности частной жизни, нарушение тайны переписки, незаконное получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую или банковскую тайну). А летом пришли и за самим Гусинским - 13 июня 2000 года он явился на допрос в Генпрокуратуру и прямо из кабинета следователя был отправлен в Бутырку, в общую камеру к мелким уголовникам. Ему инкриминировали преступления, предусмотренные статьей 159 УК РФ (хищение чужого имущества в крупном размере группой лиц путем обмана и злоупотребления доверием с использованием служебного положения (мошенничество), а само задержание произошло, как объясняли прокуроры, согласно со статьей 90, предусматривающий арест без предъявления обвинения и применяющийся в особых случаях.

"Дело Гусинского" всколыхнуло всю Москву, несмотря на начавшийся период отпусков. Правозащитники и юристы говорили о чересчур суровой мере пресечения и о грубых нарушениях процессуальной процедуры. Бизнесмены называли все случившееся "грязными методами политической борьбы", а вечный противник Гусинского Борис Березовский, в каком-то смысле выражая общее мнение, высказался про этот случай так: "Нет ни одного человека бизнеса, против которого нельзя было бы использовать карательную машину, потому что в стране несовершенны законы". Противники олигархов, среди них, кстати, нынешний глава МВД Борис Грызлов, отвечали на это: "Дело громкое, значит, у правоохранительных органов есть веские основания". Прокуроры комментировали ситуацию скупо, но при этом активно намекали, что основания имеются. Лишь Владимир Путин хранил гордое молчание, а на прямой вопрос, почему, узнав об аресте Гусинского, он не связался с генеральным прокурором и не выяснил, что происходит, скромно ответил, что хотел связаться, даже, мол, звонил, но как-то не застал генерального на месте...

Три дня Гусинский провел в в камере, рассчитаной на восемь человек. По воспоминаниям сотрудников ГУИН, Гусинский, оказавшись на нарах, "поздоровался с каждым из арестантов и немного рассказал о себе". Арестанты якобы встретили Гусинского хорошо, поскольку "НТВ в Бутырке смотрят в каждой камере". Когда через три дня, благодаря заступничеству опытных адвокатов и широких общественных кругов, Гусинский вышел на свободу, внешне он выглядел как прежде, разве что был небрит и слегка осунулся. Но близким друзьям он впоследствии рассказывал, что Бутырка оказалась для него страшным шоком, особенно в первую ночь: "Я смотрел в потолок и все еще не мог поверить, что такое возможно. Ко мне еще не пустили адвоката, я был полностью изолирован и не мог даже предполагать, что там происходит, за стеной. К утру я понял, что это очень даже возможно - вот так просто могут вызвать в прокуратуру и сказать: "Вы арестованы".

Гусинского выпустили под подписку о невыезде, после чего власть в лице "Газпрома" начала методично добивать "Медиа-МОСТ". Несмотря на все заверения Гусинского и его команды, что с газпромовским главой Рэмом Вяхиревым по поводу своих долгов они разберутся сами, что у них с "Газпромом" нет принципиальных разногласий и что часть долгов вообще уже выплачена, от "Медиа-МОСТа" потребовали выложить всю сумму на стол сразу. Когда выяснилось, что это невозможно, в решение спора хозяйствующих субъектов вмешалось Министерство печати в лице своего главы Михаила Лесина, и Генпрокуратура, которая была тут как тут с подпиской о невыезде, уголовным делом, автоматчиками в масках, которые то и дело врывались в офисы "Медиа-МОСТа", и Бутыркой.

20 июля в СМИ появилось сообщение о том, что Гусинский, с ведома и в присутствии министра Лесина, уступил контрольный пакет акций холдинга "Медиа-МОСТ" группе "Газпром-Медиа" во главе с Альфредом Кохом за списание своего долга "Газпрому" на сумму в 300 миллионов долларов США. Но уже вскоре Гусинский дезавуировал свою подпись под документом, фиксирующим сделку, объяснив это следующим образом: "Такое соглашение было, но самое главное - не смысл этого соглашения, а что, как и почему оно было подписано. 18 числа, за два дня до подписания этого соглашения, я в присутствии иностранных адвокатов сделал заявление о том, что все те документы, которые я подпишу или, вернее, буду вынужден подписать, никакой юридической силы не имеют, по сути, потому что я фактически подписываю их под давлением, можно сказать, что под дулом пистолета".

У каждого из участников этого события - Гусинского, Лесина и Коха - был свой взгляд на произошедшее, но у этого документа, выложенного с тех пор, кстати, в открытом доступе в интернете, есть любопытное "Приложение 6", где черным по белому говорится следующее:

Стороны понимают, что успешная реализация Соглашения возможна лишь когда граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе без понуждения со стороны кого-либо к совершению каких-либо действий, что требует в настоящее время выполнения определенных взаимоувязанных условий, а именно: Прекращение уголовного преследования гр. Гусинского Владимира Александровича по уголовному делу, возбужденному в отношении его 13 июля 2000 года, перевода его в статус свидетеля по данному делу, отмена избранной меры пресечения в виде подписки о невыезде.

И еще несколько подобных пунктов, в которых гарантии личной безопасности получали другие представители "Медиа-МОСТа" - в случае утверждения этого так называемого соглашения обеими сторонами.

Оппозиционно настроенные СМИ тут же окрестили "Приложение 6" документальным свидетельством рэкета со стороны государства: по сути именно государство, через компанию "Газпром-Медиа" (часть государственной компании "Газпром") приобрело целый медиа-холдинг просто под угрозой расправы над главой "Медиа-МОСТа" и его ближайшим окружением.

Но так или иначе, получив право - ценой отказа от собственного имущества - уехать из страны, Гусинский тут же отправился в Испанию, где владел недвижимостью. К осени, однако, у Генпрокуратуры снова появились к нему вопросы, и Гусинский стал получать соответствующие повестки. Но возвращаться в Москву, а тем более в Бутырку он не собирался и на вызовы не отвечал. Тогда в ноябре Генпрокуратура объявила его в федеральный розыск, а московское бюро "Интерпола" в декабре - в международный. Отдельное письмо было направлено властям Испании с просьбой выдать беглого олигарха на родину.

Так Гусинский во второй раз угодил в тюрьму, на этот раз - в испанскую. К счастью для него, за дело взялся судья Бальтасар Гарсон, в свое время занимавшийся делом Пиночета, разоблачавший крупных коррупционеров и мафиози в родной Испании и вообще известный своей неподкупностью и непредвзятостью. Рассмотрев обоснования для экстрадиции, выдвинутые российской стороной, Гарсон постановил Гусинского не выдавать, так как дело его сфабриковано по политическим причинам. Вскоре с отменой распоряжения о международном розыске российского олигарха выступил и глава "Интерпола" Рональд Ноубл, заявивший, что устав его организации не позволяет преследовать человека, против которого выдвигаются политические обвинения.

Российская Генпрокуратура с тех пор еще несколько раз пыталась добраться до самого Гусинского, а когда стало ясно, что не получится, то хотя бы до его имущества - как в самой России, так и в Испании. Однако благоразумный олигарх на родину с тех пор больше не возвращался, предпочитая жить в странах, у которых с Россией нет договора о выдаче преступников - Израиле, США, Великобритании. За прошедшие три года ему даже удалось избавиться от остатков акций "Медиа-МОСТа", который в настоящее время полностью принадлежит "Газпром-Медиа", доставляя последнему массу неудобств. "Дело Гусинского" стало забываться и, видимо, это подвело предпринимателя, зачем-то решившего слетать в Грецию.

По различным данным, сотрудники службы безопасности в международном греческом аэропорту "Элефтериос Венизелос" затеяли задержание Гусинского потому, что в их базе данных он с 2000-го года числился в розыске по линии Интерпола - обычная бюрократическая неразбериха, из-за которой первоначальный запрос московского бюро этой организации остался в греческом компьютере, несмотря на все последующие опровержения Ноубла. Однако, разобравшись в недоразумении, афинские стражи порядка, по данным американского ежедневника Washington Post, связались с Москвой, где им подтвердили, что Гусинского разыскивают российские правоохранительные органы по обвинению в мошенничестве. А поскольку между Грецией и Россией действует соглашении о сотрудничестве в области юстиции, греки задержали бывшего российского олигарха.

Что ждет Гусинского теперь? В понедельник Совет афинского апелляционного суда должен будет ответить на вопрос, который однажды уже рассматривал суд испанский: выдавать Гусинского на расправу Генеральной прокуратуре или нет? Видимо, все зависит от того, найдется ли в Греции свой Бальтасар Гарсон.

Другие материалы
Бывший СССР00:02Сегодня

Все цвета Киева

На украинский гей-парад пришли трансвеститы, депутаты и дипломаты. Было жарко