Новости партнеров

Цена победы

Одержав военную победу над режимом Хусейна, США и Великобритания пока не могут извлечь из нее ощутимых политических выгод

Война в Ираке еще не закончена, однако уже ни у кого не осталось сомнений в том, что сопротивление войск, верных Саддаму Хусейну, сломлено, что прежний багдадский режим канул в прошлое, а сам диктатор погиб - если и не прямом смысле слова, то уж во всяком случае как политическая фигура, имеющая реальный вес на Ближнем Востоке. Через день-два американские морские пехотинцы, наступавшие на Ирак с юга, соединятся с вооруженными отрядами курдов, двигающихся с севера, и после этой встречи на Тигре, Малом Забе или Тавук-Чае военная фаза операции по освобождению Ирака формально будет считаться законченной.

У военных сил коалиции есть повод для законный гордости. Как-никак поставленную перед ними задачу армии США и Великобритании выполнили, наголову разбив противника, причем с минимальными потерями для себя - согласно официальным данным Центрального командования, на понедельник, 14 апреля, силы союзников потеряли 148 военнослужащих убитыми и несколько сот ранеными (данные есть только для американцев - 399 человек). Кроме того, четыре человека числятся пропавшими без вести, но эта деталь блекнет на фоне блестяще раскрученной кампании по спасению из плена рядовой Джессики Линч и недавнего освобождения еще семерых американских военных, также побывавших в руках у иракцев. "Дружественный огонь", технические катастрофы с человеческими жертвами, потерянная и подбитая техника не в счет - на войне как на войне, по сравнению с общим количеством боевых вылетов, запусков, выстрелов, залпов и так далее число ошибок было все же не слишком велико.

Однако именно теперь самое время остановиться и задуматься над другими, невоенными итогами событий, произошедших в Ираке за последние три с лишним недели.

Помимо свержения режима Саддама Хусейна, союзники могут похвастать, пожалуй, лишь одним принципиально важным и ощутимым успехом - в их руки попали иракские нефтяные скважины, которые отступающие части иракской армии не сумели или не успели поджечь. Причем те скважины, которые все же были подожжены, уже потушены. Таким образом, крупнейшие нефтяные поля, часть из которых по контракту с режимом Саддама разрабатывали российские компании, поменяли хозяина - хотя США и утверждают, что эта нефть принадлежит иракскому народу, заниматься ее добычей, очисткой и переработкой теперь будут, скорее всего, крупные американские и британские фирмы.

Зато другие важные цели нынешней войны так пока и не достигнуты. Прежде всего, в Ираке до сих пор не нашлось пресловутое оружие массового уничтожения или хотя бы следы того, что Хусейн активно разрабатывал его после 1991 года. То есть различных подозрительных мест, где может храниться это самое оружие, американцы, судя по их заявлениям, обнаружили уже около трех тысяч, однако, по мнению экспертов, успевших осмотреть часть из них, а также по мнению ученых из состава международной инспекции ООН, настоящего ОМУ в Ираке нет. Скорее всего, Саддам, делая вид, что в случае чего сможет выставить против внешней военной угрозы какой-то несимметричный козырь, блефовал, как и положено всякому уважающему себя диктатору, которого некому упрекнуть во лжи. Таким образом, единственного и главного оправдания, которое могло бы придать хоть какую-то легитимность войне в Ираке, начатой вопреки воле большинства государств - участников ООН, как не было, так и нет.

Далее, американцев в Ираке, кажется, постиг тот же стратегический неуспех, что и в Афганистане, - лидеры ненавистного режима, лица, объявленные военными и политическими преступниками, как сквозь землю провалились, и пока не похоже, чтобы американские военные сумели их отыскать. Остается утешать себя мыслью о том, что добрая их часть, включая Хусейна и его сыновей, погибла под бомбами в своих бункерах. На всякий случай американцы запаслись образцами саддамовской ДНК, чтобы при случае разрешить все сомнения. Но может статься, что анализ ничего не даст. Уже сейчас называются самые разные места, где может укрываться бывший диктатор со своими приспешниками - от разветвленной системы подземных коммуникаций в самом Ираке до Дамаска. Сколько бы ни говорили американцы, что Саддам собственной персоной им, в общем, и не нужен, все понимают, что попади Хусейн, как обещали в Белом доме, на американскую скамью подсудимых, политическая победа Вашингтона смотрелась бы куда весомее.

Пока же американцы могут похвастать лишь поимкой сводного брата и советника диктатора - Ватбана Ибрагима Аль-Тикрити, бывшего министра внутренних дел. Однако Ибрагим занимает 51-е место в карточной колоде "худших из худших", которую сегодня носит в кармане каждый американский солдат. Еще трех высокопоставленных иракских чиновников удалось убить, включая другого брата Хусейна, Химического Али, ответственного за применение химического оружия против курдов в 1988 году. Куда делись остальные пятьдесят человек, не знает никто, и судить пока некого. В отсутствие живого Саддама американцам остается утешаться войной с его каменными и бронзовыми изображениями, которую они успешно ведут под прицелом телекамер всего мира.

Но главная проблема, с которой американским и британским политикам придется иметь дело в обозримом будущем, заключается в необходимости преодолеть негативные последствия короткой, но весьма разрушительной военной кампании.

Экономика Ирака, и так не слишком устойчивая из-за многолетних санкций ООН, за последние три недели в буквальном смысле рухнула. Иракский динар стремительно обесценился и сегодня едва ли представляет собой платежное средство. По крайней мере, сами иракцы охотно жгут и рвут купюры перед телекамерами, демонстрируя тем самым свою ненависть к Хусейну, портрет которого украшает эти купюры. Пожалуй, хоть какую-то ценность эти деньги будут иметь теперь только в качестве лотов на интернет-аукционах, где их за бесценок раскупают любители исторических сувениров.

Инфраструктура крупных городов на севере и юге Ирака - Басры, Неджефа, Насирии, Багдада, Тикрита, Киркука, Мосула и других - почти полностью разрушена. Причем двухнедельная осада Басры, которую вели британские войска, привела, по мнению независимых международных наблюдателей, едва ли не к гуманитарной катастрофе, вызванной нехваткой питьевой воды. Имеются данные о вспышке кишечных заболеваний в городе, которая может привести к началу эпидемии. От отсутствия воды и электричества сильно страдают и столичные жители, которых эти неудобства даже подвигли на организацию антиамериканских выступлений, - по мнению митингующих, американской военной администрации следует меньше внимания уделять нефти, а больше - насущным нуждам простых багдадцев.

Впрочем, даже если бы американцы захотели восстановить разрушенное городское хозяйство в Багдаде и других городах, вряд ли бы им это удалось из-за волны грабежей и погромов, захлестнувших страну. Оставшись в одночасье без твердой руки, иракцы кто во что горазд кинулись хватать все, что плохо лежит. Американцы, явившиеся в Ирак для того, чтобы дать людям свободу, с изумлением наблюдали за тем, как своеобразно население страны понимает это слово. Так, в Багдаде большинство мародеров явились в центр из бедных окраинных районов с тележками и повозками. Они выносили из разграбленных зданий все, что могли - телевизоры, ковры, холодильники, кондиционеры, предметы мебели. Разграблению подверглись не только государственные учреждения, резиденции бывших партийных начальников и дворцы Саддама Хусейна, но и магазины, склады, посольства иностранных государств, больницы, музеи и библиотеки - словом, буквально все объекты, где незваных гостей не встречали автоматными очередями.

Грабежи и убийства, по свидетельству очевидцев, носили дикий, варварский характер. Особенно наглядно это проявилось в отношении объектов культуры, которые громили в основном ради любви к разрушению. Так, уникальная коллекция предметов месопотамской культуры Национального музея Ирака, расположенного в Багдаде, оказалась уничтоженной почти на 80 процентов, причем, по свидетельству работников музея, большую часть того, что грабители не сумели вынести, они разбили и испортили на месте. Такому же бессмысленному уничтожению подверглась Национальная библиотека, лишившаяся около миллиона единиц хранения, в том числе важнейших исторических и литературных архивов, микрофильмов, документов, среди которых, например, были экземпляр первого журнала на персидском языке, а также местные газеты второй половины XIX века. Директор библиотеки даже сравнил нынешний грабеж с разгромом, устроенным в Багдаде монголами в средние века. Подобной участи не избежал и музей в Мосуле - городе с населением в один миллион человек, который американские войска пообещали взять под свою охрану.

Сначала американцы смотрели на происходящее безучастно, потом командование союзников распорядилось пресекать случаи грабежей и мародерства. Однако, если говорить о Багдаде, что могут сделать двадцать-тридцать тысяч человек, не знающих арабского языка, в незнакомом пятимиллионном городе? В лучшем случае, взять под контроль несколько центральных площадей и улиц. Уже сейчас делаются попытки привлечь на службу новым властям старые полицейские кадры, но пока эта работа идет медленно - видимо, полицейским некогда, так как и в Багдаде и в других иракских городах остается еще какая-то добыча, которую можно почти без хлопот экспроприировать.

Кстати, с новыми иракскими властями тоже все обстоит далеко не благополучно. Союзники старательно пытаются доказать, что пришли в Ирак для того, чтобы помочь местному населению наладить новую, демократическую жизнь, и не собираются надлого брать на себя административные функции. По оптимистическим оценкам, американцы уступят власть иракцам уже через три месяца. Однако пока не ясно, кто именно эту власть у них возьмет. Ставленник Пентагона, лидер Национального Иракского конгесса Ахмед Чалаби, возглавивший десант иракских оппозиционеров, высаженных несколько дней назад с военных вертолетов на юге Ирака, отнюдь не является всех устраивающей и примиряющей фигурой, подобно своему афганскому аналогу, Хамиду Карзаю.

Прежде всего, против Чалаби интригуют сотрудники ЦРУ и Госдепартамента США, считающие его малозначащей фигурой, к тому же погрязшей в коррупции. Действительно, еще в 1992 году суд Иордании заочно приговорил нынешнего претендента на высший государственный пост Ирака к 22 годам тюрьмы за незаконные махинации на сумму около 200 миллионов долларов. Кроме того, Чалаби не хочет быть американской марионеткой и уже начал показывать характер. На 17 апреля в Нассирии назначены две конкурирующие конференции по поводу будущего Ирака: одну из них организуют США, а другую - Чалаби, причем обе стороны отзываются друг о друге весьма нелицеприятно.

Кроме того, Чалаби - далеко не единственный претендент на власть. В Ираке существует множество мелких разрозненных политических группировок, к числу которых, например, относятся различные племена, не связанные напрямую с багдадским режимом. Они уже почувствовали вакуум власти и начали самоорганизовываться в полувоенные структуры, контролирующие те или иные районы иракской территории. Есть, далее, курды, которые желают взять реванш за годы "арабизации" - политики Саддама Хусейна, направленной на вытеснение курдского населения с исконно занимаемых ими земель на севере Ирака. Теперь курды, вернувшиеся на свою историческую родину с оружием в руках, намерены, в свою очередь, выдавить арабов, проживающих там уже добрый десяток лет. Дело вряд ли обойдется без вооруженных столкновений на этнической почве, в которые, кстати, может вмешаться Турция, обещавшая ввести на север Ирака двадцатитысячный военный контингент, если курды не уйдут из Киркука и Мосула.

Есть также повод и для религиозных волнений - иракские шииты, долгое время притесняемые режимом Саддама, наверняка захотят взять реванш в новых условиях. Суннитам, на которых главным образом опирался Саддам, это вряд ли придется по вкусу. Уже появились сообщения о том, что неизвестные вооруженные люди пригрозили шиитскому аятолле в Неджефе физической расправой, если он в течение 48 часов не уберется из города. Возможное столкновение предотвратили лидеры местных племен, взявшие аятоллу под защиту. Однако какой размах могут принять подобные являения в будущем, пока никто не знает.

Как американская военная администрация намерена справляться с тем кипящим котлом ничем не обузаданной вольницы, который представляет собой сегодняшний Ирак, также пока неизвестно. Взрывы смертников, уже убивших нескольких солдат коалиции, указывают на то, что жизнь оккупантов в покоренной стране вряд ли будет спокойной. В конце концов, четырехсоттысячная иракская армия, включавшая в себя несколько десятков тысяч пресловутых иракских гвардейцев, не эмигрировала из страны и вряд ли спустилась вместе с Саддамом в подземелье. Ее солдаты растворились среди простых иракцев, среди мародеров, грабивших Багдад и Мосул, среди полицейских, которые сегодня патрулируют столичные улицы вместе с солдатами коалиции. Как поведут себя эти люди в будущем? Смогут ли американцы не только обезопасить себя от них, но и навести твердый гражданский порядок хотя бы в крупных иракских городах? От этого будет зависеть, чем обернется для США и их союзников военная победа над режимом Саддама и не станет ли она серьезным политическим поражением.

Другие материалы
Наука и техника00:01Сегодня

«Живых затолкали в паровозную топку»

Почему коммунисты потеряли Приморье и причем тут украинские националисты